Чтение онлайн

Узнать, где снимала квартиру семья Андреевых, оказалось легче легкого. А пробраться туда и того проще. Злату никто не заметил — все еще действовал кулон. Пока мать семейства готовила что-то на кухне, принцесса безошибочно прошла в комнату, где лежал младший братик Кирилла. Места в крохотной спальне было только для его узенькой кровати и еще одного старенького диванчика, на котором по всей видимости спал старший из братьев.

В комнате было темно — шторы здесь никогда не отвешивали, потому что малышу было больно от света. На вид ребенку было не больше трех лет, но с уверенностью сказать было нельзя — слишком тот был тощ. Из-под одеяла торчали худенькие плечи, а ключицы были такими острыми, что, казалось, вот-вот перережут лямки тоненькой маечки. Под глазами мальчика залегли тени, жиденькие волосы разметались по подушке, а сам малыш безучастно смотрел в потолок.

От увиденного у Златы на глаза навернулись слезы, а в груде защемило.

— Пить… — пересохшими губами прошептал мальчик, и принцесса тут же подала ему стакан с трубочкой.

Мальчик даже не удивился тому, что вода взялась из ниоткуда. Сделав всего один глоток, он обессиленно откинулся на подушках.

Злата знала, что помочь ему сможет только она, и пусть она на несколько лет лишится способности плакать, и пусть она несколько лет не сможет исцелять своими слезами других. Зато этот малыш будет жить.

Обратившись кошкой, Злата уселась у изголовья кровати и дала волю своим чувствам. Золотая шерсть ее сияла подобно пламени, а из глаз потоком полились драгоценные слезы. Они попадали прямиком на лоб малыша и растекались по его лицу. Так длилось не меньше получаса, и вскоре принцесса почувствовала, что в ней не осталось ни слезинки. На миг ей показалось, что этого недостаточно, что все усилия были напрасны… Но вдруг мальчик пошевелил рукой, сбросил с себя одеяло и сел на кровати.

— Мама! — позвал он сперва тихо, а потом все громче и громче. — Мама! Мама!

На крик ребенка прибежала рано постаревшая от переживаний женщина в потрепанном переднике.

— Олежик, что случилось? — глаза ее не привыкли к темноте, и она не могла видеть сына.

— Мам, посему так темно? Ключи сет!

— Но…

Злата, все еще невидимая для остальных, нажала кнопку выключателя, и комнату залил яркий свет.

На лице женщины отразился ужас, ведь она знала, какую боль должен был чувствовать сейчас ее младший сын. Однако… Малыш спокойно сидел и улыбался.

— Мама! КУсать хасю!

Женщина прижала руки к лицу и зарыдала. Вмиг она бросилась к ребенку, упала на колени и принялась его обнимать и целовать сквозь слезы.

— Чудо! Чудо-то какое! Олеженька!

— Мам, ну ты сего?

Если бы Злата могла сейчас заплакать, она бы непременно это сделала, но для нее это было невозможно.

— Я здесь больше не нужна, — сказала она сама себе, спрыгнула с кровати и вновь обернулась человеком. Ее ухода никто не заметил, зато на душе у Золотой кошки было необычайно светло и легко.

А дома ее ждали накрытый стол и Василий с чашечкой кофе в руках.

— Заслужила, — сказал он.

— Спорить не буду, — улыбнулась Злата.

Она сняла пальто, сапоги и… упала без чувств. Дворецкий успел ее подхватить, но хрупкий фарфор осколками осыпался на пол, а кофе лужей растекся по ковру.

— Зачем ты так с собой? — прошептал Василий и поцеловал любимую в лоб. Как врач он прекрасно видел, что девушка истощена и нуждается в отдыхе. Поэтому он на руках отнес ее в ее спальню и прямо в одежде уложил на кровать.

Проснулась принцесса только на следующий день после обеда. И со зверским аппетитом!

— Докладывай! — велела она дворецкому, за обе щеки уплетая сырный суп с креветками.

Василий принес еду прямо в комнату. На переносном столике-подносе негде было ложку положить — так много парень всего наготовил.

— Его Высочество проверил всех жертв пришлого. Они в полном порядке и ведут себя как обычно. И конечно же ничего не помнят.

— Хорошо, — кивнула Злата. — Борис уже уехал?

— Да. И его новый слуга Сергей с ним. Еще он сказал, что они взяли с собой старую кошку — бабушку Сергея. Ее когда-то выслали в человеческий мир.

Принцесса поперхнулась:

— Чего?! Он вообще понимает, что ему теперь иметь дело с Верховным советом?!

Василий лишь пожал плечами.

— Ладно. — Дальше в ход пошли пирожки с мясом. — Что там еще?

— Герцог Мэйнский говорит, что в школе тоже все хорошо. Никто ничего не помнит.

— Кирилл?

— В школе его сегодня не было. У него в семье что-то важное произошло. Вроде бы что-то хорошее. Злата, ты почему так довольно улыбаешься? Ты приложила к этому руку?

«Не руку, а лапу!» — подумала принцесса.

— Не-ска-жу! — она подмигнула дворецкому. — А Маша?

— Ей разрешили сегодня пропустить уроки. Она, кстати, звонила и спрашивала, можешь ли ты к ней в гости зайти?

— Конечно могу! — Злата рванулась, чтобы встать, но Василий удержал ее за плечи.

— Сначала ты пообедаешь! — он поцеловал ее в носик.

— Кто б спорил!

Ровно через час принцесса была у квартиры Шереметьевых. Дверь открыла Маша.

— Злата! — светоч заключила подругу в объятия.

— С тобой все хорошо?

— Да. Я за тебя волновалась. Мне сон приснился нехороший.

— Да все со мной нормально! Может, впустишь меня?

— А, да… Конечно!

— Элеонора Федоровна дома? — спросила принцесса, вешая пальто в шкаф.

— Нет. Минут двадцать назад ушла в свой клуб.

— Она тебе еще не рассказала о своем ухажере?

— Нет. Но думаю, скоро скажет. Чай?

— А то! — Злата помахала перед подругой бумажным пакетом. — Васька печенье передал.

На кухне появилась современная скатерть, новенький электрический чайник с подсветкой, а на столе лежал каталог с кухонной мебелью.

— Ничего себе! — присвистнула Злата, усаживаясь на табуретку.

— Сама до сих пор удивляюсь.

Печенье как всегда было превосходным, чай — ароматным, а на сердце поселилась грусть.

— Мы еще увидимся?

— Не знаю, Маш. Правда не знаю.

– Злата, — Мария задумчиво водила пальцем по краю блюдечка, — я ведь больше не светоч, так?

— Да. Ты выполнила свою задачу.

— Значит, я тебе больше не нужна?

— Ну что ты! — принцесса подскочила и порывисто обняла девушку. — Мы ведь с тобой подруги!