Чтение онлайн

Вот только сидит эта девчушка словно на троне - напряженно прямая спина, руки, застывшие на подлокотниках... И тянутся в разные стороны от серебристого шлема жгуты проводов, соединяющие его с другими приборами.

А третий в этой лаборатории - он, Серраис, - мечется по ней сложными зигзагами, стараясь не натыкаться на оборудование, что получается не всегда...

– Хорошо, - голос его вздрагивает.
– А если не сразу? Если дать ей родить ребенка на Тихой Пристани и забрать к себе сразу после родов?

В ответ раздается пугающе бесстрастный голос юной пифии на электронном алтаре:

– Вероятность адаптации близка к единице.

Вероятность прикрытия ее от ударов извне - близка к единице. Вероятность появления новых детей с выдающимися способностями - ноль целых шестьдесят пять сотых. Вероятность сохранить жизнь данному ребенку до восемнадцати лет - ноль.

– Снова ноль...
– он в изнеможении прислоняется к узкому просвету стены между двумя приборами.
– Значит, девчонка может вырасти только на Тихой Пристани? Только там?

– Тихая Пристань - единственная Суть, где вероятность сохранения данной жизни близка к единице, - размеренно отвечает голосом девушки Машина Вероятностей, одно из гениальнейших изобретений Лорда Ветра. Прямо дрожь пробирает от этой нечеловеческой бесстрастности. Недаром в Авиллоне считают, что еще неизвестно, с кем хуже иметь дело - с черным магом или с Шамуром, Хранителем Слэрта на Сути Колокольный Звон...

Он, Серраис - тоже Лорд. Равный. Он выше общественного мнения - но и ему стоило немалого труда переломить себя и воспользоваться услугами зловещей Машины Вероятностей...

Ибо... как там у этого писателя с Техноземли, который был военным летчиком... мы всегда в ответе за тех, кого приручили.

А за тех, к кому сами успели привязаться - в ответе вдвойне.

Мара, Маруте, дева Мариллия - у тебя ЕСТЬ шанс вырваться из ругиландского болота, в котором не взрываются гранаты! Шанс стать свободной и чистой, шанс увидеть все мироздание, шанс обрести силу в творчестве любви, а может быть, и в каком ином - и быть со мной... И я сам, своими руками отберу у тебя этот шанс в обмен на сомнительную честь стать матерью Огненной. Той из Круга Жриц, которой Тень уже целых одиннадцать раз не позволяла воплотиться - и которую можешь воплотить только ты! Той, без которой весь этот Круг неполон и не выполняет своей миссии в мироздании...

Боги, за что?! Я же действительно люблю тебя, Мара!

Недаром каждого из Братства разнообразные ведуны и экстрасенсы видят внутренним взором как сияющую фигуру с черными руками...

– Все, - нервно бросил Повелитель Слова Повелителю Техники.
– Вырубай свой Дельфийский оракул. Все ясно, блинн...

Коротко кивнув, Шамур набрал на клавиатуре серию команд. Пару раз мигнули какие-то индикаторы, поза девушки в кресле сразу стала менее напряженной, а через несколько секунд она уже выбиралась из-под шлема, по-кошачьи потягиваясь, чтобы размять затекшую спину.

– Я больше не нужна?
– не верилось, что эта фраза, прозвеневшая колокольчиком, и те бесстрастные прорицания произносились одними и теми же устами...

– Спасибо за помощь, Луара, - ответил Шамур, не поднимаясь из-за монитора.
– Теперь можешь появиться в лаборатории только послезавтра.

Только смотри, отдыхай, а не носись по танцам и волейбольной площадке!

В ответ девушка рассмеялась так звонко, что сразу стало понятно, каким образом она намерена использовать день законного отдыха.

Может, для кого-то и черная магия, а для этой Луары - просто работа...

Когда дверь за ней захлопнулась, Серраис рывком дернул штору, пропуская в лабораторию горячий свет заката. Отчаяние стыло в его взгляде.

– Что ж, я доиграю до конца, - процедил он сквозь зубы, пытаясь казаться спокойным.
– Все как положено - соблазню, охмурю... мне ведь это легче, чем кому бы то ни было... И исчезну.

– А до этого ты не играл?
– возразил Шамур.
– Не забывай, что Мариллия любит не Лорда Огня, а журналиста с зеленым паспортом. Человека, которого на самом деле никогда не существовало.

А на балу ты, наоборот, сумеешь показаться ей таким, каким бываешь в Ордене...

– Ага, - невесело усмехнулся Серраис.
– Скорее уж как в Городе Огня и Снега. Но там все равные, все сильные, и такая магия никому не вредит. Одно дело - играть в игру по правилам, и совсем другое - даже не понимать, что с тобой играют. Все равно что наркотик вколоть без разрешения. Не случайно же вся подобная магия считается не вполне дозволенной...

– Ты чего-то боишься?
– повернулся к нему Шамур.

Лорд Огня тяжело вздохнул:

– Знаешь, сколько раз я покупал на ЭТО вечер удовольствия? Да и кто бы на моем месте не воспользовался подобным даром? Вот только за любовь я этим золотым блеском не платил никогда.

Наоборот, к каждой по-настоящему любимой женщине мне с трудом приходилось пробиваться сквозь то, чем сделала меня Лань...

С этими словами он мягко опустил руку на край стола, так, что полоса закатного света легла как раз на его запястье. Миг - и запястье это оделось браслетом из желтого металла шириной в четыре пальца. Лицо Серраиса недовольно дернулось, словно от неприятного воспоминания.

Едва различимо для простого взгляда солнечный браслет потек, поплыл, и даже Шамур не уловил момента, когда желтый металл стал красноватым янтарем.

– Зачем ты наделила меня еще и этим, Владычица Песен?
– шепнул еле слышно Серраис.
– Разве я стал от этого счастливее? Они же не в меня влюбляются, а в твою выдумку!

В ответ Шамур лишь крепко, по-дружески, стиснул его ладонь...

Вот так. Так ли, сяк ли - сделанного не разделаешь. И даже боги вряд ли знают, какие из этого проистекут последствия, Мара, девочка моя... прости меня за то, что я исковеркал твою жизнь. Все, что я еще могу подарить тебе в благодарность - лишь забвение... Мина замедленного действия уже тикает в твоем подсознании, но кое-что ты забудешь прямо сейчас - иначе просто не сможешь жить с этой болью.

Забудешь песни еретика Гинтабара и слово "Помнящий", забудешь огонь, целующий твое тело, забудешь, что в этот вечер глаза мои были голубыми, а не янтарными... Спи, госпожа моя, спи...

Он легонько подул ей в лицо. Она тут же приоткрыла влажный рот, словно даже во сне искала его губ, шепнула: "Лазор..."

Правильно, Лазор. Не Серраис. Уже завтра ты не сможешь вспомнить это имя. А через неделю - и не захочешь...

* * *

Когда Мара проснулась, ничто в номере не напоминало о вчерашней мистической оргии.