Золотое правило молчания
Шрифт:
— Это — не твое дело, Фокин, выхожу я замуж или нет! И что значит: наконец-то?! Я что, так туда стремилась?
— Насколько я помню, да. Ты постоянно тащила меня в загс. Мы из-за этого и разругались. Или из-за того, что я не захотел ехать к твоим родителями. Или…
— Заткнись, неудачник!
Окончательно рассвирепев, Жанна плеснула в него вином. Вскочила и выбежала из кухни. Через пару минут или чуть больше хлопнула входная дверь. Она задерживалась намеренно, догадался Фокин. Ждала, что он пойдет за ней следом и попытается остановить. Он обнимет, а она станет биться в его руках и пытаться вырваться. Но не очень настойчиво.
— Ничего не поменялось, — пробормотал Фокин, стоя у кухонного окна и наблюдая за тем, как Жанна стремительно перемещается в направлении парковки. — И люди не меняются тоже…
Эта мысль не давала ему покоя, когда он улегся в кровать. И хотелось ему или нет, но он подтягивал этот вывод к фигурантам дела, которое они теперь расследовали.
Жертва — Ивушкин. Много лет назад инсценировал свою гибель. Чтобы все сделать грамотно и не стать вне закона, он накануне своей «гибели» поменял паспорт, взяв девичью фамилию матери. О его новом основном документе никто не узнал, потому что в тот же день, а возможно, и час, когда он получил его, в паспортном столе произошел пожар.
Зачем было так заморачиваться? Почему просто не сделать себе липовый паспорт? В те времена с этим проблем не было. Но…
Но тогда бы о его хлопотах узнали люди из братвы. Возможно такое? Конечно. Земля слухами полнится. И народ стал бы задавать вопросы. А зачем, для чего, что за причина?
А так все в рамках закона и без огласки.
Много лет Ивушкина не было в стране, и вдруг семь лет назад он возвращается в Россию и приезжает к Жоре.
Почему именно тогда? Что случилось семь лет назад? У Ивушкина или у Жоры? Надо бы узнать. В то, что Ивушкин мог из ностальгических соображений вернуться на родину, Паша не верил.
— Люди не меняются, — повторил он снова, подводя черту под ночными размышлениями.
Что-то этих двоих крепко связывало. Либо тайна какая-то, либо большие деньги. Либо тайна о больших деньгах. У кого бы узнать?
А Стрельцова? Почему она бегает? Она же не могла убить? Мотива нет! То, что ее начальник к ней приставал и даже домогался ее, не повод вгонять ему нож в сердце. И?
— И тут что-то одно из двух: либо Стрельцова убила его из мести. Либо видела, как Ивушкина кто-то убил. И бегает теперь, потому что боится, — рассуждал Паша следующим днем, выхаживая перед столом Леоновой. — Причина очевидна: Стрельцова каким-то боком во всем этом замешана.
— Скорее всего, она кого-то видела. Поэтому и пошла к официанту Усову.
— Да. Надеялась, что он подтвердит ее слова, если она решится обратиться в полицию. — Фокин одобрительно улыбнулся.
— Но Усов неожиданно умер, — вдохновилась его улыбкой Алена. — Или…
— Что? — заметив, как она нахмурилась, остановился напротив ее стола Паша.
— Или он мог видеть, как она убила Ивушкина, и поэтому и сам погиб. — Алена смотрела на него исподлобья. — Только не называй меня снова сказочницей. Наш эксперт хоть и подтвердил, что смерть Усова произошла по естественным причинам, не исключил того, что ему могли помочь упасть со стула. Так что виновность Стрельцовой снимать со счетов не надо.
— А я и не собирался, — быстро сдался Фокин. — Нам бы ее найти. Последним, кто видел ее живой и невредимой, был Александр Громов, ну не считая соседки Усова, конечно. Ты так ничего на Громова и не нарыла? Прямо вот ни единого пятнышка? Такой безупречный и белоснежный?
— Ничего. Просто ангел! — невесело усмехнулась Алена, не отрывая взгляда от компьютера. — Но я в процессе, товарищ майор. Глядишь, и повезет…
В кабинет вошел Ходаков. В новых черных брюках и водолазке вишневого цвета. Носы зимних ботинок сверкают. Первый взгляд — на Алену. Оценит, нет? Удивил точно. Обычно из джинсов и форменного джемпера не вылезал. А тут водолазка! Вишневого цвета. Да обтянувшая так, что игра каждой мышцы заметна.
— Товарищ майор, товарищ старший лейтенант, — шутовски поклонился он каждому. — Приказ выполнен. Стрельцова объявлена в розыск. Ориентировки на руках у всех постовых и прочих. И да, есть еще одна новость. Уж не знаю, хороша она или плоха, но, думаю, не помешает.
По-спортивному легко двигаясь, он прошел к своему столу. И, не торопясь делиться обещанной новостью, уселся на свое рабочее место.
— Капитан, ты долги по отчетам подготовил? С меня полковник уже три шкуры дерет за тебя, — не пошел у него на поводу Фокин. — Если к вечеру не сдашь отчеты, пишешь рапорт с объяснением.
— Ой, ну что вот сразу, товарищ майор! — поморщился Ходаков, залезая в стол и доставая папку с документами. — Нет бы просто спросить: что за новость, Ходаков? А вы сразу к шантажу прибегаете. Нехорошо-с!
— Что за новость, Ходаков? — не выдержала Алена. — Говори или по башке сейчас получишь.
— А субординация, старлей? А как с ней быть? — продолжил Ходаков кривляться, ни на кого не глядя и листая документы. — Вот отчеты, товарищ майор. Все давно готово.
Он вытянул руку и положил папку с документами на край стола Фокина. Одернул рукава водолазки. Она была такой тесной, что проймы врезались в подмышки.
— Ну! Говори уже, а то и я тебе по башке захочу настучать, — проворчал Павел. И добавил: — Невзирая на все правила субординации и устав.
Он быстро просмотрел документы в папке, что положил ему на край стола Ходаков. Остался доволен. Но от похвалы воздержался. Отчеты Ходаков сдал с большим опозданием.
— В общем, я дежурил позапрошлой ночью, если вы помните, коллеги, — начал издалека Ходаков.
Алена тут же закатила глаза и недовольно фыркнула.
— Ночь была относительно спокойной, и я занялся тем, что начал просматривать сводки по соседним РОВД. Особое внимание уделял тем районам, где проживают наши фигуранты, а именно Холодова и Громов. Не спрашивайте, зачем я это делал, — он выставил ладони щитом, хотя никто не собирался задавать ему вопросы, — спишем это на мою интуицию.
— Ходаков! — отчетливо скрипнула зубами Алена. — Ближе к телу!
— Так вот… — Он сверкнул в ее сторону прекрасными очами. — Движимый интуицией, я совершенно случайно наткнулся на информацию о выезде патруля на адрес… кого бы вы думали?
— Ходаков! — повысила голос Алена, потому что тот снова повесил паузу. — Я сейчас точно тебе…
— Вызов был на квартиру к Громову Александру Ивановичу, — скороговоркой произнес Игорь.
— И что там стряслось — в квартире Громова? — поторопила его Алена, потому что Ходаков снова умолк.
— Дверь квартиры была открыта, внутри все вверх дном. Сам хозяин входить в дом до приезда полиции опасался и ждал на лестничной клетке перед дверью.
Ходаков посмотрел на Алену с особым выражением, могущим означать что угодно.
«Вот он — каков я молодец!»
«Вот Громов какой трус!»
«Видишь, Леонова, а ты в меня не верила никогда, а я…»
Каждый понял его взгляд по-своему. Алена снова закатила глаза, сердясь. Фокин тоже почувствовал раздражение, но странного свойства. Его вдруг почему-то задело то, что Ходаков ищет внимания Алены, изо всех сил пытается ей понравиться. Это случалось и прежде, но он не был так настойчив.