Чтение онлайн

На стенах по обе стороны от дверей, висели всё те же чёрные знамёна жрецов. Высоко под потолком, красовалась золотая христаграмма.

— Это здесь! — быстро сообщил Карл.

— Ничего себе «склеп»! — выдохнул изумлённый Карлос.

— Хватит мямлить! Идём внутрь! — хриплым басом произнёс Фердинанд, вцепившись в массивную дверную ручку.

С явным усилием и протяжным скрипом петель, лейтенант открыл тяжёлую дверь. В нос ударил запах свежей еды, благовоний и какой-то подземной сырости.

Путники поспешили войти внутрь и прикрыть за собой золотые врата. Откуда-то издалека доносилось попискивание вездесущих грызунов. Где-то монотонно капала вода, разбиваясь о каменный пол мрачного «склепа». Могильный холод заставил поёжиться всех, даже крепкого Фердинанда. Факелов в «склепе» не было, оттого непроглядный мрак дезориентировал и сковывал, вызывая неприятное, постепенно нарастающее чувство страха.

Но спустя пару минут глаза привыкли к кромешной темноте и стали проявляться очертания окружающих объектов. Очертания, которые становились всё отчетливее. Сотворённый Караэлем светлячок, пролил свой тусклый свет на жутковатый, мрачный зал. Оглядевшись, гвардейцы наконец-то осознали, где именно они находятся.

— Алтарь! Ты привёл нас к жертвенному алтарю! — разъяренный Фердинанд схватил растерянного Карла за грудки и принялся трясти. — Это святыня! Ты, жалкий богохульник! Сюда дозволено входить лишь жрецам!

— Глупый святоша! Я же сказал, куда мы идём и это тебя не смутило! — бродяга безуспешно пытался вырваться из крепкой хватки лейтенанта.

— Ты сказал, что мы идём в какой-то «склеп», паршивый ты пёс! — прорычал возмущённый Карлос.

— Это и есть «склеп»! Так мы называем это место! А на что еще, по-твоему, эта пещера похожа? — огрызался бродяга.

— Похожа на нашу святыню! — голос Фердинанда становился всё злее.

— Довольно! Отпусти его! — громыхнул реверберирующий голос Караэля. — Это вовсе не святыня. Это надругательство над добрым именем Архистратига! Жалкие языческие обряды, не имеющие ни малейшей связи с Лордом Михаилом! Если вы хотите поубивать друг друга, цепляясь за ту ересь, которой пичкают вас жрецы, то это значит, что я ошибся в выборе союзников, — голос ангела полнился возмущением, его мерцающие во тьме глаза строго смотрели на лейтенанта.

— Выборе союзников? Что ты несёшь? Как будто, у тебя был выбор, — огрызнулся десятник, снимая с головы капюшон.

— Как и у вас! — парировал ангел.

Фердинанд отпустил бродягу и отошёл в сторону. Карлос и Ганс переглянулись.

— Ну, раз мы поняли, что это уже не святыня, может быть тогда пойдём и пожрём по нормальному? — уточнил Ганс, кивая головой в сторону алтаря.

— Неплохая идея. Силы нам понадобятся! — добродушно улыбнулся Караэль.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! — прошипел Фердинанд, скидывая с плеча «отпеватель».

Огромный каменный алтарь с внушительных размеров золотой статуей Архистратига, полнился всевозможными подношениями. На бархатных скатертях в золотых блюдах лежали всевозможные яства. Кувшины полнились вином и пивом. Множество корзинок с полевыми цветами и яблоками. Свежий хрустящий хлеб. Тушёная телятина. Горшочки с варёным картофелем. Вазы с тлеющими благовониями.

— Невероятно! Вот это я понимаю, праздничный стол! — обрадовался гнусавый Ганс, хватая огромный кусок телятины.

— Какой сегодня день? — тихим голосом уточнил Карл, доставая из котелка картофель.

— Четверг. Сегодня четверг, — ответил Фердинанд, наливая вино в золотой, украшенный самоцветами кубок.

— Значит всё свежее. Недавно принесли, — громко чавкая, произнёс бродяга.

— Невероятно, это просто немыслимо! — нагребая в тарелку всего понемногу, бормотал Карлос.

— Нужно перекусить, неизвестно когда в следующий раз представится такая возможность, — произнёс Караэль, с хрустом кусая яблоко.

— Да, согласен! Может последний раз пожрать довелось! — ответил ангелу Ганс, набивая телятиной рот.

— Да здесь можно и жить остаться! — предложил десятник, отламывая приличный ломоть хлеба.

— До следующего четверга, пока не явятся жрецы, — предостерёг Фердинанд, осушив свой кубок.

— Или пока не явится призрак этого «склепа», — смачно чавкая своим беззубым ртом, добавил Карл.

— Какой ещё призрак? — не понял лейтенант, уминая кусок телятины.

— Карл однажды встретил здесь странное существо, которое его сильно напугало. Он думает, что это был призрак склепа, — пояснил ангел, угощаясь картошкой.

— Ах-ха-ха-ха! — хором рассмеялись гвардейцы.

— Оборванец боится собственной тени. Видимо причудилось что-то в темноте! — широко улыбаясь, предположил Фердинанд.

— Причудилось? Ну — ну… — возмущённо фыркнул бродяга.

Досыта наевшись, усталые путники уселись на полу возле алтаря и отдыхали, неподвижно вглядываясь в шершавые стены. Они молчали, так как каждый из них размышлял о своём.

Жуткий, могильный холод не давал уснуть и то и дело передёргивал их тела частыми волнами дрожи.

— Может нам костёр разжечь? — предложил Ганс, потирая закоченелые руки.

— Ты совсем дурак? Хочешь нас выдать? — строго спросил его Фердинанд.

— Посидим до полуночи и пойдём, — предложил Карл.

— Если насмерть не замёрзнем тут к этому времени, — проворчал Карлос.

Время тянулось слишком медленно. Было настолько холодно, что единственной мыслью, которая посещала головы продрогших путников, была мысль о том, как бы согреться и окончательно не окоченеть в этой богом забытой пещере. Да, ни о чём другом они думать больше не могли. Угрюмый десятник возился со своей винтовкой, грея посиневшие руки о плазменный реактор оружия. Его лысая татуированная голова была сплошь покрыта свежими ссадинами и синяками, чередующимися со старыми боевыми шрамами. Со стороны Карлос напоминал злобного питбуля, завсегдатая собачьих боёв. Да, десятник действительно всегда был похож на бойцового пса, ждущего команды к действию. Караэль это понял только сейчас, наблюдая за его суровым, вечно напряжённым лицом. Лицом, полнящимся нетерпимости ко всем и вся.

Ганс в это время мелодично сопел и посвистывал своим кривым носом. Чтобы согреть свои ладони, он спрятал их подмышки и словно сам себя обнимая сидел, неподвижно уставившись вдаль.

Фердинанд и Карл дремали, закрыв глаза. Пожалуй, они единственные, кому это удавалось. Абстрагироваться от невероятного холода и таящихся вокруг опасностей, позволив себе закрыть глаза и погрузиться в безмятежную дремоту.

Караэль же коротал своё время, разглядывая кружащего под потолком доминус-светлячка. Сотворённый им светлячок без устали носился над головой своего хозяина, скудным светом рассеивая непроглядный мрак «склепа».