Злодейка, перевернувшая песочные часы
Шрифт:
«Не знаю, кем она была раньше, но ведь теперь она леди Розент».
Дворянки, выходя замуж, получают титул супруга. Если Миэлль выйдет замуж за него, то станет герцогиней. Как это отличалось от того, что мать Арьи вышла замуж за графа и стала графиней?
«Если бы Арья никогда не была простолюдинкой… Нет, если бы она была обычной простолюдинкой…»
Тогда, возможно… Возможно, рядом с ним сейчас была бы Арья, а не Миэлль. Оскар представлял себе лицо девушки, рисуя картины, которым не суждено было сбыться. В своих мыслях он видел, как она хлопала длинными ресницами и соблазнительно улыбалась ему. Как же она прекрасна…
– Оскар?
Исида позвала брата, который в задумчивости закусил губу и не отвечал. Она покачала головой, не понимая, что с ним творилось. Вдруг она вспомнила, где видела такое выражение лица. Точно так же Миэлль смотрела на Оскара несколько минут назад.
– Брат, не может быть… – Исида не могла даже вслух произнести свое предположение.
«Значит, слухи были правдой!»
Когда она впервые узнала эти сплетни от горничной, то была удивлена, но не рассержена. Исида просто не поверила, ведь ей и в страшном сне не могло присниться, что брат заинтересуется дочерью ничтожной блудницы.
Руки Исиды слегка дрожали, пока она брала чашку и подносила ее ко рту. Сколько бы она ни пила, чай не утолял ее жажду, только обжигал горло. Она вперила в Оскара взгляд. В глазах читалась обида на брата за то, что он заставлял ее так переживать.
Наконец Исида поднялась с места, подошла к юноше и залепила ему пощечину. Беззащитный Оскар посмотрел на сестру, не в силах понять, чем заслужил такое отношение.
– Ты позоришь наш род!
– Исида…
– Как эти слухи могут быть правдой? И после этого ты смеешь называть себя наследником дома Фредериков?
– Я…
– Я не собираюсь смотреть, как ты втаптываешь наше имя в грязь! Да как ты смеешь?!
Оскар был озадачен истерикой сестры.
«Да что с ней такое?»
И тут он понял природу своих чувств к Арье.
Ну почему его сердце выбрало ее, а не Миэлль? И почему, проведя столько бессонных ночей с мыслями о девушке, он так и не распознал эти чувства и не задавил их в зародыше? Оскара захлестнуло сожаление. Теперь было слишком поздно: Арья уже стала настолько важной частью его жизни… Все это было написано на его лице, и Исида покачала головой.
– Ты умный мальчик. Я уверена, что ты сам со всем разберешься.
Она и сама не верила в свои слова. Это была скорее угроза. Если Оскар не сделает, как ему сказано… Она ни за что не оставит в покое Арью.
– Да ведь, Оскар? – настаивала Исида.
Он понимал, что, если не ответит, сестра причинит Арье вред… Но почему он не мог просто с ней согласиться?
– Оскар! – Исида почти перешла на крик. Ей было все равно, как она выглядела – сжатые в кулаки руки тряслись от гнева. – Ты же знаешь, что будет, если ты продолжишь в том же духе?
Исида больше не могла сдерживаться, а нерешительность Оскара добавляла масла в огонь – казалось, что она прямо сейчас готова уничтожить эту Арью.
– Исида!
Оскар обратился к сестре. Та повернулась в надежде, что он скажет что-нибудь, что ее успокоит. Он стоял недалеко от сестры и смотрел на нее с тоской и печалью в глазах. Как будто бы юноша только что потерял половину своей души.
– Я сделаю все, как ты скажешь. Только, пожалуйста… Молю, не причиняй вреда этой бедной девушке. – Оскар обхватил лицо руками. Он был похож на маленького беззащитного зверька, который только что осознал свои чувства, но тут же был вынужден похоронить их.
Он слабо всхлипывал, готовый вот-вот совсем расклеиться, но от этого лицо Исиды снова засветилось. Она медленно подошла к брату и погладила его по голове своей бледной рукой.
– Да, вот что случается, если попасть под чары злодейки. Впредь береги свое сердце. Я верю в тебя, братец. – Рыдания Оскара усилились, и Исида, любовно поглаживая его, продолжила: – Я отправлю Миэлль подарок и букет ее любимых цветов. А ты ни о чем не переживай и готовься перенять дела отца.
Она вложила силу в руку, которой гладила Оскара по волосам. Он слабо кивнул в ответ, и Исида, довольная, исчезла в дверном проеме, оставив юношу одиноко стоять в саду.