Чтение онлайн

Статуя даже дернулась было следом, но далеко уйти, ясное дело, не могла. К тому же на нее никто не обратил ни малейшего внимания.

Анестея бессильно топнула ногой и позвала:

— Радужка!!!

Великая пребывала в тихом бешенстве — и изрядной тревоге.

Примчались! Чем, спрашивается, может помочь смертная? Да еще такому, как Ланеж… «Мы — лед, нам нужен жар»… Что они этим хотели сказать?

Тем не менее, ее готовность прийти на выручку богиню растрогала. Немного найдется наликаэ, которые видят духов — и готовы по их просьбе броситься в зимний омут… Что-то не так с этой девушкой, что-то тут нечисто…

Да где же Радужка?!

— Наконец-то! — не сдержалась Анестея, едва в проем вбежала другая богиня. — Она ушла. С зимними духами. Они позвали ее — и она ушла.

Радужка с нарастающим ужасом окинула взглядом опустевший храм — и настежь раскрытые, выбеленные инеем двери.

— Куда еще ушла?! Рэлико!!!

У порога она беспомощно осела на колени, поняв, что духов и наликаэ снежного бога давно след простыл.

Не справилась… подвела Ланежа…

— Это еще цветочки, — сообщила Анестея, уже вернувшая себе невозмутимость, и принялась рассказывать.

Выслушав, Радужка с ужасом перевела взгляд на небо, озаряемое где-то далеко красными всполохами.

— Сньор! — с ужасом прошептала она. — Видимо, он нашел способ выбраться… а они считают, что нашли способ его остановить.

— Надеюсь, что остановить, — мрачно поддакнула Анестея.

— Они любят Ланежа, — неуверенно возразила Радужка.

— Духи? Любят? Не смеши, — отмахнулась та. — Надо собирать совет.

— Какой совет?! Еще скажи, в Чертогах всем собраться, неделю судить-рядить, дать Сньору фору! Искать Ланежа нужно, пока не случилось непоправимого!..

Радужка осеклась. Где-то далеко раздался мощный взрыв. Вспышка была видна даже отсюда.

— Теперь мы знаем, куда созывать всех, — решительно тряхнула синими волосами богиня.

— Если нам поверят. Верховные ведь считают, что надежней их печати не бывает, что никому не под силу ее снять.

— Но Ланеж ведь…

— И тем более они не станут рисковать ради снежного бога, — мрачно подытожила богиня исцеления.

— Но попробовать нужно! — решительно произнесла Радужка.

— Я сама пойду, — решила Анестея. — А ты останься здесь. Все равно помочь ничем не сможешь, уснешь в снегу.

И, не собираясь больше спорить, статуя приняла привычно неподвижный вид.

В чертогах, окруженных со всех сторон лесом, где росли исключительно целебные растения, богиня свистяще вздохнула и наконец открыла глаза. Плавно поднялась, наслаждаясь каждым движением — совсем не то, что та статуя…

Она запомнила то место, до него не так уж далеко. Должна успеть. Ее помощь может потребоваться и самому Ланежу, и духам, и прежде всего — этой безрассудной рыжеволосой смертной.

Обожженное чудовище наконец прекратило смеяться. Пронзительный взгляд пустых глазниц устремился к Ланежу незримо, но ощутимо, пугающе.

— Ты, — хрипло каркнул бог, повернувшись к нему лицом.

Местами мышцы божественной плоти обгорели до угольев. Черная крошка при каждом движении отламывалась и летела по ветру. Сочилась кровь и сукровица там, где трескалась уродливая запеченная корка. Кое-где виднелись потемневшие от жара кости.

Все верно. Сньор был создан богом. Его плоть могла перенести даже такое. Если бы в недра заточили его, Ланежа… от него вряд ли бы что-нибудь осталось, не считая бесплотного, беспомощного духа, погруженного в липкий, вязкий жар.

Бог — цельное существо, прочный сплав плоти и духа, для бога одно неотделимо от другого. У духов плоть эфемерна и очень гибка, благодаря чему они могут становиться невидимыми и принимать разные формы. Человек обладает и душой, и плотью, но связь их недостаточно сильна, оттого тело стареет по мере того как душа набирает силу.

Вечный баланс, нерушимый.

— Ты изменился, но я помню тебя, — каркнул Сньор. — Ты — мой дух. Старейший.

Обнаженные черные зубы скалились в усмешке, которую не могли прикрыть спекшиеся губы. Говорить ему явно было нелегко… неудивительно, после подземного жара-то.

Белые глаза бесстрастно посмотрели в пустые глазницы. За себя Ланеж не боялся, только за своих подопечных — и свою наликаэ.

— Я бог, — бесстрастно поправил он, демонстративно направив толику силы уцелевшим духам. Он установил вокруг них ледяную оболочку — не вплотную, чтобы невзначай не добить их холодом. Но их покалеченная сила перестанет утекать и снова начнет медленно скапливаться. Может, этого хватит, чтобы они продержались еще какое-то время.

Их тут же замел снег, укрывая от стужи и новых ударов, позволяя уснуть и ни о чем не думать.

Больше он ничем не мог им помочь.

И без того не слишком приятное лицо Сньора окончательно перекосило от такой новости — и демонстрации.

Прежний зимний бог сплюнул красным на снег. Тот с шипением начал таять.

Близ шеи лопнула обожженная мышца, оросив снег кровью. Слишком темной даже для человека, не говоря уже о боге, почти черная.

Во что он переродился там, в адовых недрах?!

Смертная с символом весны на лбу слабо застонала, приходя в себя. Ожог у нее на груди разрастался, разъедая плоть. Кровь земли остывает медленно.

На лице Сньора вдруг появилась еще более страшная усмешка, словно он принял какое-то новое решение.

— С тобой я еще разберусь, — с угрозой пообещал восставший бог и сделал шаг к алтарю. Навис над девушкой.

Та открыла глаза — и застыла, не решаясь даже шевельнуться. На ее лице читался суеверный ужас.

— Жрица… Ты готова послужить мне?

Дернулась все-таки.

— Больно! — тут же всхлипнула она и с ужасом уставилась на страшный ожог.

— Понимаю, жар земных недр мучителен, — с саркастичным сочувствием поддакнул Сньор. — Я перенес из-за него страшные мучения. Видишь, как он извратил мою суть?

Как загипнотизированная, она уставилась на обожженного бога и осторожно кивнула.

— Ты славно послужила мне. Готова закончить начатое? Остался последний дух. Но сперва… примешь мой знак? После отправишься за помощью.

— Он лжет, — бесстрастно сообщил Ланеж.

Против воли Сачирэ бросила на него взгляд и заново содрогнулась. Белый, пугающий…

— Это мой сильнейший дух, — с угрозой протянул Сньор. — Совсем забыл свое место, богом себя возомнил… Вспомни, жрица, — сделать этот голос вкрадчивым было не под силу даже ему, но Сньор честно попытался. — Разве я не помогал вам все это время? Разве не возвысил тебя? Я лишь хочу исполнить то, что давно обещал.