Чтение онлайн

— Так вы хотите бунт поднять? — изумился я, — сегодня, сейчас? Войну устроить?

— А хоть бы и войну, — баба Маша вышла из-за моего плеча в круг совершенно бесшумно, и двигалась она как молодая, и сняла она с себя старушечий платок, и седые, безжизненные волосы её уже наливались светом и золотом, и убегали куда-то морщинки на лице, и расправлялись плечи, в общем, груз пережитых лет слетал с неё стремительно, — но нет, скорее всего, сегодня войны не будет. Вот была бы жива Катерина Петровна и все остальные — то да, легла бы половина из нас этой ночью костьми, но ты же, Даня, ты же сумел проредить их чуть ли не на четверть, и самую сильную четверть, так что другого такого момента у нас не будет.

— Нет на свете царицы, — вновь процитировал кого-то чрезвычайно начитанный Коннор, с удовольствием глядя на Марию, ведь её уже не то, что бабой Машей, её уже и Марией Яновной было не назвать, — краше польской девицы! Весела, что котёнок у печки…

— Помолчи, — сурово глянула на него Мария, — никогда тебя не любила, но, правды ради, только такой пройдоха, как ты, и может провернуть подобное. Так что буду тебя терпеть, заслужил, но ты молчи пока, молчи и не зарывайся, дай мне привыкнуть!

— А что там? — и я перевёл взгляд с улыбающегося до ушей Коннора, что в ответ на слова бабы Маши прижал руку к сердцу и всё-таки промолчал, на неё саму, — как девчонка-то? Что с ней?

— Всё хорошо с ней, — успокоила меня изменившаяся до предела травница, — жить будет. Молодая, сильная, только жить начавшая — такие лечение хватают сразу. Минут через пятнадцать уже восстановится полностью, и хоть на танцы беги. Но ты, Коннор, стреножил её слабовато, отнесись впредь к такому ответственнее, хорошо? А то она в себя как пришла, тут же начала дёргаться, пальцами шевелить, пришлось вот ещё и рот ей заткнуть.

— Виноват, — не стал пререкаться с ней лепрекон, и был он снова совершенно серьёзен, — не досмотрел, на будущее учту. Ну а пока, ваше сиятельство, встаньте здесь в какую-нибудь геройскую позу, на пару с Марией Яновной, дайте мне всего лишь несколько минут, и я всё организую!

Я пожал плечами, но придуряться не стал, какой есть — такой есть, и потом, лично я никого сюда не звал, да и непонятно мне было всё ещё, что тут вообще происходит.

Все желающие, как я понял, уже успели зайти через открытые ворота во двор автосервиса, несколько сомневающихся компаний тёрлись поодаль, изредка заглядывая сюда и в жарких спорах решая, что же им всё-таки делать, но приманивать геройскими позами я никого не буду, мне и эти-то непонятно зачем нужны.

Коннор тем временем успел на пару с братом вытащить во двор мощный стол и такой же стул, вытащить да поставить на середину, а потом, изогнувшись в почтительном поклоне, знаками попросил меня сесть за него и я, вздохнув и мысленно выматерившись, подчинился.

После лепрекон отправился закрывать ворота, он ещё мстительно и с грохотом захлопнул створки перед каким-то сомневающимся и очень хитро выглядящим мужичком, а брат его тем временем выложил на стол передо мной богато сделанную чистую тетрадь, да не тетрадь, а почти книгу, и столь же богатый письменный старинный набор, хорошо её, не перо и не чернильницу, это была ручка-самописка в бархатном футляре с написанной чужим алфавитом надписью «Паркер».

— Прошу всеобщего внимания! — и преисполненный до краёв торжественностью Коннор церемонно вышел в центр двора, — сегодня, сейчас, его сиятельство, маг истинного огня, чья душа и есть пламя, берёт под свою руку всех желающих! Настала пора, друзья мои, изменить положение дел в городе и окрестностях, изменить так, как и положено исстари, настала пора принять правильную сторону и выбрать себе сюзерена!

— Что. Вообще. Тут. Творится? — тихо, но очень злобно сказал я стоявшей справа от меня Марии. — А вы меня спросили — оно мне надо? Ты с ума сошла, Маша? Что это за цирк?

— Баба Маша, — поправила меня девушка, — это я только этой ночью так, да и все остальные тоже. Но ты посмотри на них, посмотри внимательно, и запомни каждого, потому что второго такого случая, надеюсь, уже не будет! А насчёт спросили или нет, ты уж извини, Даня, но это не мы и не ты, это судьба твоя такая, это звёзды так сошлись, только так и никак иначе! И ты прими её, судьбу свою, прими и не выёживайся тут, пся крев! Знай, кто ты есть, но помни, кто помог тебе, кто сделал это по доброй воле и ответь нам тем же! Спроси себя, выжил бы ты без тех, кто появился в твой новой жизни, спроси строго, ответь честно и пойми уже наконец ну хоть что-нибудь!

— Да не понимаю я ничего! — ошалев от её напора, дала она мне всё же прикурить, тихо ответил я, — здесь сборище непонятное, там ведьмы скоро приедут, что вообще происходит? К чему это всё?

— А на этот момент есть мы! — Коннор уже стоял слева от меня, — ваши доверенные лица! И мы всё вам объясним, ваше сиятельство, только по ходу дела, пожалуйста, ведь времени нет совсем, да вы и сами всё поймёте, вы только держите глаза и уши открытыми!

— Хорошо! — решился я, будь что будет, — что делать-то?

— Записывайте каждого, — открыл передо мной чистую тетрадь Коннор, да придвинул поближе письменный набор, — кто подойдёт к вам, вот сюда, в эту, назовём её так, новую бархатную книгу. Записывайте всё, что он вам скажет, имя-фамилию-отчество, род занятий, адрес и телефон, семейное положение, в общем, всё, что он сообщить о себе посчитает нужным. А познакомитесь поближе потом, и познакомитесь обязательно, по телефону ли, к себе ли призовёте, или личным визитом удостоите — там видно будет! Сейчас не до этого, сейчас вам каждого необходимо принять под свою руку, сказать нужные слова и поделиться силой, закрепить соглашение! Ну а уже после, как все формальности будут заключены, и до ведьм дело дойдёт! И поспешите, ваше сиятельство, времени нет совсем!

— Хорошо, — я уселся поудобнее и вытащил из кармана штанов чуть не забытое мной сердце ведьмы, ведь темновато тут было для писанины, несмотря на фонари во дворе, а этот трофей подходил на роль настольной лампы как нельзя лучше, — начинаем!

Маша, тьфу ты, баба Маша, хотя какое там, отныне и до веку будет она для меня Марией Яновной, при виде этого светильника сделала круглые глаза, но ничего не сказала, а я сделал вид, что всё нормально, тем более что из всех сегодняшних чудес это и вправду было не самым выдающимся.

Но скоро мне стало не до её глаз и, пусть я и воспринимал в глубине души всё затеянное Марией и Коннором как балаган, как несерьёзный цирк, я всё ещё ничему не верил, зато все подходящие ко мне по очереди так не считали, им этот дурацкий ритуал был важен до предела.

И вскоре я это ощутил в полной мере, я этим проникся, да и как не проникнуться, если магия моя реагировала на это всерьёз, не спрашивая меня ни о чём.

А получалось так: я стоя встречал очередного нового союзника, потом сидя записывал его установочные данные, стараясь не ошибиться ни в чём, потом выслушивал его короткий рассказ о себе, держа своё удивление на привязи, после наудивляюсь вдоволь, а потом быстро принимал его под свою руку.