Чтение онлайн

Аскер помолчал. Его пальцы постукивали по каменной кладке колодца медленно и ритмично, как маятник. Я успел узнать эту привычку за последние недели: Аскер стучит, когда считает варианты.

— Нам нужно, чтобы он пришёл один, — Аскер не спрашивал, а проверял, совпадают ли наши выводы.

— Верно. И нам нужно, чтобы он ушёл живым и довольным.

Я вернулся в мастерскую и закрыл дверь. Лис ушёл к побегу, и его босые ноги оставляли на мху влажные следы, которые моментально зарастали крошечными травинками. Горт сидел за столом и записывал параметры трансформации, восстанавливая по памяти всё, что видел.

Я сел на пол и закрыл глаза.

Новая способность нуждалась в проверке. Резонансная коммуникация. Прямой обмен с узлами сети без посредника. До трансформации я связывался с Риной через побег, и каждое сообщение проходило ритмическую модуляцию, и расшифровка занимала минуты, а сложные понятия были невозможны. Теперь сеть работает как единый организм, и каждый узел доступен напрямую.

Я сосредоточился на точке тепла в нижней части позвоночника. Камень Рины. Юго-восток, более ста километров.

«Гость. Пятый Круг. Стоит в восьми километрах».

Импульс ушёл чистым и плотным, без ритмической модуляции, без пауз и шифров. Просто мысль, облечённая в резонансную частоту и переданная через сеть. Я не знал, дойдёт ли она, и не знал, поймёт ли Рина новый формат, однако через сорок секунд ответ пришёл обратно.

«Знаю его. Ренат Черноглаз. Амбициозен. Исследователь до мозга костей. Он связан с кем-то в столице. Если исчезнет, пришлют десятерых».

Сорок секунд. Раньше такой обмен занял бы полчаса кропотливой работы с ритмическими паттернами, и половина информации потерялась бы при расшифровке. Теперь сорок секунд и абсолютная точность.

Я встал с пола и подошёл к полке. Последний флакон Эликсира стоял за банкой с угольным порошком. Густая золотисто-красная жидкость мерцала в закатном свете, и при взгляде через витальное зрение от неё исходило ровное тёплое свечение ранга C, которое не перепутаешь ни с чем.

— Горт.

— Да?

— Мне нужны чистые стаканы, два. И лучшая скатерть, если в деревне такая есть.

Горт посмотрел на меня с выражением, которое я интерпретировал как «лекарь окончательно свихнулся».

— Скатерть?

— У нас будет гость, нужно принять его достойно.

Горт моргнул, закрыл дощечку, встал с табурета и вышел. Через минуту я услышал, как он стучит в дверь дома Кирены и что-то негромко объясняет.

Я вернулся к побегу. Лис по-прежнему сидел у корней, и его ступни утопали во мху. Вечернее солнце пробивалось сквозь кроны длинными косыми лучами, и серебристый стержень побега отбрасывал на землю мерцающую бордовую тень.

Я развернул объёмное восприятие и сфокусировался на юго-востоке.

Алая точка сдвинулась.

Рен шёл к деревне медленно, пешим шагом. Его витальный профиль изменился: мобилизация снята, резервы больше не сжигаются ради скорости. Он экономит силы. Он идёт на переговоры, и я это вижу по тому, как распределена субстанция в его теле.

Внешний резонансный объект: приближается

Расстояние: 7.2 км, движение на северо-запад

Скорость: пешая (стандарт)

Поза: открытая (переговоры)

Эмоциональный фон: контролируемая настороженность

Оценка угрозы: высокая

Я вышел за ворота один. Серебряные руки мерцали бордовым в густых сумерках подлеска, и свет от них ложился на траву двумя размытыми пятнами. Побег за спиной пульсировал мощно и ровно, сорок четыре секунды, и его ритм отдавался в моей грудине вторым биением сердца.

Варган встал у правой створки ворот.

Далан исчез за частоколом. Я не стал его искать. У Далана собственное понимание полезности, и оно обычно связано с темнотой и неожиданными углами атаки.

Аскер стоял на пороге своего дома.

Я смотрел на юго-восток и ждал.

Объёмное восприятие считывало приближение Рена с детальностью, которая ещё утром была мне недоступна, но среди всего этого я различал нечто, чего не ожидал. Резонансный профиль Рена содержал микроколебания — крошечные, почти незаметные сбои ритма, которые обычный наблюдатель списал бы на усталость после форсированного марша.

Холодный расчётливый страх профессионала, который понимает, что шагает к чему-то, выходящему за рамки его опыта. Рен видел аномалии и раньше. Он обследовал деревни с заражёнными колодцами, мёртвые зоны, места прорыва жил. Но то, что он чувствует сейчас, не похоже ни на что из его классификации.

Я стоял и ждал, и серебряные руки светились ровно, и побег за спиной стучал, как метроном. Ветер нёс прохладу из подлеска, и в его шелесте я различал далёкий ритмичный хруст ветвей под ногами человека, который шёл навстречу.

Потом, на самом краю восприятия, там, откуда пришёл Рен, я уловил второй след, идущий параллельно инспектору на расстоянии двух километров южнее. Один сигнал, потом два. Потом три. Второй и третий круг, может быть, но с профессиональной маскировкой, гасящей сигнатуру до минимума. Стражи путей или военные разведчики, обученные двигаться в тени.

Я стоял в десяти шагах от частокола, босой, с закатанными до локтей рукавами.

Прятаться бессмысленно. С фоном в девятьсот сорок процентов, я для любого культиватора выше третьего круга выгляжу как костёр посреди тёмного поля. Рен почувствовал трансформацию за восемь километров, а теперь он в полутора, и расстояние сокращается с каждой минутой.

Варган стоял у правой створки ворот с копьём, упёртым в землю. Его лицо ничего не выражало, но я видел, как мышцы на шее натянулись, и жилы на предплечьях проступили рельефнее обычного.

Объёмное восприятие развернулось на полную. Алая точка Рена двигалась с северо-востока, огибая старый бурелом. Пеший шаг, ровный, размеренный. Субстанция в его теле распределена нейтрально, без боевой концентрации. Он идёт с открытой позой, как и четыре часа назад, и это означает одно из двух: либо он действительно хочет говорить, либо ему не нужна боевая готовность, чтобы убить всех в деревне.

Два скрытых спутника двигались параллельно, в двух километрах южнее. Профессиональная маскировка, гасящая сигнатуру до минимума. Если бы не объёмное восприятие пятого узла, я бы их не заметил.