Чтение онлайн

На меня смотрела стройная девушка, полностью демонстрирующая свою фигуру платьем в облипочку до бедер. Оно едва закрывало выступы больших вертелов бедренных костей. Платье было черным, с длинными рукавами, и полностью из мелкого кружева. Если присмотреться, а видимо, этим большинство мужчин сейчас и занимались, можно было различить контуры нижнего белья. Я улыбалась своему отражению, пока не увидела за спиной рядом с отцом биохимика. Тут уж мне захотелось побыстрее найти халат и закутаться! Потому что он тоже бросал на меня заинтересованные взгляды. Что за!? Надо уносить ноги!

Пробежав по дому, я встретила пару знакомых политиков, в том числе и Бориса Борисовича, родителей Беллы и Полины. Вскоре нашлись и последние. Беллка чуть не светилась от восторга, она была в откровенном, но в целом, терпимом платье с открытой спиной и пышной юбкой. Полина выглядела стильно и спокойно.

— Ты похожа на…

— Манекен из интим-магазина. — Перебила Полина.

— Круть! — Выдохнула Белла. — Это то самое? Которое мы купили, когда играли в «правда или желание»? Шикарное платье! Дашь поносить?

— Хоть сейчас забирай! — Осматриваясь, шепнула я.

— А что так? Может, найдешь себе еще одного пенсионера?

— У них инфаркты на такие платья! — Сообщила Полина.

— Точно! — Белла обняла меня за плечи. — Смотри, я придумала, вот окажешься ты со своим Золотком в постели, уже все, кажись, пошло и тут — бац! Инфаркт!

— Белла! — Я стукнула ее по макушке. — Тут знаешь кто? БХ!

— Правда? — Глаза у подруги заблестели. — Пойду, поищу его.

Стоило ей отойти, как на горизонте появилась Елена Игоревна, она что-то обсуждала с моим отцом. Отлично! Тут вся профессура! Кроме Золотка, естественно!

— Вы сегодня смело выглядите! — Я вздрогнула. Разумов.

Я поздоровалась.

— Не боитесь нахватать проблем?

— Каких? Очаровать какого-нибудь дядю и не смочь потом от него отделаться? У меня таких проблем не бывает, они обычно сами сбегают.

— Я так понимаю, из-за вашего характера?

— Вы всегда язвите? Вам это удовольствие доставляет? — Биохимик слушал меня с улыбкой, биовампир!

От необходимости высказываться дальше и, видимо, от проблем со сдачей бэхи меня спас, как это нестранно папанька. Он осторожно отвел меня от Разумова.

— Ты наверняка хочешь спеть.

— Это уже перебор! — Зашипела я. Нашел себе прошловековой бал, где поют, танцуют мазурку и играют на пианино. Кстати таковое у нас имеется, и я вполне могу на нем сыграть.

— А твоему деду понравилось бы твое пение! — Выдохнул он мне в ухо. — Разве ты не хочешь порадовать маму?

— Что спеть? — Сквозь зубы прошипела я.

— На твое усмотрение, но не очень современное. Рояль ждет тебя, Агата.

Я готова была придушить всех, кто окажется рядом со мной в этот момент. Отец как раз растолкал всех и объявил о моей (!) инициативе спеть для мамы в этот день. Я фыркнула и с вежливой улыбкой прошла к роялю. Что ж, посмотрим! Я уселась и поймала благодарный взгляд матери, мне вдруг стало жаль ее. Она хотела тихого семейного праздника, а ее заставляют торчать среди толпы странных людей в костюмах. Разумов в костюме меня просто приколол. Медвежонок. А мама стояла в красивом платье и ждала. На шее блестел мой кулон.

— Я хочу, чтобы твоя жизнь была спокойной, и для тебя эта колыбельная.

Слегка аккомпанируя себя, я запела колыбельную из Призрака Оперы «Музыка ночи». С каждым словом, я втягивалась, она успокаивала и меня саму. Я засыпала под нее года три подряд. А какое удовольствие было петь представляемому мужчине, чтобы не боялся этого сладкого отравления, чтобы тронул меня, поверил… Я видела, как прикрывает глаза от удовольствия мама, как улыбается Белла, как усмехается отец. Биохимик же почти рот открыл. Приятно. Жаль тут нет человека, которому я пела колыбельную мысленно. Это был призыв не бояться и почувствовать песню темноты именно для него. Последние строчки «Дать мне крылья можешь только ты, Помоги мне сделать песню темноты» я допевала уже в полу трансе, прикрывая глаза.

Живые аплодисменты вырвали меня из этого транса. Я вспомнила, что сейчас не в подвале старой парижской оперы с анатомом моей мечты, а всего лишь дома, окруженной толпой гостей. Я улыбалась и благодарила всех, даже Кравчук, явно не доверительно отнесшаяся к моему наряду, благосклонно мне кивнула.

— Это было потрясающе! — Вот уж от кого я никогда не хочу слышать эту фразу в любом контексте!

— Спасибо, Александр Сергеевич.

— Давно вы поете? — Он протянул мне бокал шампанского, я бездумно приняла его.

— С детства. Меня воспитывали в старых традициях и новых устоях.

— Ваш отец постарался на славу!

Я сделала глоток, и разговор сам собой разошелся. Мы начали хохотать над какой-то ерундой, обсуждать студентов и мед. Краем глаза я заметила, как нечто подобное происходит и с Беллой. Она тоже мило общалась. Правда, объектом ее чар стал мой отец. Что ж, по крайней мере, он не достает меня.

— Вы нравитесь Белле. — Ляпнула я.

— А почему это говорите мне вы, а не Белла?

— Это неправильно.

— А палить подружку правильно? — На самом деле, Разумов отпускал язвительные замечания каждые двадцать секунд, но сегодня, успокоенная колыбельной, я их не замечала.

— Может, вы станете лояльнее к ней относиться. Пойдете на встречу.

— Это неправильно. — Опа! Еще один борец за справедливость! — Хоть она и красивая девушка.

Он задумчиво смотрел на занятую разговором с отцом Беллу. А я молилась, чтобы вечер, наконец, закончился, потому что не могла больше спокойно себя вести. Волнение, усыпленное колыбельной, возвращалось. Одним приемом все не кончится…

Никогда так не ждала учебной недели! Хотя нет, ждала и сейчас жду, ведь есть Золотко. Жаль, сегодня мне не удастся его увидеть. Я собирала сумку, пытаясь сделать в ней четвертое измерение, почему-то ничего не влезало. Студент-медик вообще выглядит по-особенному.

Объясню на примере девочки, так как сама таковой являюсь. В первую очередь нужно иметь с собой резинку для волос, все-таки волосы у всех в основном длинные, а значит, их можно опустить в пробирку с кислотой и незапланированно помилироваться, или собрать формалин. Золотухин называет наши волосы «адсорбентом». Далее, даже если у вас собраны волосы, на голове должна быть шапка. С анатомии без нее вас выгонят. Естественно, халат, который с вечера обязательно гладят, и он мнется по пути в академию. Приезжаешь, и словно через всю пищеварительную систему его пропихнул. Сменка. Но это пункт лишь для практики. Бабульки же считают своим долгом поспорить с тобой относительно необходимости бахил — у них же чистая обувь! Всегда хотелось врезать. Типичным спутником студента медика является огромная сумка. В ней лежат куча конспектов, неподъемные учебники формата А4 толщиной с фолиант, альбомы для рисования (биология, гистология) и куча пенальчиков. Потому что в одной ручки, в другом — набор цветных карандашей. А без чего не мыслим врач? Без фонендоскопа? Ну да! Без карандашей! Так же оборудование: скальпели, пинцеты и проволоки, чтобы тыкать в дырки черепа; бахилы, месячный набор перчаток. Вроде ничего не забыла.