Чтение онлайн

– Бери любое, Арья!

Миэлль ничего не оставалось, кроме как предложить сестре самой выбрать наряд. Арья отправилась в гардеробную, не удостоив и взглядом платья на передних вешалках, целенаправленно направившись к одной из коробок в дальнем углу. На крышке не было ни пылинки, как будто ее каждый день протирали. Внутри оказалось аккуратно сложенное белое платье из струящейся ткани. Без лишних украшений, с одной лишь рубиновой брошью в форме розы на груди.

Это платье Миэлль подарил Оскар, наследник герцога Фредерика, на ее последний день рождения. Девушка так берегла этот наряд, что ни разу его не надела. А когда все же решилась, оно оказалось ей мало.

Ну что ж, тогда придется Арье его надеть.

Когда Миэлль увидела, какое именно платье выбрала сестра, она мгновенно побледнела. Ее рука зависла в воздухе, словно у дирижера, и это вызвало у Арьи смех.

– Хм? Что такое? – невинно улыбаясь, спросила она.

– Это платье…

«И как ей удалось отыскать эту коробку? Я ведь ее надежно спрятала!» – думала Миэлль с досадой.

Арья поспешно извинилась и неторопливо убрала платье на место.

– Ты сказала, что можно выбрать любое, но это, наверное, слишком красивое. Мне нужно было найти что-то более подходящее… Я подумала, что раз оно такое простое, без узоров… Но я еще плохо разбираюсь в моде! Должно быть, я выбрала слишком дорогое платье. Так что же мне делать? Прости, Миэлль…

– А-а… Ну…

Миэлль закусила нижнюю губу, не в силах ничего сказать. Будь она чуть постарше, то не купилась бы на такую дешевую уловку, но ей было всего тринадцать, и Арье удалось застать ее врасплох.

Про себя Миэлль ненавидела, даже презирала девушку, но внешне играла роль милой и любящей сестры. Арья не была чистокровной дворянкой, а о ее происхождении вслух и говорить было стыдно, и все считали Миэлль единственной дочерью графа Розента. Поэтому, если Арья вела себя неподобающе, люди оправдывали это ее низким происхождением, но с Миэлль все было иначе. Ей следовало всегда быть доброй и щедрой, потому что именно такой образ она себе создала.

«Как забавно! Сама смастерила себе ловушку и не может из нее выбраться».

В гардеробной повисла тишина. Чем дольше Миэлль молчала, тем более озадаченными выглядели все вокруг. Она ведь сама сказала, что можно брать любое платье! А теперь не разрешает?

Девушка специально убрала белое платье подальше, да так, чтобы никто не смог понять, что это подарок Оскара, и теперь была вынуждена разрешить Арье надеть его.

– Спасибо! Я буду носить его аккуратно и верну целым и невредимым.

– Хорошо… – мрачно ответила Миэлль.

Она напомнила Арье молодую лилию, которая могла завянуть в любой момент. Словно тот самый цветок на их фамильном гербе.

Если Миэлль была лилией, то Арья представляла собой ядовитый олеандр, одно прикосновение к которому могло убить. Красивая, как роза, но никогда не прощающая тех, кто ей перечил.

Они были очаровательными сестрами, скрывающими свой яд за притворством.

Один взгляд на них согревал сердца собравшихся.

Арья, одетая в простое, но в то же время чрезвычайно изысканное платье, позаимствованное у Миэлль, выехала в город в карете с двумя рыцарями и своей горничной Джесси.

Детям из дворянских семей, по обыкновению, не разрешалось выходить на улицу без сопровождения родителей, но Арья была необычным ребенком. С малых лет она привыкла бродить по улицам одна, и графиня не видела ничего опасного в том, чтобы отпускать дочь в город. Мало найдется преступников, кому придет в голову похитить девочку из трущоб. За грязными лохмотьями было сложно различить красивое личико, а значит, шанс на то, что ее поймают и продадут в бордель, тоже приближался к нулю. Рабами тогда особо не торговали, поэтому причин волноваться за Арью не было.

Однако теперь, когда девушка стала настоящей дворянкой, к ней приставили двух рыцарей, которые сопровождали ее каждый раз при выходе в город. Если вдруг один из них погибнет в схватке, то всегда останется второй, который сможет защитить Арью.

Миэлль, напротив, никогда не выходила в город одна. Ее всегда сопровождал граф, а в прошлом – родная мать. В остальных же случаях она предпочитала совсем не покидать дом. Изредка к ней присоединялся Каин, но только если у Миэлль была четкая цель. К примеру, отправиться в гости к другим дворянам или на встречу с небольшим кругом знакомых. Она никогда не посещала многолюдные места. Все вокруг переживали и заботились о ней.

Арья не сдержала усмешки, подумав, как люди холили и лелеяли родную графскую дочку.

Сидевшая напротив Джесси подняла взгляд на госпожу. Та сделала вид, что ничего не заметила, и уставилась в окно.

Свежая трава, деревья, цветы, суетящиеся люди. Арья немного злилась, что пейзаж, быстро проплывающий за окном кареты, не изменится, что бы ни происходило в ее жизни. Она иногда просыпалась по ночам после кошмаров о казни, но природа вокруг была все такой же умиротворенной и равнодушной к ее невзгодам.

Арья провела рукой по своей гладкой длинной шее. На ней не осталось ни шрама, но девушка чувствовала, как смерть витает в воздухе. Будто в любой момент ее голова могла упасть на землю и покатиться по грязи.

«Все в порядке. Ничего не случится…»

Слегка дрожащей рукой Арья погладила себя по затылку. Ей на глаза попался желтый лист, который медленно сорвался с дерева и закружился в воздухе на исходе своей жизни. По спине пробежал холодок, потому что этот увядший лист уж больно напоминал ее отрубленную голову, покатившуюся по мостовой в толпе зевак.

«Я не позволю этому случиться, – подумала Арья, – на этот раз я заставлю Миэлль и Каина пережить это самим».

Чудо песочных часов больше никогда не повторится, и ее брат и сестра будут обречены на безвозвратную смерть. Арья успокоила свой разум и тело, представляя себе агонию последних минут жизни наследников дома Розентов.

Вскоре карета подъехала к недорогому магазину, где простолюдины покупали одежду. Это было захудалое местечко, в которое обычно не заглядывали обеспеченные люди. Когда Арья села в карету и назвала пункт назначения, кучер и Джесси подумали, что ослышались. Однако девушка действительно собиралась сюда, в лавку с ничем не примечательной одеждой.

Если она хотела поменять мнение людей, то не могла позволить себе быть расточительной. Сейчас следовало показать свою сдержанность и скромность. Если бы Арья пустилась во все тяжкие сразу после того, как сожгла все свои платья, то слухи наверняка вышли бы из-под контроля. А ее целью было пресечь их на корню. Иногда дворянам стоило появляться перед людьми в скромных нарядах.

Должно быть, в этот раз другие слухи окружат ее персону.

«Боже мой, это не Миэлль бедняжка, это Арья! Только посмотрите, как просто она одета».