Золотые Небеса. Голоса Грозы
Шрифт:
Тория как будто растворилась, никто не знал, куда она исчезла.
– Откуда она?- Мэроу шёл рядом с Лоэлом.- Кто она, ты знаешь её?
Король только лениво улыбнулся.
– Она из скрытого рода Раомо.- Растягивая слова, ответил он.- Родилась в семье охранителей и потому о ней никто не слышал.
– И это ты нашёл её и привёл во дворец?- продолжал спрашивать Мэроу, когда они миновали пост.
– Нет. Тория сама пришла сюда. Мэроу,- Лоэл усмехнулся,- отчего так сурово? Тебе не стоит не доверять моей советнице. Тория такая же, как мы. Её семья защищала древние свитки властителей Раомо, и только.
– И о ней, выходит, никто нечего сказать не может? Даже семья.
– Зачем нам выискивать её родственников? Если мы начнёт искать их, Раомо ещё, чего доброго, придёт в негодование. Кто же трогает охранителей королевских тайн? Отыщи их, и ещё узнается, кто незаконнорожденный, а кто имеет право на власть.
Меж тем занимался рассвет и длинный его луч потянулся от окна к ногам говоривших. Прохладным стал воздух, всё сильнее бушевали ветра над башней-городом.
– Вот опять ты!- Лоэл досадливо окинул наследника долгим взглядом.- Тебя я не знал, тогда. И, тем не менее, привёз в Межгорье. Но теперь нас трое, теперь даже во время твоего отсутствия, после того, как я представил Торию, никто не посмеет бросить нам вызов - даже если ты, Мэроу, отлучишься.
– Но не уйдёшь навсегда,- ту же усмехнувшись вновь, протянул Лоэл.
– Не уйду.
Лоэл ответил не сразу, прямой и сильный, он остановился в лучах разгорающегося солнца, когда даже растворялись и исчезали тени под арками.
– Ты долго искал нам подобных. Вот и она.- Глаза его при этом, обычно спокойные как озёрная гладь, засверкали.
Мэроу ничего не ответил.
Пока жухла трава и красилось в новые цвета небо, а реки становились холоднее, и теперь в их спокойных притоках никто из ребятни не купался, воздух становился всё легче и сильнее выли ветры над головой. Листва на редком кустарнике то желтела, то красным полыхала под закатными лучами, а то и попадались ещё зелёные листки, но и они вскоре меняли цвет. Шёл во всю сбор урожая и поселенцы вокруг городов-королевств косили пшеницу, складывали мешки с картофелем в подвалы. Городские жители, и те изменили деятельность, но все одевались ныне теплее. Хоть всё ещё пригревало солнце, да только ветер был холоден и редко когда приветливо гладил кожу.
Отряд выехал из Руана как только взошло солнце. Воины восседали на конях серой масти. Развевающееся знамя: три горы и корона над ними, белело, гордо призывая каждого встречного склоняться в поклоне. И впереди, на коне чёрном, скакал наследник престола. Он, как и остальные, был разодет так, чтобы производить впечатление. Как раз для визита в Кардал. Были среди воинов и сыновья Ная, державшиеся в середине отряда неразлучной тройкой.
Постоялые дворы были предупреждены заранее и отряд везде встречали с пышными почестями, везде им угождали, как могли и уже на следующее утро они, когда, сменив коней, когда и нет, пускались в путь.
Случалось так, что доводилось ночевать под открытым небом, и тогда они воздвигали палатки. Разводили костёр и ужинали по-походному. В одну из таких остановок, близ крохотной деревушки, когда наследник предпочёл ночевать в палатке, а не в домике из камня - тогда-то в их отряд забрались местные сказатели и каждый за монету готов был хоть ночь напролёт увеселять слух почтенных особ.
– А что же ты молчишь?- один из путников, высокий статный и смуглолицый, обратился к старику. Тот же был совсем сухим, седобородым и сидел в стороне, греясь у костра и жуя лепёшку.
– А я за сверкающие не сказываю,- утерев рот и стряхнув крошки с бороды, отозвался старик. Другие сказатели тут же примолкли и воины заинтересовались пуще прежнего. Сразу ясно - наткнулись на местного мудреца.
– Отчего же и не сказать не за сверкающие?- сказал тот из отряда, что был пониже и покрепче, его великолепные доспехи так и красовались по сравнению с тряпьём старика.- Чего ты хочешь? Мы великий отряд и везём самого наследника Руана в Кардал. Говори, чего хочешь,- воин навис над стариком,- получишь это и станешь рассказывать.
– Хочу я,- беззаботно протянул старик, улыбаясь почти беззубым ртом,- чтобы наследник мне воды подал.
– Ха!- воин не сразу сообразил, а когда всё же сообразил, хлопнул себя по лбу.
– Да где это видано?..- Недовольный Рун, так же пребывавший в отряде, закатил глаза.
Кто-то из отряда улыбнулся, кто-то тут же отмахнулся от досадливого полоумного и сосредоточился на своих делах.
– Наследник спит и не станем мы его будить,- сказал как отрезал низкорослый крепкий воин.
Старик только пожал плечами и обратил всё своё внимание на недоеденную лепёшку.
Воин, а звали его Нилок, сдвинул тонкие брови.
– Так и не будите,- промямлил старик.- Нет наследника, нет истории.
– Вот ведь вредный попался,- расхохотался Рамус и тут же ему вторили другие голоса. Тем временем Нилок всё больше мрачнел. Эти же деревенские только сновали туда-сюда, торгуя и обменивая товар. Опрокинутое чернотой вниз небо сияло колючими яркими звёздами и молодой месяц улыбался, взирая на землю и живых существ под ним.
Вдруг полог палатки отодвинулся и в тёплый вечер вышел наследник, тут же те, кому не доводилось видеть его раньше, замерли на месте. Да как специально завыла вдалеке собака, да так протяжно и жалобно, что старик не выдержал и покатился со смеху. Нилок дёрнулся, было вперёд, но наследник остановил его, как-то невидимо для остальных и, подойдя к костру, опустился возле старика.
Только сейчас тот перестал смеяться.
Молча Мэроу протянул ему флягу. Старик взял и, сделав глоток, спрятал её за пояс.
– Ты же не рассказываешь за сверкающее,- напомнил старику наследник.
– Что мне драгоценные камни с неё? У меня нет фляги, а эта подойдёт.
– Может, и короны у тебя нет, а эта подойдёт,- улыбаясь во весь рот, проговорил Рамус.
– На что мне корона? Что с неё толку?
– Тот, кто носит корону, повелевает другими.
– Разве не другие повелевают им?- осведомился старик.- Разве не король зависит оттого, что делают для него? И ему ли не полагается делать то, что должно для того, чтобы всё было, как желается?
– Чудной.
– Вот пожелается ему скакать против ветра, а может? А не может.
– Зачем королю скакать против ветра?- поинтересовался довольный Рамус.
– Королю не зачем, а человеку?- вопросом на вопрос ответил старик.
– Говорю же, чудной!- воскликнул Нилок.
Тут старик устремил тусклые глаза на молчащего наследника и лицо его посуровело.
– Историю я обещал. Буду рассказывать.
И он начал речь, а наследник, сидя у костра, не пропуская ни одного слова внимательно следил за самим рассказчиком.