Чтение онлайн

Весиан будто пытался переключить мое внимание со всех проблем, но это был не порыв бескорыстной заботы, он что-то начал подозревать.

Выдернув руку, молча развернулась и поспешно удалилась, давая понять, что не хочу продолжать с ним разговор.

Решив, не возвращаться к себе, вышла в сад.

Тихо и спокойно… мне сейчас это очень не хватало. Пение птиц, легкий прохладный ветер и золотые листья, которые медленно падали с деревьев.

Но тот огонь, который бушевал в моей душе, не утихал. Я боялась не за себя, меня волновало будущее королевства и будущее моего отца, который, пока по непонятным причинам держался от меня в стороне и не подпускал к себе.

Мне так не хватало его внимания и заботы. Даже те вечера, которые мы так редко проводили, пускай и в тишине, вселяли в мое сердце надежду, я чувствовала, что он любит меня, а сейчас… совсем ничего не понимаю. И от этого становилось до боли невыносимо.

Жизнь не просто меняла свое течение, казалось, что я опускаюсь на дно и выплыть из гущи всех этих событий никак не могу.

Пока бродила по узким дорожкам, не сразу заметила, как закат начал окрашивать все вокруг в багровые оттенки.

Интересно… Лукреция смогла что-то узнать? Но когда я вернулась к себе, ее еще не было.

Стук в дверь. Вздрогнув обернулась.

— Войдите…

Но это была другая служанка, которая сжимала в руках поднос с едой.

— Ваше Высочество, — поклонилась и поставила ужин на стол.

— Благодарю… ты не видела Лукрецию? — успела обратится к ней, пока она не ушла.

— Нет, Ваше Высочество, — холодно ответила она, — Вам что-то еще принести?

— Нет, можешь идти.

Где же она пропадает? Не случилось ли чего? Вдруг своим интересом навлекла на нее беду? Сейчас я не могла гарантировать никому безопасность, я и сама была словно “пленница”. В один миг сменили нянюшку, что помешает им заменить новую девушку?!

Когда уже совсем стемнело, вернулась, наконец, моя служанка.

— Вы так и не поели?

— Лукреция! Где же ты пропадала?! Ты смогла узнать что-нибудь?

Она ко мне медленно подошла, делая виноватый вид и мне оттого стала совсем грустно.

— Мне удалось попасть в темницу… и я видела того мужчину, о котором Вы говорили…

— И? Ну не томи меня!

— Он сразу понял, что не я им интересуюсь… и… он просил передать:“Если принцессе нужна какая-то информация, то пусть приходит ко мне сама”

ФИЭЛЬ

Не поверила своим ушам, он и вправду так сказал? Неужели этот наглец думает, что я лично пойду к нему?! Да что он возомнил о себе?!

Разумом овладела злость от такой неожиданности, но первая эмоция уступала место заинтересованности.

Вдруг, он и правда что-то может рассказать, он был на месте сражения.

Незаметно покину покои и быстро все выясню. Да, принцессе не пристало бродить ночью по темница, тем более к мужчине, особенно накануне свадьбы. Нужно быть осторожной, чтобы избежать ненужных сплетен и разговоров.

Принялась перебирать свою одежду, выбирая что-то неприметное, но ничего подходящего не находила. Все наряды были из дорогой ткани, бросила взгляд на Лукрецию.

— Принеси что-то из своих платьев.

— Госпожа, вы же не собираетесь к нему идти… — она знала содержимое записки, — Этот мужчина… — Лукреция подбирала слова, не зная как описать, — Опасный… и темный…

— Темный?

— Его взгляд… он пугает.

— Думаю, ты просто испугалась. Он ничего мне не сделает, он заперт в темнице, — убеждала больше себя, чем ее.

Лукреция ушла, вскоре возвращаясь с темным обычным платьем, которое надела и укрылась платком, скрывая свое лицо.

Взяла немного золота, чем собиралась подкупить собственную охрану, ведь были подозрения, что они не захотят меня впускать. А так шансы есть.

Знакомые коридоры преодолела быстро, а вот ступать на закрытую часть замка, где содержат пленных и преступников ранее не приходилось. Сердце забилось чаще, выдавая волнение. нужно успокоиться, нельзя, чтобы этот тип заметил мое беспокойство, я должна контролировать ситуацию.

— Все будет хорошо, не переживайте, я рядом, — приободрила меня служанка. Её глаза, полные сочувствия, смотрели на меня с такой теплотой, что я почувствовала, как накатывают слёзы. Я была ей безумно благодарна за то, что она все же поддержала меня и помогает.

В этот момент перед нами появился охранник. Выглядел он грозно, а на лице виднелся грубый шрам, пересекающий бровь и спускающийся к подбородку. Его взгляд был суровым и проницательным.

— Принцесса? — произнес он это тихо, будто боясь привлечь чье-то внимание.

— Мы бы очень хотели увидеть одного из заключенных и желательно, чтобы об этом никто не узнал, — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

Суровый взгляд охранника стал удивленным. Похоже такая просьба слегка шокировала его.

Лукреция, не дожидаясь его ответа, просто впихнула охраннику небольшой мешочек с золотом. После этого действия, нас сразу пропустили.

— У Вас, не так много времени, скоро смена караула, — бросил нам вслед страж.

Переглянувшись со служанкой, я взяла себя в руки, но страх всё равно холодом разливался по венам. Ноги мои дрожали, а сердце колотилось в груди.

Темное, сырое помещение, в этих клетках сидели люди и внимательно следили за каждым нашим шагом. Грязно облизываясь и иногда присвистывая, но при этом они не позволяли себе сказать ни слова, словно их языки были связаны страхом.

И вот, в самом дальнем заточении, находился он. Этот незнакомец прекрасно видел, что мы направляемся в его сторону, но в самый последний момент, просто отвернулся, будто ему вообще было не интересно.

С каждым шагом к его клетке страх сковывал меня всё сильнее. Хотелось развернуться и бежать, но я упрямо гнала эти мысли прочь. Я должна узнать правду. Я должна.

— Как тебя зовут? — решила опустить правила приличия и перешла сразу к делу.

— А есть разница? Ты ведь пришла не знакомится со мной. Так сразу переходи к делу, — ответил он, не поворачивая своего лица в мою сторону. Его голос был хриплым, но в нем слышалась сила и презрение.

Меня возмутило такое обращение ко мне.

— Я бы хотела узнать детали битвы, в которой ты принимал участие. Мне важно знать… — начала, но он меня перебил.

— Кто ранил твоего папашу? — наконец, он повернулся ко мне. В его глазах, несмотря на то, что они были полузакрыты, читалось злое торжество, — Ведь так?