Чтение онлайн

–  Дымит! На Лысой горе дымит!
– почти крикнул вбежавший в комнату молодой рабочий.

Это был условный сигнал. Подойдя к городу, партизаны должны были разжечь на Лысой горе - безлесной сопке, возвышающейся у самого города - костер. Лица ревкомовцев просветлели; Марков, подойдя к Шагову, протянул руку.

–  Извини, Иван, погорячился я. Нервы. Ты оказался прав.

Шагов кивнул и пожал Маркову руку. Потом подошел к окну, поднял штору, распахнул раму. В комнату вместе с утренним холодком ворвались птичьи голоса и слегка дурманящий запах цветов. Всем невольно захотелось вздохнуть полной грудью и сильно, с хрустом потянуться.

–  Итак, за дело, товарищи. Каждый знает свою задачу?
– Ты, Лавров?

–  Ясно.

–  Ильин?

–  Готов.

–  Марков?

–  Да.

–  Пора, товарищи!

Один за другим ревкомовцы начали расходиться. Влачек уходил последним. У двери он задержался.

–  Иван Сергеевич…

–  Что, Ян?

Влачек молчал, низко наклонив голову.

–  Ну, Ян?
– Шагов положил руку ему на плечо.

Чех поднял голову. В его глазах стояли слезы.

–  Что ты, друг?

–  Не могу я больше, товарищ Шагов! Не могу! Пустите меня в тайгу. Я хочу открыто, как другие, драться за Советы.

–  Ты дерешься, Ян. Ты крепко дерешься.

–  Не могу я больше расстреливать и убивать!

–  Знаю, - сказал Шагов.
– Но ты нужен здесь. Очень нужен.

–  Но почему, почему мои товарищи с оружием в руках борются за Советы, а я здесь, среди палачей, должен нести проклятье вашего народа?

–  Ты коммунист, Ян, и незачем задавать такие вопросы. Ты должен быть тут. Иди. Уже время.

Шагов порывисто притянул к себе чеха и отвернулся, чтобы скрыть волнение.

–  Как только выполним задание - все уйдем в тайгу.

Влачек вышел. Шагов подождал немного. Закуривая на крыльце, он осторожно огляделся и быстро пошел по улице.

В это время другой человек почти бежал к дому подполковника Еремеева. Он торопился- он должен был предупредить Еремеева и вернуться туда, где через час произойдет захват поезда. И он был одним из участников этой операции.

Бойцы интернационального партизанского отряда рано утром подошли к городу и подали условный знак. Выждав определенное время, они незаметно подтянулись к станции и залегли цепью вдоль железнодорожного полотна, спрятавшись в густой высокой траве.

Андрей лежал рядом с Бокмюллером и думал о своих новых товарищах. До сих пор он сталкивался в подполье только с соотечественниками. Эти люди боролись за свободу своей Родины, за счастье своего народа. Правда, Андрей знал, что в России на стороне красных сражается много иностранцев - бывших военнопленных австрийцев, венгров, хорватов, болгар, сербов. Но видеть их ему н,е доводилось. А вот вчера он встретился с чехами- людьми, которых считал одними из самых яростных и опасных врагов Советской власти, а значит-и своими врагами. Ведь они, подняв мятеж, уничтожили Советскую власть во многих городах, расстреляли и замучили тысячи коммунистов. И не знал тогда Андрей, что почти треть мятежного чехословацкого корпуса-свыше двенадцати тысяч солдат и офицеров - не только отказались выступить против Советов, но и перешли на сторону большевиков, героически сражаются сейчас в Красной Армии и партизанских отрядах.

По дороге в город Андрей разговорился с Бокмюллером. Австриец рассказал ему о своей родине, о двух маленьких сыновьях, которых не видел более трех лет.

–  Я очень соскучился, - медленно говорил Бокмюллер, с трудом подбирая русские слова, - но я не поеду домой, пока не помогу тебе, Андрей, сделать здесь победу. Тогда я поеду домой и буду стараться там делать то же. Я здесь много узнал, о, очень много понял! Хорошо понял. И не я один. Нас очень много.

Он оглянулся на идущих сзади партизан. Но Андрею показалось, что Бокмюллер смотрит не на них, а куда-то вдаль. Может быть, предчувствовал он, что этот небольшой отряд скоро вырастет в полк, а затем в грозную и могучую силу - интернациональную бригаду. Может быть, вспоминал он сейчас своих товарищей, сражающихся под красным знаменем в разных концах огромной России.

–  Нас много, Андрей, очень много. И мы с вами, - произнес он после долгого молчания.

Сейчас Андрею хотелось осмыслить все это, но Бокмюллер, тихонько дотронувшись до его плеча, прошептал в самое ухо:

–  Вон, смотри, стоит наш поезд.

Сквозь густую траву Андрей увидал на запасных путях паровоз и несколько вагонов. Там было золото - золотой запас молодой Советской республики. Вокруг поезда прохаживались часовые, вспыхивали в солнечных лучах тонкие серебряные ниточки штыков.

Со стороны станции к поезду подошел офицер с группой солдат. Быстро поднявшись по ступенькам, офицер исчез в одном из вагонов.

Вежливо, но настойчиво он постучал в купе начальника поезда. Ответа не было. Офицер постучал еще раз и открыл дверь. Толстый майор, чех, подмяв под себя грязную подушку, громко храпел, укрывшись с головой шинелью. Офицер почтительно дотронулся до плеча спящего, но тот продолжал храпеть. Офицер посмотрел на пустую бутылку из-под коньяка, стоящую у изголовья, и сильно толкнул майора.

–  А? Кто там?
– Майор поднял голову и уставился на офицера.- В чем дело?
– спросил он, протирая слипающиеся глаза.

–  Поручик Ян Влачек прибыл со срочным и весьма важным пакетом для господина майора, вытянулся пришедший офицер. Майор промычал что-то и вскрыл конверт. Ему страшно хотелось спать, трещала голова, во рту был противный привкус, а тут еще…

–  Какого дьявола!
– майор сунул в руку Влачека письмо.
– Передача золота назначена на 9 утра!

–  Русскому командованию, должно быть, не терпится поскорей получить свое золото, - почтительно усмехнулся Влачек.

–  Верховный правитель Руси страдает, видимо, бессонницей, - пробурчал майор.
– Он что, сам приедет принимать?

–  Очень возможно, господин майор.

Тот на секунду задумался.

–  Вы, поручик, знаете место, куда надо подогнать состав?

–  Так точно. Это…

–  Э, - майор махнул рукой, - укажите моему помощнику. Я из-за русского золота не желаю иметь головную боль. Даже если за этим золотом приедет сам господин Колчак, - и он опрокинулся на подушку.

Влачек вышел из купе. У него будто камень свалился с плеч. Он не ожидал, что майор так небрежно отнесется к приказу, и, хотя «приказ» был почти «подлинный»-отпечатанный на выкраденном бланке, - Влачек волновался.

Разговор с помощником начальника поезда не беспокоил его. Действительно, помощник- молодой красивый офицер - молча выслушал Влачека, выругался сквозь зубы и ушел отдавать распоряжение. Вскоре состав стал медленно выходить из тупика. Влачек поднялся на паровоз; несколько часовых вскочили на подножки вагонов, остальные не спеша пошли следом.

Поезд подходил все ближе и ближе к тому месту, где лежали партизаны. Остановился он прямо против них. Влачек соскочил с паровоза и исчез в штабном вагоне. Через несколько минут он появился на площадке в сопровождении чешского майора. Майор потянулся, потом взглянул на часы и, повернувшись к поручику, удивленно поднял брови. Тот также посмотрел на часы, пожал плечами, и вдруг Андрей услышал приглушенный выстрел. Майор мешком свалился на землю.