Чтение онлайн

При выборе невесты на Руси обращали внимание на умение вести крестьянское хозяйство, размеры приданого. На втором месте стояли такие качества невесты, как кротость и послушливость, уважительность. Определенное значение придавалось и красоте невесты, но она не имела решающего значения.

Где знакомились? Молодые люди предбрачного или брачного возраста обычно в весеннее и летнее время знакомились на улице во время случайных встреч, при выполнении домашних работ, на уборке урожая, на сенокосе и общественных работах. (В первую очередь это касается сельской молодежи, где традиционные формы обрядов сохранялись дольше, чем в городе). В свободное от работы время молодежь собиралась около домов, на лавочках, бревнах, завалинках. Здесь рассказывали различные истории, грызли орехи и семечки, пели и плясали под балалайку или гармошку. Молодые люди выражали свои симпатии девушкам, пытаясь «силой обнять» или посадить рядом с собой толчками, ударами. В праздничные дни водили хороводы, собираясь на месте массовых гуляний. В осеннее или зимнее время основным местом встреч были посиделки, где девушки пряли, шили, вязали, вышивали, рассказывали сказки, небылицы, пели песни. Такие посиделки были основным местом выбора невест и предбрачных знакомств. Парни приходили с гармошкой или балалайкой, подсаживались к девушкам, угощали их орехами, конфетами, семечками. Симпатизировавших друг другу молодых людей называли дружками или подружками, или зазнобами. Кроме посиделок, распространены были «капустники», когда девушки уговаривались у кого-либо рубить капусту в назначенный день с проведением вечеринки. Аналогичный характер имели «холки» (бедные крестьяне, у которых не было овец, варили пиво и приглашали молодежь на «холки» – каждый приносил определенное количество шерсти). Кроме того, устраивались «супрядки» или «супряжки», на которых девушки пряли, на всех таких встречах проводились вечеринки [237] . Как правило, разница в возрасте собравшихся не превышала 2–3 лет. Нередко при этом привлекались парни и девушки из соседних деревень.

Интересно сопоставить свадебную обрядность русских со славянским населением в Германии – у серболужичан. «Лужичане – сорбы, венды, лужицкие сербы (самоназв. – сербья, сербски люд)… Относятся к большой европеоидной расе… Л, – потомки некогда многочисл. Полабских славян, земли к-рых к кон.10 в. Были захвачены нем. феодалами и со временем заселены нем. колонистами… Л. населяли 2 изолированных р-на, отделенных друг от друга и от этнич. территорий поляков и чехов немецкими поселениями: Нижняя Лужица (с центром в г. Котбус) и Верхняя Лужица (с центром в г. Баутцен)…» [238] .

Основным местом знакомства у серболужичан были также посиделки. Обычно они проводились у серболужичан не ранее 11 октября и заканчивались к великому посту. На посиделках девушки пряли, во время посиделок обязательно пели – как девушки, так и парни. Парни приходили на посиделки два, три раза в течение вечера.

То же характерно и для немецких посиделок, где собирались группы из 4–8 девушек. Когда приходили парни, начинались различные игры.

После окончания посиделок многие девушки получали предложение о браке. При этом приоритетными были экономические мотивы, которые были очень важны для родителей молодых. Широко бытовало мнение, что браки, заключенные по желанию и любви брачующихся, всегда несчастливые. Но уже в конце XIX – начале XX веков роль родителей в брачном выборе ослабевает. К этому времени получили распространение отхожие промыслы, что давало определенную экономическую свободу молодежи, ослабляя традиционную власть, тем самым экономическую зависимость от главы семьи.

Если в XVIII веке брачный возраст мужчин в России был 15 лет, у женщин – в 13, то во второй половине XIX – начале XX веков возраст становился большим – от 20 до 25 лет. Обычно вступление в брак заканчивалось к 25 годам. Нередко было, что муж был значительно моложе своей жены. Существовало предубеждение против браков однофамильцев.

У монголов браки были в 15–18 лет. Там большое значение придавалось годам рождения партнеров. Некоторые годы относились по 12-летнему календарю к разряду так называемых «твердых», другие – к «мягким». Считалось удачным, если год рождения жениха относился к «твердым», а у невесты – к «мягким». Наоборот считалось неудачным вариантом свадьбы.

Одним из важных элементов брачного комплекса было сватовство. В русском Поволжье, например, сватовство сопровождалось рядом предупредительных мер, направленных на предотвращение «порчи» со стороны разного рода недоброжелателей. Как правило, сваха уходила на сватовство из дома жениха из-за стола, на котором были каравай хлеба и солонка с солью, почему считалось, что сваха выходила из дома «из-за хлеба и соли», Как правило, сваха старалась войти в дом невесты незаметно, вечером или даже ночью. Следовало в дороге ни с кем не разговаривать, а лучше никого не встретить на своем пути. Сваты должны были быть людьми, обладающими красноречием (краснобаи), обладавшие умением уговорить, «уталалакать» родителей невесты. Свои обязанности эти женщины выполняли за особое вознаграждение. Они пользовались уважением у населения. Одежда их отличались определенными знаковыми отличиями. В Среднем Поволжье иногда сваха надевала разные валенки, часто непременной принадлежностью ее была палка [239] . Иногда – сковородник, иногда – кочерга, чтобы «выгрести девку» [240] . Сваха стремилась поймать невесту за косу, чтобы родителям было трудно ей отказать. Считалось, что в противном случае девушка вообще не выйдет замуж. Войдя в дом, сваха садилась на лавку под матицу, и это тоже было знаковым признаком, что она пришла сватать дочь хозяев. Разговор прямо начинался с того, что сваха или сват объявлял о цели прихода. Наиболее распространенной формулой было: «у вас курочка – у нас петушок…». Первый приход – оповещение родителей о намерениях родителей жениха. Сразу давать положительный ответ считалось неприличным. Второй раз сваха приходила в дом невесты с женихом и его родителями. Если решение родителей невесты было положительным, «били со сватами по рукам». В некоторых селах в знак согласия на брак свахе выдавали платок невесты для передачи жениху. В других – сваха получала краюшку хлеба, завернутую в лучший платок невесты. Сваха оповещала односельчан о предстоящей свадьбе, неся через деревню это подношение в поднятой правой руке. Об интересном обычае в с. Соколка Бугульминского уезда пишет Н.В. Зорин: «когда сваты уходили из дома, бросали на них кошку, чтобы невеста «вцарапалась» в жениха, как кошка в сватов и держалась за него» [241] .

Для большинства районов обеих Лужиц также было характерно обращение будущего жениха к своему поверенному, выполнявшему роль свата.

Началом предсвадебного периода считалось посещение поверенного жениха (брашки) дома невесты. Он должен был прийти, как и у русских, незамеченным односельчанами, поэтому посещение было после наступление темноты. Однако сватовство сохранялось примерно до 20-х годов XX века, сегодня этот момент предсвадебной обрядности существует только в памяти старших поколений.

Сватовство – важный элемент свадебной обрядности у многих народов мира. Так, в Китае сватовство было чрезвычайно важным делом, которое затрагивало посредников. Именовали сватов «бин жень» («человек льда»). Обычно в деревнях роль сватов выполняли в основном мужчины. а в городах имелись профессиональные свахи, особенно часто женщины выполняли миссию свахи на юге страны. С этим поверенным в семью невесты семья жениха высылала «цао те узы» – «предварительную записку», в которой указывались «8 иероглифов жизни» с указанием фамилии жениха, датой и часом его рождения. По этим данным гадали по гороскопу о возможности заключения брака. Если данные оказывались благоприятными, семья невесты высылала столь же развернутые данные о невесте. Теперь уже семья жениха справлялась у гадателя о возможности и сроках удачного бракосочетания. Положительный ответ нельзя было посылать с ответом сразу (это считалось неприличным) – надо было прождать хотя бы три дня.

Далее в русских поселениях после сватовства проводились осмотр хозяйства жениха и смотрины невесты. Родители невесты и ее ближайшие родственники после получения согласия на брак приходили обычно на смотрение хозяйства через 2–3 дня. Это давало возможность занимать у соседей или знакомых сельскохозяйственный инвентарь, чужой скот и т. п., чтобы произвести наиболее выгодное впечатление. Впоследствии этот структурный элемент свадебного комплекса имел не столько экономическое значение, но служил поводом для первого предсвадебного знакомства двух семейных коллективов, вступающих в семейное родство.

Через несколько дней после этого устраивались смотрины невесты. В дом к невесте приходили жених и сопровождавшие его лица – родители, сваха, родственники. Считалось неприличным, чтобы невеста сразу выходила к гостям. Иногда сначала выходила какая-либо некрасивая старушка, чтобы контрастом увеличить красоту невесты, которая в конце концов появлялась в лучшем своем наряде. Если невеста жениху нравилась, существовал обычай, например, в деревне Поспелово Елабужского уезда, он выпивал несколько чашек чая. В противном случае – только одну и ставил ее кверху дном. Однако обычно жених давал согласие на брак до смотрин, ибо невесту подбирали родители сыну заранее и, выходя в сени, жених оставлял шапку в избе, что означало, что невеста ему нравится и он своих намерений не изменит.

После смотрин при их положительном исходе устраивался сговор. У бедных он совмещался со смотринами. Участниками сговора были члены вступающих в родство семей. На сговоре договаривались о том, кому, когда и какие подарки должны вручать жених и невеста, решались все материальные вопросы брака, объявляли приданое невесты и какой должна была быть кладка жениха. После того, как все вопросы были улажены, проводилось рукобитие. После рукобития проводилось домашнее обручение помолвленных. Проходило оно по-разному. Это мог быть обмен кольцами между женихом и невестой, в некоторых селах молодым подавали по стакану пива, куда они опускали свои кольца, затем они обменивались стаканами, выпивали пиво и одевали кольца, в других местах жених и невеста садились за стол, перед ними ставились две тарелки с гостинцами – пряниками, конфетами, орехами. Жених и невеста клали на них кольца и передвигали тарелки, чтобы жених мог надеть кольцо невесты, а невеста – кольцо жениха.

Заключительный этап рукобития – пиршество. В Поволжье оно называлось «запой», «пропой», «запойка» и т. п. Это был первый свадебный пир.

Итак, следующий этап – помолвка. У серболужичан – обязательный обмен кольцами, знакомство родителей между собой, обсуждение приготовления к свадьбе, экономических и других условий начала совместной жизни.

У немцев за сватовством также следовала помолвка, обручение. Помолвка – это та грань, за которой юноша и девушка начинали отходить от своего социума. В одежде помолвленной девушки у серболужичан исчезал красный цвет, который раньше обязательно присутствовал, главным образом среди лент. За три недели до свадьбы помолвка оглашалась в церкви.