Чтение онлайн

Тут Феранор скривил рот, будто пробовал что-то до отвращения кислое.

—...Имел другие задачи, то унёс их с собой в Хайлаэнэ.

— Митрасир и его воины,— продолжил он после небольшой паузы.— Должны получить плату. Им обещана часть золота, но повторно пускать их в Сокровищницу я не рискну. Кто знает… кхм...

Он оборвал себя на полуслове, смущённо кашлянул.

— Ну, значит, остаёмся только мы,— пожал плечами Агаолайт.— Но всё мы не унесём.

— Перед тем как всё началось атраванцы стащили свою добычу в общую кучу. Набьём оттуда по полному мешку каждый — этого хватит умилостивить шаха.

***

Прежде всего они позаботились о погибших.

Ийланов крючьями оттащили подальше и оставили на поживу стервятникам. Для сафуадов и караванщиков последним пристанищем стал дальний резервуар водохранилища. Мертвецов посадили, привалив к стене, прочли короткую молитву и засыпали песком и камнями. Эльдарам полагалось обрести покой вернувшись в свой Хайлаэнэ. Для этого их обычно клали на корабль или плот, который поджигали и пускали по течению. Ничего подобного под рукой, разумеется, не было.

Очень вовремя Феранор вспомнил о храмовой пирамиде.

— Сложим убитых на её вершине,— решил он.— Не река, но всё равно ближе к Таэ…

Тела подняли, уложили на политый маслом хворост. Рядом с каждым положили его оружие — меч, лук со стрелами и копьё. Лаккэнану в руки вложили волшебный жезл.

Феранор постоял над ним минуту, думая, не сказать ли чего на прощание, но на ум ничего не шло. Да, его отношения с сенешалем волшебницы не ладились с первых дней. Бледный беловолосый эльдар был невыносим, вызывал отвращение… но всё-таки он служили Эльвенору.

Так ничего и не сказав, он взял из рук Агаолайту факел и собственноручно поджог хворост. Пламя вспыхнуло, загудело, жадно облизывая тела.

Когда мрачный, но необходимый долг был выполнен — солнце успело перевалить за полдень. Эльдары занялись летописью. Из-за размеров она не проходила целиком через дыру и её резали на листы, которые потом скручивали в плотные рулоны, оборачивали в холстину и связывали вместе и укладывали штабелями.

Золото и самоцветы поднимали уже после заката, когда по периметру лагеря пылали костры. Их ссыпали в сундуки, которые вытаскивали из зала сокровищницы и передавали сафуадам. Те уже поднимали их на поверхность.

Феранор трудился вместе со всеми. Возвращаясь за следующим сундуком, увидел Агаолайта спешно прятавшего за пазуху небольшой, но туго набитый мешочек.

— Я уже не молод,— ответил на упреждение он.— Пора задуматься о будущем. Я вижу его где-нибудь под Турл-Титлом. В собственном имении с винодельней…

— Почему именно там? Есть замечательные виноградники и в Эльвеноре…

— В Эльвеноре всем заправляют лорды Домов. Земля принадлежит им, а выкупить её…— Агаолайт покачал головой.— Я не унесу столько золота, чтобы купить маленький клочок хоть у того же Беренеля. Разве что стать арендатором. Буду жить с их милости, если захотят. А не захотят, так не станет у меня ни имения, ни винодельни. Нет. Если где и можно жить, чтобы не гнуть спину, не пресмыкаться перед сильными, то лишь там, в Республике Трёх Городов.

— Оставить Эльвенор ради кучки грядок? — Феранор знал своего знаменосца достаточно чтобы понять — тот не шутит.— Ну не знаю. Как-то оно… дико.

— Не обязательно огородничать. Турл-Титлу нужны и воины.

Слова знаменосца так отличались от того, чему учил Феранора отец, что он удивился.

— А как же наш Долг, Отечество, как же наша земля? Кто защитит её от разорения орками и варварами?

— Хеир,— Агаолайт вздохнул.— Я не рассказывал вам, как оказался в Турл-Титле?

Феранор покачал головой, присел на край сундука, смахнув с него пыль. Агаолайт последовал его примеру, оседлав большой камень.

— Пятнадцать лет назад мой рокментар перебросили в Республику, к Азарису. Его князёк набрался наглости ограбить морской караван лорда Беренеля. Пустил на дно десяток кораблей вместе с командами. Несколько сотен перворождённых, в основном из младших семей, отправились кормить рыб. Мы были полны решимости вытащить из дворца семью этого разбойника, его слуг и прихвостней, и утопить их в Азарском заливе. Говорили, что кровь братьев прощать нельзя.

Но князёк пришёл в Хайтаэр босой и с мечом на шее, принёс клятву верности, а главное заплатил немалые отступные. Убитые были благополучно забыты, Лорд Балиан стал богаче, а Алтаниэль задёшево приобрела цепного пса, которого в том же году натравила на орков. Все разговоры о Долге и Самопожертвовании оказались обманом. Призрак прошлых эпох, которым нас периодически дразнят. Грёзы. Пустые мечты… Тлен!

Он грустно вздохнул.

— К тому же, Турл-Титл тоже земля перворождённых — бывший Элвиннатар…

— Милорды! — их окликнул улан… кажется, Дайгон…— Не сочтите, что жалуюсь, но почему тяжести таскаю я один?

Агаолайт подскочил. Схватил массивный сундук.

— Знаете, кого вы напомнили мне? — спросил Феранор, берясь за ручки с другого края.

— Кого же?

Выдох. Рывок…

— Катмэ…— просветил Феранор, перехватывая руку.— Искушавшего Рэндэримана в дни когда тот был обижен на Создателя. Что стало в итоге — мы знаем.

— Так в итоге Рэндэриман приплыл в Амалирр,— пропыхтел Агаолайт, краснея с натуги.— Получил себе целый мир, не шевельнув пальцем. Чем плохо?

Они вынесли сундук за пределы сокровищницы. Бухнули на каменный пол, взметнув — Возьмите вон тот сундучок,— попросил Феранор.— Пойду, посмотрю, может, найду ещё чего интересного.

Он повернулся, собравшись уходить.

— А сами вы чего бы хотели, хеир? — остановил его прилетевший в спину вопрос знаменосца.

— Чего хочу я? — капитан остановился, задумавшись.

Думал не долго.

— Славы. Богатства. Хочу, чтобы меня, наконец, заметили! Мне надоело, что на меня смотрят как на портового попрошайку. Не хочу сказать ничего плохо о Бальфуре...— Феранор невольно посмотрел по сторонам, будто опасался, что тот мог его подслушать.— Он хороший, толковый юноша, но воин из него никакой. Однако это не помешало ему получить на плащ кант ревнителя. А разве я не достоин канта?! Три поколения моих предков не занимались ничем кроме войны. Я сам взял в руки меч, когда он ещё играл в прятки с мамкой! Я служу Отечеству в самом опасном месте Эльвенора. А сколько паломниц я спас гоняя орочьи шайки на Сильванне?! Но кто я? Всего лишь капитан! Капитан с Дикого Приграничья…

— Для Лордов мы — пыль,— сочувственно вздохнул Агаолайт, примериваясь к ларцу, размером с его руку.

«Всё изменится,— подумал Феранор.— Когда рядом будет Талиан. Зятя лорда Эрандила уже не задвинут в задние ряды. О нём не забудут в реляциях!»

Вспомнив о возлюбленной, он вспомнил, что так и не подобрал ей подарка.

Он поднялся на террасу, обошёл её, заглянул в несколько комнат, порылся в сундуках...

Выбор его остановился на небольшом, но затейливом перстне с изумрудом, в цвет глаз Талиан и диадеме из белого золота усыпанной жемчугом, казавшейся морской пеной на гребне волны. Такое украшение должно подчеркнуть лёгкость и изящество его возлюбленной.