Чтение онлайн

Джурич ответил не раздумывая.

– Нет. Я уже принял решение.

Миловицкий даже пятнами пошел, услышав ответ от обоих своих собеседников. На миг он упрямо поджал губы. Взгляд его стал убийственно мрачным. Затем он взял себя в руки и с величественностью, достойной царя, проговорил:

– Хорошо. Я услышал вас. Но не думай, Милош, что я отступлю. Уже завтра я предстану перед царем Атрона и поверь мне, он найдет способ избавить тебя от клятвы и вернуть в Джарган.

Услышав эти слова, Горан лишь поклонился и произнес:

– Спасибо за честность, царь. Я оценил.

– Просто я не желаю действовать за твоей спиной. Я не моя мать. – Смерив брата надменным взглядом, Стефан щелчком убрал купол и отошел от стола. Его телохранители тенями двинулись следом. И тут Джурич не выдержав, шагнул за братом. В несколько шагов догнал его, склонился ближе и негромко спросил:

– Одно я не знаю до сих пор. Скажи, раз уж решил быть откровенным!

Миловицкий резко остановился и оглянулся на капитана. Затем сделал знак насторожившимся телохранителям, чтобы не вмешивались.

– Спрашивай, - милостиво ответил он.

– Почему меня не искали? – спросил Горан так тихо, чтобы никто, кроме него, не смог услышать. – Почему отец не искал меня?

Стефан вздохнул и ответил.

– Все просто. Для него ты умер. Был другой ребенок, очень на тебя похожий. Матушка постаралась, подготовилась. Немного магии и дело сделано. Ты умер, а я – наследник, царевич, - сказал он, после чего, развернувшись, направился прочь.

Марк написал письмо родителям еще ночью. Запечатал воском и едва дождался утра, чтобы перед тем, как отправиться на стену в дозор, обратиться к Молотову с просьбой.

Практикантам не запрещали писать письма. Вот только для того, чтобы отправить послание требовалось ждать появления письмонош в крепости. Приезда последних ожидали в конце месяца, но Марк не намеревался ждать так долго и все же был готов к отказу сержанта переслать письмо с магической почтой, что было весьма затратно для простой крепости. А потому он был чрезвычайно удивлен, когда Молотов, принявший его в своем кабинете в казарме спустя час после завтрака, вдруг произнес:

– Вам повезло, Вознесенский. Сегодня главнокомандующий Воронцов отдал распоряжение отправить депешу в столицу, поэтому я могу добавить к ней ваше письмо. Оно при вас?

Удивленный, Марк кивнул и достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, желтый и дешевый, зато несущий в себе важную, по мнению княжича, информацию.

– Премного благодарен, господин сержант, - прижав к груди ладонь, Марк радостно улыбнулся, глядя на старшего по званию.

Молотов сгреб письмо и, взглянув на молодого практиканта, изогнул вопросительно бровь.

– Что стоим, Вознесенский? Мне казалось, вам пора на стену?

– Да, господин сержант, - тут же ответил Марк и покинул кабинет Молотова, оказавшись в длинном зале казармы, пустовавшем в эту пору. Все практиканты и основной военный состав сейчас находились кто в дозоре, кто на тренировках. И, шагая через зал, Вознесенский не встретил ни единой души. А уже выбравшись наружу, в метель и снег, поспешил принять оружие, чтобы отправиться на свой пост.

Снова на стене.

Снова в холоде и под пронизывающим ветром.

************

– Уверена? – Игнат воззрился на меня со страхом во взоре. Я даже невольно улыбнулась и переплела руки на груди, пока он, подрагивая от страха, глядел то на мое лицо, то на колбу в своей дрожащей руке.

– Пейте, Назаров, - спокойно велела Дельмар. – Насколько я знаю, практикантка Туманова была одной из лучших изготовителей как лекарств и зелий, так и ядов на вашем курсе.

– Ага, - насмешливо ответил молодой парень, пряча под наигранной дурашливостью страх и недоверие к моим талантам. – Знаю, наслышан. Но меня очень волнует собственное здоровье, а яд не самое полезное питье для молодого и растущего организма.

– Пейте, практикант Назаров! – повысила тон Лира и Игнат, покосившись на меня, поднял руку с ядом и опрокинул внутрь, быстро проговорив:

– Ну, Туманова, если я умру, то буду приходить к тебе до конца твоих дней как самый злостный призрак и…

– Противоядие, Александра, - не слушая причитания и нелепые смешливые угрозы Игната, Лира жестом велела мне подготовить второе зелье, которое должно будет снять губительный эффект первого.

– Выжидайте минуту, затем дайте практиканту выпить противоядие, а вы, Назаров, опишите нам то, что сейчас чувствуете.

– Ой, чувствую, - прошептал Игнат и схватился за живот. – Прихватило, как при диарее.

– Так, - кивнула Лира. – Первый симптом.

– Теперь в голове гудеть начало и зрение… - Игнат моргнул и протер рукой глаза. Я покосилась на специальные часы, стоявшие на столике с колбами и лекарствами. Еще несколько секунд и пора принимать противоядие.

– Жуткое ощущение, - признался Игнат. – В желудке началось жжение.

– В следующий раз ты меня напоишь своим ядом, - сказала я быстро и наклонившись к другу, откупорила колбу с противоядием и влила ее в рот молодому мужчине, ощущая толику тревоги. Не в первый раз поила кого-то ядом, не в первый раз давала и противоядие. И сама пила несколько раз во время учебы в академии. Поэтому и волновалась. Поэтому и понимала чувства Игната.

Он на миг покачнулся и несколько парней – целителей тут же подхватили его под руки, чтобы не позволить упасть.

Он мотнул головой, словно стряхивая оцепенение, затем произнес:

– Полегчало. Просто фуф!

Я ухватила его за подбородок, запрокинула голову и заглянула в глаза с удовлетворением заметив, что блестят они нормально, да и кожа естественного цвета. Но на всякий случай позволила себе выпустить немного магии, чтобы устранить остатки яда, не дожидаясь окончательного действия зелья.

Лира на это ничего не сказала. Она перешла к другой паре и началась новая проверка.

Игнат устало провел рукой по лицу, словно стирая усталость, и взглянул на меня.

– Как себя чувствуешь? – спросила я. На нас больше не обращали внимания. Все практиканты сосредоточились вокруг Дельмар.

– Не скажу, что отлично, но сносно, - криво усмехнулся парень. – Знаешь, я, признаться, немного струхнул.

– Ты же не первый раз пьешь яд, - пошутила я.

– А у меня всегда, как в первый раз, - только и ответил парень.