Чтение онлайн

– Баба там, – машу я на воду. – Накрылся.

– А женщина?

– Это моя. Его жена тоже погибла.

– Вот черт. Он мне должен был, – некстати говорит человек.

– Я заклиню люк. Ты не сможешь погрузиться, – в отчаянье заявляю я.

– Да ладно тебе. Что я – людоед? Залезай. И бабу свою бери. Только у меня тесно. Придется посидеть в шлюзе. И не шали у меня. Если что – пущу забортную воду.

– Ладно, я понимаю.

Голова исчезает. Я быстро карабкаюсь следом. Просовываю ноги в люк.

– Оружие не обнаружено, – докладывает Триста двадцатый.

– И то ладно, – радуюсь я. – Мишель, лезь сюда!

– А это что у вас? – подозрительно интересуется хозяин субмарины, показывая на канистру.

– Вода, – отвечаю я.

– Ты сказал – не выпускать ее. И еще она привязана, – оправдывается Мишель.

– Все хорошо, милая.

Человек внимательно смотрит на Мишель снизу. Он уже по плечи влез в свою тускло светящуюся пещеру.

– Да ты белая! – изумляется он. – Добро пожаловать на борт, крошка!

– Привет, красавчик, – устало отвечает Мишель.

– Дай-ка мне свой багаж. Э! Да это вовсе не вода! Можно считать, что Баба мне больше ничего не должен. А вы оплатили проезд, – говорит подводник, нюхая горлышко канистры. В воздухе растекается острый запах фени. Той самой, что мы с Бабой смаковали перед ужином.

– Меня зовут Джек. Устраивайтесь, ребята. Трогаемся.

Люк за ним захлопывается. Мы остаемся вдвоем в почти полной темноте. Только крохотный голубой огонек светится над самой макушкой. Индикатор люка. И такой же – где-то под ногами. Его не видно, лишь отсвет его раскрашивает наши босые ноги в жутковатый синий цвет. Стоим, тесно прижавшись друг к другу. Вода стекает с нас на палубу. Этот шлюз – просто тесная вертикальная труба, так что мы и сесть-то не можем – колени упираются. Где-то тихо шипит воздух. Пахнет резиной и металлом. Дышится на удивление легко. Мы дрожим от холода. Обнимаемся как можно более тесно, стараясь согреться. Я беру холодные ладошки Мишель и дую ей на пальцы.

– Вот видишь – мы снова выбрались. Природа не терпит пустоты. Даже в такой глуши можно встретить человека.

– Господи, когда это кончится! – шепчет она в ответ. Зубы ее стучат от холода.

– Потерпи, милая. Просто потерпи.

– Я терплю, Юджин. Ты меня не бросишь?

– Как такая глупость могла прийти в твою умную голову!

– Роберт, хочешь сделку? – хмуро спрашивает Джек у бортпилота.

– Это будет зависеть от того, что именно ты попросишь.

– Ничего особенного. Я тебя не сотру. Обещаю. А ты взамен удалишь запись в бортжурнале. И сведения о всплытии. В общем, подчистишь все, чтобы наши держиморды не подкопались.

– Это является грубым нарушением инструкции.

– Зато ты останешься самим собой, – жестко говорит Джек.

– Это серьезный аргумент. Если я соглашусь, меня все равно инициализируют за нарушение.

– Если узнают.

– Они узнают. Техники просматривают записи регулярно.

– Я поставлю им выпивку. Всей смене. В лучшем кабаке. В «Веселой вдове». Они все спишут в архив. И через три месяца уничтожат данные за давностью.

– Я… не знаю.

– Давай же, дружище! Я даже не буду просить тебя рассказывать о бабах. Целую неделю.

– Я согласен, – обреченно отвечает бортпилот.

…В Управление Специальных Операций, региональная штаб-картира Третьего сектора, третий отдел. Ввиду невозможности задержания объектов Уэллс и Радецки, согласно директиве GHT-123-453 применен вариант номер три. Объекты уничтожены во время морского перехода к островам Скалистой земли посредством авиаудара. Глубинное сканирование морского дна подтвердило наличие затонувшего судна в районе нанесения удара. Копию записей бортовых систем самолета прилагаем…

Люк под нами, шипя, съезжает в сторону. После темноты шлюза тусклый отсвет приборной панели кажется ярким. И тут же вспыхивает верхний свет, окончательно ослепив нас. Джек высовывается снизу.

– Приехали, зайцы. Здесь до берега метров пятьдесят, доплывете. Нельзя вам на причал компании. Деньги-то есть?

– Есть немного.

– В поселок в таком виде не суйтесь. Шериф у нас парень мирный, но помешан на чистоте рядов. Так что купите себе одежду в лавке около рыбзавода. Там одно старье, но все чистое. Все лучше ваших тряпок. Хозяин из материковых мартышек, можно торговаться.

– Ясно. Спасибо, что выручил, Джек.

– Да ладно, сочтемся. Вы надолго к нам?

– Не знаю. Как придется, – уклончиво отвечаю я.

– Тут маловато женщин. Те, что есть, – все в борделе. Самостоятельность не поощряется. Запросто могут пристрелить.

– Я не проститутка, – негромко говорит Мишель.

– Тогда трудно тебе будет, крошка. И твоему парню. Если от копов сваливаете, то в компанию не суйтесь, не возьмут. Вы вот что – у рыбаков на моле охранник нужен. Можно жить в сторожке рядом с причалом. Работа грошовая – рыбаки ребята прижимистые. Но это хоть что-то. Местных обезьян они не берут. Ненадежны и ленивы, сволочи. Да и нет их тут почти. Для этих мартышек тут прохладно. Найдете Зураба – небритый такой тип с порезанным ухом. Сразу узнаете. Скажите, что от меня пришли. От Джека Блейна.

– Понятно, Джек.

– Ну, все, сваливайте. У меня график. Буду свободен – забегу, потолкуем.

– Пока, Джек.

– Эй, вас как зовут-то?

– Сержем. А ее – Кати, – на ходу придумываю я.

Мы выбираемся в хмурое утро. Солнца еще нет, хотя небо уже светлое. Снаружи стоит густой туман. Пара тусклых огоньков по левому борту. Вроде и правда рядом. Кажущаяся теплой вода окатывает наши застывшие от холода ноги. Вдохнув полной грудью, ныряю первым. Плеск и брызги – Мишель бултыхается следом. Пятно рубки мутнеет, исчезая в белой мгле. Кильватерная струя покачивает нас. Не говоря друг другу ни слова, медленно плывем в сторону огней.

Десяток дней прошли, будто во сне. Наверное, перегруженный усталостью и диким нагромождением событий мозг просто отказывался воспринимать реальность. Во сне я нашел рекомендованного Джеком рыбака. Зураба. Громилу неприятного вида, на поверку оказавшегося довольно трусоватым, несмотря на опасную внешность, типом. Во сне же мы довольно быстро сговорились с ним о работе – ему действительно был нужен надежный сторож, способный отстоять несколько рыбацких баркасов и цех по переработке рыбы от ночного разграбления местными бродягами. Несмотря на удаленность островов от материка, их тут оказалось предостаточно. А может, как раз именно благодаря этому. Вид мой не очень располагал к доверию, но после упоминания имени Джека бригадир артели заметно оттаял. А уж когда я продемонстрировал ему свои навыки владения ножом, дело совсем на лад пошло.

– Платить буду мало. Денег у нас негусто. Можешь брать рыбы и водорослей сколько в тебя влезет. И жить в сторожке. Пять кредитов в неделю – больше не дам.

Так мы и жили в сторожке, – грязной лачуге из гофрированной жести. Появляться в поселке добывающей компании было опасно. Вот я и не выходил никуда без лишней необходимости. Все, что было нужно для жизни, было у нас под рукой. Одежду мы купили в лавке у старого подслеповатого индуса. Еды было полно: я набирал в цехе всякой всячины – рыбы, моллюсков, креветок, водорослей. Мишель помогала готовить все это на небольшой жаровне. Вместо соли использовали морскую воду. В отличие от побережья густонаселенного материка, океан вокруг Скалистой земли был чистым. Ели мы сплошные деликатесы, выходит. Рыбаки не возражали. После того, как я сломал нос одному особо наглому ночному гостю, желающих перелезать к нам через сетчатый забор чуть поубавилось. А когда я разобрался с особенностями местной водяной живности, стало еще легче. Водится здесь на мелководье такая тварь – Розовая пасть. Большой моллюск с красивой раковиной бледно-розового цвета. Совершенно бесполезный. Мясо у него жилистое, словно проволока. При сортировке улова эти раковины сбрасывали за борт – зачем просто так живность губить? Медлительность этой животины была обманчивой. Это был довольно опасный хищник, поджидавший свою добычу на дне, едва присыпанный песком. Стоило поднести к раковине толстую жердь – следовал неуловимый толчок массивного отростка-ноги, и створки, захлопываясь, запросто давили ее в щепу. Такая в них была силища. Рыбаки рассказывали, как однажды Розовая пасть на их глазах отхватила огромный кусок от попавшей вместе с ней в сети иглоклювой акулы. Той самой, от которой гарпуны отскакивают, точно от камня. И я приноровился этих моллюсков раскладывать вдоль забора, предварительно обложив мокрыми водорослями. А утром осторожно относил к воде, подставляя под удар железный наконечник багра. Вопли оборванца, наступившего в темноте на такую импровизированную мину, разбудили всю окрестную шпану. Мужичонка умер от шока еще до того, как я успел подбежать к нему. Наутро заявился местный шериф, нанятый компанией, с намерением «разобраться с инцидентом». Зураб, наблюдавшей за погрузкой рыбы, вышел ему навстречу, тепло поздоровался и самолично отнес в машину корзину с копчеными угрями.