Чтение онлайн

— Вась, — терпеливо произнесла, — ты это… Если не хочешь признаваться — не признавайся. Хочешь — признайся.

— Гениально. — фыркнул Князев.

Я бы погрозила парню кулаком, но руки были заняты коробкой с пластиковыми шарами, поэтому пришлось довольствоваться только недовольным взглядом.

Вася тяжело вздохнул, а Дэн прищурился и обратился уже к нему:

— Слушай, так ты подготовил подарок ей какой. Денег накопил. Купил что-нибудь подороже…

Князев Теряева провоцировал. Да, я тоже сначала подумала, что он и есть тайный поклонник Синицкой, вот только, в отличии от Дэна, я с одногруппниками хотя бы была знакома. И о материально положении Васи знала.

Князев же, как выяснилось, до недавнего времени нас даже по именам не различал. мог бы и догадаться по внешнему виду Васи. Одевался всегда в одно и то же и только летом менял серый вязаный жилет, надетый поверх наглухо застегнутой клетчатой рубашки на темно синюю футболку с тяжелым пиджаком. Меня всегда удивляло, как он умудряется в таком облачении не упасть от жары в теплое время года.

Теряев быстро подтвердил мою догадку. Никак не отреагировав на провокацию, парень печально вздохнул и протянул:

— Да я хотел бы, правда. Но не могу пока на работу устроиться — у меня пенсия тогда социальная пропадет. Честное слово, как только появится возможность, я для Лили сразу все…

Денис моментально потерял к Теряеву интерес, Вася же погрузился в глубинные думы по поводу своей неразделенной любви и выходить из них не собирался. По крайней мере, пока мы шли к нужному кабинету, он больше не произнес ни слова.

Следующие несколько часов мы дурачились, наряжая маленькую искусственную ёлку на подоконнике и придавая аудитории праздничный вид. Наша группа была довольно дружной, и мы всегда хорошо общались. Разве только Денис выбивался, но сегодня и он с удовольствием шел на контакт. Кажется, даже узнал, наконец, их имена.

— Нет, Денисова, у тебя точно что-то не в порядке с головой, — Игнатьева дернула меня за руку, когда я в очередной раз зависла, наблюдая за смеющимся Князевым. — Очнись уже, и повесь эту мишуру куда-нибудь. Ты с ней десять минут из угла в угол ходишь.

Девушка недовольно покачала головой и отошла, а вместо нее подошла Лиля.

— Дырку в нем прожжёшь, — прошептала она, улыбаясь и забирая из моих рук блестящее новогоднее украшение темно-синего цвета.

Девушка тут же водрузила мишуру на бюст какого-то известного деятеля науки, обернув на манер шарфа, и снова повернулась к покрасневшей мне.

— Заметила, да? — так же шепотом поинтересовалась я, прижимая к щекам руки.

— Трудно не заметить, — вместо Синицкой отозвалась снова появившаяся рядом Ника, — Весь пол уже слюной закапала. И, главное, было бы из-за кого…

Игнатьева, в отличии от подруги, голос понизить не удосужилась, поэтому я тут же бросилась к подруге, зажимая ее рот рукой.

— Ника, — прошипела ей на ухо, — еще слово, и я обижусь.

— Пуфти, шумафедшая, — вцепилась мне в руку ногтями девушка. Я вскрикнула и разжала захват.

— Это мы сейчас на тебя обидимся, — все-таки снизила тон Игнатьева, — подруга называется, а шифруется как разведчица. А то мы тебя не знаем.

Я понуро опустила голову.

— Простите, я собиралась рассказать.

— Собиралась она, — передразнила меня Игнатьева, — вечно ты собираешься. А потом раз, и уже приглашение на свадьбу. Или вообще на крестины детей. А ты все собираешься.

Я поперхнулась и подняла на Игнатьеву большие глаза.

— Да ну тебя, Ника! Какие крестины? — моему возмущению не было предела, а Ника только покачала головой и проворчала:

— Втрескалась в своего Князева и ходит вздыхает. Татьяна Ларина, блин, 21 века. Надеюсь, письма хоть писать не будешь? Учти, у нее это ничем хорошим не закончилось.

Лиля рассмеялась:

— Вообще-то, Онегин все-таки в нее влюбился.

— Ой, какой вздор, — на театральный манер махнула рукой Игнатьева: — не в нее он влюбился. А в ее новый образ, крутой и уверенно в себе леди. А когда она там томно вздыхала ходила и слюни подолом подтирала, ему на нее было плевать.

— Зато она была искренней.

— И глупой! — категорично заявила Ника. — Так что, Денисова — учись у классиков. Сразу прокачивайся до уровня продвинутой леди, чтобы всякие там Князевы в тебя сразу влюблялись, а не кусали локти спустя года.

Мы рассмеялись, а Вероника под наш громкий смех изобразила реверанс и, схватив со стола тот самый бюст, начала вальсировать с ним.

Закончили мы еще часа через полтора. Университет уже опустел, гардеробщицы не работали. Парни, игнорируя открытые двери со стороны служебного входа, просто перемахнули через стойку и принялись раздавать куртки, изображая недовольный тон.

— На тебе, Денисова, — Костя Черных забрал мой номерок и теперь протягивал пуховик: — Ни стыда, ни совести. Что куртка такая бесстыдная? Профурсетка.

Театрально гнусавый голос одногруппника и вид моего пуховика, достигающего мне почти щиколоток, вызвал громкий смех окружающих.

Ребята один за другим покидали холл, и только мы с девчонками задержались. Ждали Веронику, которой вдруг срочно захотелось подправить макияж. Ника провозилась с ним минут десять, за которые мы с Лилей уже успели вынести ей мозг.

— Никакого терпения к подруге, — бурчала она, облачаясь, наконец, в полушубок. — Я красоту, между прочим, наводила. Понятно вам? Кра-со-ту!

— Да кто тебя увидит то в темноте? — закатила глаза я.

— Не увидит, а почувствует! — со знанием дела заявила Игнатьева. — Красота — она внутри!

— Так, если она внутри, что ты торчала перед этим зеркалом? — захихикали мы с Лилей.

— Ой, ничего вы не понимаете, — отмахнулась Игнатьева, — если ты хорошо накрашена, и сама уверена, что ты сейчас отлично выглядишь, то и все вокруг это чувствуют. Тут и видеть никого не надо.

Смысл в словах Вероники определенно был, но мы не стали над ним задумываться. Попрощались с полусонным охранником и вышли, наконец, на улицу.

Три фонаря освещали пустую площадку перед университетом. Все уже разошлись, но чудесное настроение и атмосфера предстоящего праздника все еще витала вокруг нас. Мы взяли друг друга под руки и, весело переговариваясь, двинулись в сторону университетских ворот. Тем более прямо за ними стояла большая иномарка, рядом с которой курили Марк и Денис. Парни явно ждали нас.