Чтение онлайн

– Рассказывай.

Я рассказал. Поделился размышлениями по поводу интересов. Она долго молчала, анализировала. Наконец, выдала вердикт:

– Хуан, если они придут тебя убивать, какая может быть жалость?

– Они марионетки, Рамирес, жертвы. Ими управляют опытные кукловоды. Я ненавижу их, точнее, буду ненавидеть, но только тех из них, кто искренне, всей душой захочет моей смерти. А среди них таких нет.

– А твоя знакомая Сандра?

Я замялся.

– Ее мне жалко. Ей надо просто промыть мозги. Этим должны заниматься опытные психологи, проблема решаема, но им проще уничтожить проблему, старым сталинским способом, и они, ручаюсь, пойдут именно этим путем.

– Почему ты так думаешь?

– Потому, что иначе девочками бы уже давно занимались. Здесь на каждом квадратном метре по два психолога, неужели бы не промыли им те пустые штуковины, которыми они думают? Девочки и так не подарок, и так на грани, и подтолкнуть их к безумию, сделать последний шаг...

Я сбился.

– Они толкнут, я чувствую.

Рамирес отрицательно покачала головой. Таковое предчувствие здесь не у одного меня, практически все уверены, что миром всё не закончится. И дело совсем не в глубокомысленных рассуждениях.

– Корпус жесток, да, - возразила она.
– Но обычно он никогда не делал ничего подобного, не подставлял своих. Расстрелять за проступок - это запросто. Но не подталкивать к проступку.

Я пожал плечами.

– Они начали эту комедию, им надо довести ее до конца, во что бы то ни стало. Чтобы показать всем, они -власть, главные здесь. Закон - их слово, а не заведенные здесь порядки. Ты же не будешь отрицать, что в корпусе сложилось чересчур много мешающих им традиций?

Рамирес озадаченно покачала головой.

– Они не избавятся от традиций, но все поймут, чего те на самом деле стоят. Плюс, это долбанное ангельское высокомерие, с ним ведь тоже надо бороться. Вот сеньоры и объяснят всем, что избыток высокомерия выходит из тела вместе с жизнью. Все логично, а они крайне логичные сеньоры. Девочки обречены. Как и я.

– Ты слишком ударился в философию, тебе не кажется?
– усмехнулась моя собеседница.

Я выдавил кислую улыбку и предпочел помолчать - она не поймет. Она как бы понимает, но не утруждает себя глубиной копания, ее все устраивает. В том числе расстрел свершивших проступок.

– Возможно.

– Ты хоть сам выстрелишь, если они будут угрожать? На поражение?

– Да.
– Я кивнул. Она прочла по моим глазам, что не вру, действительно выстрелю, и удовлетворенно кивнула.

– Оружие дать? Катарины-то больше нет!
– Последняя фраза сопровождалась иронией.

Я отрицательно покачал головой.

– Уже дали, спасибо.

– Оперативно!
– Она многозначительно ухмыльнулась и задумалась.
– Но, кажется, ты пришел не только для этого, да? Ты хочешь решить дело миром, целую теорию создал, но понимаешь, что это бесполезно и тебе не отвертеться. Оружие тебе уже дали. Слушаю!
– Она откинулась на спинку кресла, допивая дрянненький, если честно, кофе.

– Так точно, - кивнул я, переходя к цели своего визита.
– "Мозговерт". Они быстрее меня, порвут, как Тузик грелку. Можно ли как-то увеличить нагрузку? Чтобы получить видимый эффект в течение... Скажем, недели? И каковы будут последствия? Вы раскачали меня, я выдерживаю приличные нагрузки...

Она отрицательно покачала головой.

– Я не пойду на это.

– То есть, можно, - констатировал я.

– Я же сказала, я на это не пойду. Несмотря на то, что шансов противостоять им у тебя меньше.

– Да мне надо просто выжить, Рамирес! Просто банально выжить в этой схватке! Особенно, если их будет несколько!
– закричал я. Та волна панического страха, что жила во мне эти два дня, наконец, вырвалась.
– Я не хочу сдохнуть на заклании в их дурацких игрищах, понимаешь?! Им все равно, они найдут другого, а мне капут! Кирдык! А я еще слишком молод! И у мамы кроме меня никого не осталось, можешь ты это понять?!

– Тихо! Тихо!..
– замахала она руками.
– Спокойно, Ангелито, спокойно!..

Она говорила что-то еще, тон ее, убаюкивающий, профессиональная наработка опытного психолога, подействовал и я опал. Действительно, чего это нашло?

Видя, что отпустило, она спокойно объяснила:

– Я говорю, я на это не пойду. Но не потому, что желаю зла. Просто последствия будут катастрофические. Необратимые изменения головного мозга, нарушение психики. Ты превратишься в инвалида, Хуан, это дорога в один конец. Так делают, когда хотят создать одноразовое оружие, долженствующее погибнуть при выполнении задания. Невозвращенцев. Их раскачивают так, как никому не снилось, но у всего своя цена. Тебе такое развитие событий нравится? Что в таком случае гуманнее?

Я уткнулся в столешницу и покачал головой.

– Игла быстрее, Хуан. Поверь. Хоть двукратного, хоть шестикратного ускорения. Может, все-таки дать игольник?

Я вновь отрицательно покачал головой. Игольник был более массивным, чем переданный Камиллой компактный пистолет, покоящийся у меня под кителем невидимый окружающим. Чисто практические ограничения.

* * *

Вот так, облом. Но я буду искать лазейки, перебирать все варианты, даже фантастические. Ибо, даже с пистолетом против нескольких противниц не выстою. Разве что они окажутся пьяными или дурами и конкретно подставятся, но последнее менее реально, чем самовольный сход Венеры с орбиты.

– Ты у себя?
– бросил я в браслет вызванному абоненту.

– Да, заходи.

Идти было не далеко, через пару минут я уже входил в кабинет Мишель. Та сидела за столом и что-то просматривала. При виде меня схлопнула все визоры, вихрящиеся вокруг.

– Садись.

Я последовал приглашению. Она помолчала, затем озвучила вердикт:

– Неважно выглядишь!

– Я думал, спросишь, почему не на занятиях.

Она покачала головой и выдавила постную улыбку.

– Зачем? Мне бы тоже было все равно. Чай будешь?

После рабочее-крестьянского кофе Рамирес, не отказался бы.

– Итак?
– продолжила она через время, когда в руках у нас дымилось по кружке с чем-то невероятно ароматным, именуемым ею "чаем" скорее по традиции.
– С чем пожаловал?

– Ищу козыри. Рамирес сказала, что помочь не может.

Мишель согласно кивнула.

– Правильно сказала. Пробуй техническими средствами. Дать тебе игольник?