Чтение онлайн

Внезапно из стены выехал каменный блок, в котором были аккуратно уложены вещи.

– - Мне не помешает одеться, -- как-то буднично произнесла Анат.

Буквально через пять минут пробудившаяся уже была облачена в чёрную силовую броню, а в руках она держала блестящий металлический посох. Щёлкнула кнопка, и по нему пробежала волна тонких светящихся линий.

– - Давай-ка взбодрись, подружка, -- командным голосом сказала Анат, цепляя на пояс зарядный комплект и термические гранаты, -- пора заняться делом...

Она звонко стукнула посохом о камень, и сквозь эхо послышался электрический треск: прямо из каменной кладки, словно сквозь сито, в комнате появились семь сверкающих золотистых шаров, потрескивающих электрическими разрядами.

– - А вот и галла! Здравствуйте мои милые мальчики! Соскучились по мамочке?! Вот сейчас и повеселимся! Я готова Шаба, можно уходить...

ГЛАВА 6

Пробуждение продолжается.

(Сосуд наполнен. Запись третья)

Боже! Вот мы и встретились!

Я не понимаю, что со мной -- но, не так я представлял себе свои последние мгновения... совсем не так... Я думал, что во мне будет равнодушная радость, ожидание скорого покоя... счастья небытия... вот чего я ждал. Даже не смотря на боль, адскую боль... Правый бок был разорван крупнокалиберной пулей, я лежал в луже собственной крови, которая быстро темнела, впитывая в себя дорожную пыль, и асфальтовую крошку... Скорее всего задета печень, я чувствовал ритмичную пульсацию боли, с которой капля за каплей из меня уходила жизнь. Я давно бы уже отключился, но услужливая кибер-броня гладиаторов, впрыснула в меня изрядную долю антишоковых и обезболивающих препаратов, наверное, чтоб я мог насладиться в полной мере потерей крови... Если бы знать, как отключить эту хрень... а то, боюсь, когда начну терять сознание, меня шарахнет дефибриллятором... и я опять не умру... а может ещё на меня набросится наш медицинский бот? Тогда я смогу стать полноценным инвалидом, хотя, вряд ли... Наши позиции разгромлены, а всё, чего хотелось бы мне сейчас, это умереть... перед глазами стоит улыбка Пандара. Как я понимал его сейчас... не то, что тогда, в купальне -- его мёртвая голова продолжала улыбаться -- он ждал этой смерти... он заслуживал её, чтоб унестись свободным потоком частиц к далёким звёздам. А я? У меня будет так же? Заслужил ли я этой смерти? Где моё равнодушие? Оно испарилось, словно бы я проснулся... Проклятая идиотская миссия, проклятая тупая планета психопатов и уродов!!! Нет, жить я не хотел, могу сказать точно -- но моё равнодушие почему-то сменилось ненавистью... дикой, бешеной, всепожирающей ненавистью! Я ненавижу всё и всех! Будь проклят этот слепящий бело-голубой шар! Я ненавижу тебя, Альтаир! Это небо, которое дрожит и пенится дымом, душит запахом гари и оглушает взрывами... Жара и грохот... Мой взгляд какое-то время упирался в покосившуюся табличку на куске бетона. На ней была надпись на местном диалекте -- "Стар Бат Майдан". Это переводилось, примерно, как "Площадь Звёздной Битвы". У них, походу, всегда битвы -- почему тут ещё все не сдохли, и смогли дать отпор силам земного флота?

Слепящий шар заслонила чёрная тень, и грохот стал нестерпимым... по небу проходило звено дискообразных кораблей, с прокопчёнными бортами, на которых красовались белые семиконечные звёзды. Этот тип кораблей не был знаком мне раньше -- здесь их называли "виманы". Их дюзы извергали острые языки пламени, разогревая и без того раскалённый воздух. Те самые виманы Утзара, генерала январцев, перешедшего на их сторону от мартовских.

Я лежал, облокотившись на горячий стальной ролик гусеницы подбитого кибер-танка, но жара металла уже не ощущалась -- я просто знал, что он горячий. Пот ручьями стекал по мне, смешиваясь с кровью, а смерть всё не приходила.

Говорят, что перед смертью в голове промелькивает вся жизнь, за несколько мгновений. Значит, я ещё не умираю. Я не могу увидеть ничего, кроме разогретого бетона, чадящих чёрным дымом, сбитых штурмовых истребителей, и лежащих то тут, то там, мертвецов, в броне гладиаторов, продолжающих сжимать в руках покорёженное оружие...

Пить, как же безумно хочется пить... кажется, весь отряд Гамма, уничтожен, дело только за мной... Пандар, дождись меня... Порыв ветра накрыл лицо едким густым дымом... Я отвернул голову, и почувствовал, как дрожит земля...

В темнеющих глазах, я заметил, как из-за руин Четвёртой Башни Обороны Тибакана возникли гигантские силуэты...

Боже! Вот мы и встретились!

Их было четверо, трое "серебряных" и один "бронзовый" Титан: мне рассказывали про таких. Гигантские фигуры, высотой метра по четыре - пять, напоминали статуи, и не только из-за, почти одинакового бледного окраса кожи и сверкающих античных доспехов -- от них не веяло жизнью, даже "биологией". Не видно было приливающей или отливающей крови на коже, не сверкали капельки пота на их лицах, в этом раскалённом Альтаиром воздухе, незаметно было их дыхание -- ничего физиологического не чувствовалось в них -- бельмы светящихся желтоватым светом глаз, без зрачков и тяжёлая поступь огромных ног, обутых стальные поножи и сандалии.

Они легко перешагивали завалы и покорёженную технику, двигались плавно, не торопясь и с неким пафосом.

Бронзовый случайно бросил взгляд в сторону подбитого танка, и медленно изменил направление, двинувшись ко мне. В руках он сжимал нечто, вроде копья, по которому пробегали всполохи каких-то индикаторных огней. Так как зрачков на его глазах не видно, трудно было понять, смотрел он на меня или куда-то ещё. Но скорее всего не на меня -- не слышал я, чтоб Титаны добивали раненных после боя: им на живых-то плевать было.

Земля дрожала от тяжёлой поступи этого создания. Говорят, это потомки древнейшей расы, которая в допотопные времена жила на Земле. Именно этих Титанов, что называли себя Первыми Ари, и избрал себе в союзники Президент - Император Атлант I. На чём и строил свою дебильную пропаганду, дескать, люди, соединившись с этими чучелами, станут бессмертными и сверхсильными. Да только Титанам, было на господина Президента- Императора, глубоко наложить удобрений (чего, кстати, они, кажется, не умели, по определению), так что могли они на нашей стороне воевать, а могли и на другой -- зависело, видать, от их внутренних разногласий, нам, простым смертным, не понятных.

Их я ненавидел сейчас больше всего, и очень жалел, что перед смертью, не смогу поднять магнитную винтовку, и всадить в это пугало огородное остатки боекомплекта.

А болван всё приближался, и сотрясающаяся земля, отдавалась в моих потрохах волнами боли. Он остановился на расстоянии метров трёх и посмотрел на меня с тем любопытством, с которым мальчишки разглядывают раздавленного жука на дороге. Я поднял голову, в глазах пошли красные круги. Я не выдержал -- я улыбнулся, как Пандар, там, в купальне:

– - Что вылупился, манекен ходячий?!
– - собрав последние силы, выкрикнул я. Получилось какое-то хриплое стаккато, но он, явно меня услышал, и слегка пригнулся, опершись на копьё.

– - Ты умираешь, -- каким-то многоголосым шёпотом пропел он.

– - Нет, я прилёг загорать, а ты мне солнце закрыл, пошёл вон отсюда!
– - грудь моя заныла, а бок онемел.

– - Почему в вас столько агрессии?
– - просипел он. Казалось, что обыкновенный голос пропустили через хоровую обработку. Говорил он медленно, почти без интонаций. Его шлем, с ворсистым гребнем на затылке, отливал в ярких лучах Альтаира золотом, а копьё издавало лёгкое гудение.

– - Учитывая, что я прилетел сюда для мирных переговоров и год просидел в тюрьме, мне трудно ответить на этот вопрос, -- сил говорить, почти не было.

– - Вам не стоит сопротивляться нашей воле, -- мы несём для вас гармонию, в этом мире хаоса, -- он слегка наклонил голову в бок.

– - Может у меня что-то со зрением, -- я закашлялся, стиснув зубы от боли, -- но я в упор не вижу этой вашей гармонии: вы такие же агрессивные ублюдки, как и все на этой свихнувшейся планетёнке! И кроме роста, и фонарей вместо глаз, не отличаетесь от самого последнего расиста... Если, конечно ты, своими титановыми мозгами, способен понять, о чём я.