Чтение онлайн

— Нас ждут, — повторил Син. — А по территории Приюта перемещаться могу только я. Келлан рассказал мне, что о твоем вероятном происхождении узнал Даор Карион. Как бы это ни произошло, но именно от него нужно было скрывать это в первую очередь. Тебе, а не Келлану, стоило рассказать об этом мне. Больше прятать тебя нет смысла. Единственный твой шанс остаться в живых — стать зримой и следовать моим указаниям.

Трясущимися руками Алана застегивала верхнее платье, пальцы не слушались, и она все никак не могла попасть пуговицей в тугую петлю.

— Сейчас ты окажешься на совете герцогов Империи. Я представлю тебя как потомка Вертерхарда, они предложат проверить это. Я принесу тебе родовую книгу, ты поставишь точку в углу белой страницы. Я намекну, что ты младше Вестера. Разница между вами всего три года, и самого Вестера никто из герцогов не знает, его на собрании нет. И там же ты скажешь, что ближайшие пятьдесят лет проведешь, изучая язык шепчущих в Приюте. Поняла?

— Это и есть клятва? — только и сумела выжать из себя Алана.

Мысли мешались. Значит, Син все-таки уверен в ее происхождении. Значит, все это узнают. Значит, больше ей не удастся быть невидимой. Почему же вместе с Сином не пришел Келлан? В душе шевельнулась обида.

— Нет, — ответил директор Син. — Это временное заверение, что ты не вступишь в борьбу за власть. Нам нужно это время, чтобы понять, что собирается делать Карион.

— Я никогда не собиралась и не хочу бороться ни за какую власть, — твердо сказала Алана. — Может, лучше мне сказать это? Что я отказываюсь от титула?

— Нет, пока это лишнее, — спокойно ответил Син. — Если захочешь, можешь отказаться позже. Пока же лучше не допускать шагов, о которых потом придется пожалеть.

— Зачем все это?

Син повернулся к ней.

— Чтобы Карион не смог убрать тебя тихо — не слишком серьезная гарантия, учитывая его метод вести дела, но лучше, чем ничего. И чтобы все враги Теренеров, а их немало, были заинтересованы в том, чтобы ты жила.

Алана, заканчивавшая расчесывать волосы, остановилась, чуть не выронив расческу. Вдруг все вопросы показались ей неуместными. Она поймала себя на желании просто последовать за этим сильным и точно державшим ситуацию под контролем существом, с трудом сосредотачиваясь на мысли, что Син может быть не слишком заинтересован в ее благополучии. Сейчас, подгоняемая, ожидавшая, что ее, как породистое животное, покажут всем влиятельным людям Империи, о которых она лишь в книжках читала, Алана думала, не последовать ли за сильным и таким уверенным директором Сином… Мигом в памяти услужливо всплыли восхищенные рассказы Хелки о том, что Син никогда и никому не проигрывает, что он старше всех наставников Приюта, что при нем в Приюте никогда не случается ничего плохого. Будто со стороны Алана увидела свое неуемное желание оказаться в безопасности, и она рванулась из этой иллюзии как из ловушки.

И сказала, будто протрезвев:

— Перед тем, как с кем-то говорить и как представляться, дайте мне поговорить с Келланом. Ему я доверяю.

В лице Сина ничего не изменилось, но он сделал девушке навстречу шаг.

— А мне — нет. — Он не спрашивал.

Алана подавила желание опустить взгляд. Она держалась за изголовье кровати так крепко, что болели пальцы. Сейчас бы не помешало ощутить спасительное тепло и боль змеиного креста, но амулет лежал, спрятанный среди одеял, и доставать его не хотелось.

— Хорошо, пойдем, — согласился Син, протягивая Алане руку.

Коснуться его голой кожи казалось диким, но вместе с тем в этом было интимности столько же, как если бы она взяла за руку статую. Когда она вложила свои пальцы в его, он не сжал ее руку, не потянул на себя, и ей показалось, что она чувствует прохладу гладкого дерева. Мир вокруг дрогнул и помутнел, Алана схватилась за неподвижного Сина, чтобы не упасть от внезапно сошедшего с ума чувства равновесия. Это было совсем не похоже на спокойное прохождение сквозь портальное окно, тут ее будто сжало и свернуло, а после развернуло с дикой скоростью. Желудок скрутило, Алана зажмурилась, борясь с тошнотой, а когда открыла глаза, то поняла, что уже находится в другом, незнакомом ей, месте. Небольшой вытянутый зал, в котором они оказались, своей строгостью напоминал кабинет старшего директора. Окна от пола до потолка, без занавесок, выходили в светлеющее небо, ни деревьев, ни скал сквозь них видно не было. Алана не помнила ни одного подходящего строения на территории Приюта. Даже башня главного корпуса не была столь высокой.

— Где мы? — спросила девушка, и ей показалось, что звук отразился от голых каменных стен.

— Это скрытые залы над моим кабинетом, — ответил Син, и в его голосе прозвучала похвала. — Как ты себя чувствуешь?

Это было неожиданно и даже мило. Алана улыбнулась сквозь тошноту:

— Все хорошо, спасибо, что спросили.

— Перемещение по территории так неприятно, потому что мы буквально прорываемся через слои защитных заговоров, — пояснил Син. — Жди здесь. Я позову Келлана.

— Хорошо.

Он сделал несколько шагов по направлению к единственной двери, но вдруг остановился и обернулся.

— Я не могу сказать, что тебе нечего бояться. Однако уверяю, здесь, при нас, ты в куда большей безопасности, чем могла бы быть где-либо еще. Пока ты здесь, ты под защитой Приюта и под моей лично, а никто из них не посмеет бросить мне вызов. Даже Карион.

— Из них? — переспросила Алана.

— Тебе нужно опасаться Кариона и Теренеров, — ответил Син спокойно, будто говорил о погоде. — Карион заинтересован в твоем исчезновении. Теренеры поклялись мстить Вертерхардам, и та резня, в которой погибли твои родители, была моментом их триумфа, даже несмотря на цену, которую им пришлось заплатить. Они считают себя людьми чести и попробуют завершить великое дело своего рода. Постарайся не вступать ни с кем из них в диалог, ограничься короткими ответами, если к тебе обратятся. Ни в коем случае ничего не обещай. В твоем возрасте и не имея магической подготовки, ты легко можешь выкопать себе могилу неаккуратно брошенными словами.

Алана чувствовала, как ее грудь вздымается в такт тяжелому дыханию. Все происходящее было нереальным и не могло окружать ее, служанку Голденеров, дочь безымянных Ласа и Вилы. Син был существом из другого, чуждого Алане мира, и сейчас его прохладный и немного нечеловеческий голос, хоть и не нес в себе опасности, лязгом звучал в ушах. Она впервые подумала, как необычно выглядит старший директор, с этими его миндалевидными глазами глубокого сапфирового оттенка, то ли белыми, то ли седыми волосами, длинными, как у богомола, руками и ногами и всегда бесстрастным лицом. Все это — скрытый зал где-то посреди неба, неземной директор магического ордена, собрание герцогов и шепчущих, перед которым ей предлагали предстать, версия о ее происхождении, кровавые ритуалы, проверки магических способностей, страшный черный герцог… Все это не могло происходить с ней. Не могло. Она сама была виновата: заигралась, подглядывая в замочную скважину, позволила себя утянуть, отодрать от мамы и Евы, с корнем вырвать из милых сердцу Зеленых земель, позволила себе забыться — и вот, теперь ею вертят, как маленькой фигуркой в игре, правил которой она не знает.

Алана поняла, что сейчас упадет, и затравленно оглянулась в поисках чего-то мягкого, но зал был абсолютно, абсурдно пустым — стены, пол и окна без занавесок. И дверь, у которой стоял Син.

— Мне плохо, — прошептала она, оседая в предусмотрительно свернутый воздушный кокон.

— Вижу, — донесся до нее издалека голос Сина. — Ты слабее, чем я думал. Жди.

68. Алана

Алана успела только подумать, как унизительно встретиться с Келланом в таком виде: лежа на полу, спеленутой воздухом как младенец, с искривившимся от тошноты лицом. Непонятно откуда взявшийся Келлан — он не проходил сквозь дверь, как и Син не выходил через нее, она же не сводила взгляда с блестящей дверной ручки! — аккуратно подхватил ее на руки вместе с коконом и посадил на низкий подоконник, прислонив к себе и оконному откосу, и крепко обнял ее поверх заговора Сина. Алана подумала, что впопыхах не взяла его шаль, и почему-то ей стало стыдно. Она прислонилась лбом к его плечу и зажмурилась.

— Алана, — шепот Келлана был теплым и нежным. — Как ты?

— Паршиво, — честно ответила Алана ему в плечо. — Что происходит? Пожалуйста, расскажите мне.

Келлан гладил ее по плечу мягкими, успокаивающими движениями.

— Хочу, чтобы ты знала, — так же тихо сказал Келлан своим согревающим голосом, — пока ты не придешь в себя и сама все не решишь, никто тебя никуда не потащит, даже Син. Я не дам ему. Слышишь?

— Да.

Алана поверила ему, действительно поверила, и ей будто стало легче вдыхать и выдыхать. Она была так благодарна своему спасителю, что, выпутав руки, без смущения обняла его за пояс, спрятав нос на груди. Келлан как-то резко выдохнул, будто она причинила ему боль, и Алана настороженно отшатнулась. Точнее, попыталась отшатнуться: Келлан, лишь ощутив, что она отстраняется, тут же снова прижал ее к себе. Алана подняла лицо к нему, и он поцеловал ее в висок.