Чтение онлайн

Артефакторша рассеянно кивнула, а подруга просияла не хуже девицы Сайфера, которую на поле нужно будет убрать первой. Теморра в этот момент бросила на меня случайный взгляд, а я помахала ей в ответ. Невинно и многообещающе, разумеется.

За время обеда никто не пострадал. Только намеки и пассивная агрессия. К началу занятий помещение опустело, мы с Мэдс распрощались до окончания занятий и уже втроем направились на первую лекцию. В этот раз занудную пару истории не удалось избежать, и пока я скрипела ручкой по листам, то думала о Сури.

Интересно это сны или реальность?

Если я действительно не брежу во сне, то почему зверь не хочет показать себя? Моя половинка на удивление застенчива.

Под нудный тон профессора можно было заснуть, и я принялась рисовать черточки на полях, между тем он вздыхал и обводил адептов слепым взглядом. То есть он не останавливался ни на ком из нас конкретно, старался особо не спрашивать, и всё обучение шло через доклады или тесты, а иногда мы сами читали на весь класс вслух. Полагаю, если бы мы просто не пришли на занятие, то профессор бы никому даже об этом не сказал, а только выдохнул от облегчения.

Следующей парой стояла магическая практика. Преподавала профессор Лура, бойкая женщина тридцати с лишним лет. У неё были коротко стриженные волосы у висков, и она всегда зачесывала их так, чтобы непременно было видно. На шее красовалась руна «сирень» и никто не знал, её предназначения. Сестра всегда была от неё в восторге, у меня она вызывала лишь уважение, ну и практика никогда не превращалась в занудство.

Про преподавателя ходило много слухов. Обсуждали все: оттого, что её бросил жених, и она назло ему остригла волосы и сменила имидж, до самых нелепых предположений насчет того, что она из ордена последних девственниц-воительниц. От сестры я знала, что она работала в оперативной группе, в одном из департаментов и не всегда умела держать язык за зубами. После стычки с кем-то высокопоставленным её заперли в Розарде Белом, и теперь она вынуждена, в свою очередь, терпеть неучей. Она здесь лет на пять, а, может, и больше. Вот такая история.

— Знаю, вам не терпится намять друг другу бока, — размашистым шагом Лура разрезала зал для практики пополам. — Но сейчас два часа вы сосредоточитесь на другом. Хорошо?

Кивнули все, даже те, кто будет смирно стоять на трибунах.

— Хорошо, ребята, люблю, когда мы с вами понимаем друг друга.

Занятие состояло из того, что мы оттачивали приемы на дуэлянтах. При этом предварительно поделившись на искаженные стихии. Если драконов учили шестерками, то на факультете темных искажений, когда нужно было разделить студентов по «схожим» способностям, то нас относили к изначальным стихиям.

Риары происходили из рода магов воды. По красивой легенде и фамильным преданиям наша вода вобрала в себя силу глубин тьмы и, преисполнившись её, стала льдом. Измененной воды на пятом курсе Темных искажений было ещё два человека, поэтому наша тренировка выходила интенсивнее, чем у других. Льдом управляла только я, Саре Джонас досталась сила следующего характера — она могла создавать водных питомцев, которые сейчас атаковали дуэлянта, и накладывать чары «дыхания под водой» на других, но никак не на себя. Роб Мунк замыкал нашу тройку, его вода, питая семена растений, которые он носил с собой везде и всегда, за пару секунду заставляла прорости их. Сила пугающая, но у Мунка она вышла слегка бракованной. В основном у него получались милые мандрагоры, которые грозно ругались нецензурной бранью. И он писал уже не одну объяснительную на этот счет. И он, и его родители, кажется, с ним даже специально занимались дополнительно, чтобы мандрагоры перестали ругаться, но без толку. Сам Роб мог только краснеть и смущаться каждый раз.

Вот и в этот раз класс оказался парализован, потому что два желтых пузатых корнеплода забегали вокруг дуэлянта и выкрикивали в его адрес такие словосочетания, что Роб покрылся пятнами. Затем мандрагоры стали бегать за водяными собаками Сары, и эта шумная братия сбила с ног наших искаженных огневиков, которых на факультете было подавляющее большинство.

Брань стояла со всех сторон и непонятно, кто возмущался больше: мандрагоры или студенты. Профессор Лура предпочла угомонить всех сразу, послав на уровне наших глаз такую яркую вспышку, что все тут же зажмурились и спрятали лицо руками, пытаясь прикрыть глаза от света.

— Успокоились? — уточнила она, и только после этого разрешила продолжить упражнение. — Искажения воды, ещё три подхода сверху! А тем, кто веселился больше всего — четыре, да Искажения воздуха?

У Сары размазалась тушь на нижнем веке от слез, которые выступили после световой атаки. И она, коротко извинившись, вышла в уборную, удачно избежав наказания. Её примеру последовали ещё две ученицы, у которых лица выглядели действительно так себе. Робу оставалось только в очередной раз извиниться за свои «семена» и сильнее покрыться пятнами, а он и без того уже походил на помидор. Девчонки его явно ненавидели, а парни могли задать взбучку. Мало кто любит, когда его выставляют дураком.

— Извини, — он шепнул одними губами, глядя на меня в упор.

Я пожала плечами и указала рукой на дуэлянта. В целом бездельничать нам всё равно не дали бы, так какая разница.

— Мунк, я хочу, чтобы вы остались после занятий, — вмешалась Лура.

Невнятные смешки, по которым стало понятно, что класс предположил, что парня ждет наказание, но профессор обвила грозным взглядом присутствующих, и все тут же вернулись к практике, оставив едкие комментарии при себе.

— Кажется, я встрял, — прошептал Роб, приближаясь к учебному снаряду. Он растерянно сунул пальцы в свой мешочек с семенами и начал в нём рыться. — Отец меня убьет, если будет очередная объяснительная, он и так всё время повторяет, что я бесполезный…

— Дело не в том какую магию вы способны творить, студент Мунк, а то, как вы её используете.

Лура оказалась за нашими спинами. Роб вздрогнул и рассыпал семена, которые доставал. Опять послышались сдавленные смешки. Уорф веселился со своими дружками больше остальных. На меня он всё ещё не смотрел в отличие от его цепных псов. Делает вид, что меня не существует? Так даже лучше. Не хочу тратить силы на бессмысленные перепалки.

— Наполните семена магией, — потребовала преподаватель от Роба.

Тот подчинился.

По полу заплясали маленькие мандрагоры, которые пищали и не понимали, что от них хочет создатель, потому что тот растерянно смотрел на профессора Луру.

— Ваши мандрагоры ведь разговаривают?

— Верно, — кивнул тот.

— У них есть рот и если я правильно вижу, то и зубы тоже есть…

Роб кивал как болванчик, соглашаясь с каждым словом, но никак не мог понять, к чему это должно привести в итоге.

— Вы ведь неглупый парень, Мунк. Пошевелите мозгами.

Профессор не давила, не раздражалась и не требовала, она в своей обычной манере говорила со свойственной ей усмешкой и просто ждала.

У Роба глаза бегали из стороны в сторону, пока они не стали чуть больше, он явно сообразил, к чему клонит профессор. Выводок мандрагор впился в ножку Дуэлянта. Сожрали её они так быстро, что у нас у всех теперь открылись рты от удивления, когда снаряд упал, а Лура одобрительно хлопнула по плечу студента.

— Думайте, господа и дамы. Это полезно. Есть два пути: усилить сильное и укрепить слабое. Иногда усилить сильное — тоже эффективная стратегия.