Чтение онлайн

– Что ты предлагаешь?

– Нам нужно время, перед тем как вернётся Илирия со своим отрядом. Сейчас она в союзе с Брасьеном на южных землях.

– И когда же?

– Три-четыре месяца.

– За это время она может потребовать решающего поединка,- возразила Нилиан.

– Вот потому мы и отошлём её на некоторое время с важным поручением,- заговорил Араид.- К тому же, мы отошлём всех сильных соперников, так что если она и сможет кинуть кому-то вызов, то только императору. Уж это она сделать не посмеет.

И в этом он был прав, что понимали все хранители. Вызов императору равносилен заявлению права на власть и ни один илий, будь то даже стремящийся в Наморад, не сделает подобного.

– Как насчёт императорской семьи. Мы не имеет права отсылать их из Илиума.

– Она не посмеет,- сказал Маридин.

Однако другие илии не разделяли его мнения.

– Прошедшие четыре года доказали обратное.

– Зачем ей это?- недоумение отчасти с гневом выплеснулись в вопросе Кая.- я слышал, там как-то замешан король Уравана?

– Не стоит привлекать сюда правителей людей. Если пройдёт весть о том, что они каким-либо способом влияют на избранных илий, в наше неспокойное время это может иметь плохие последствия,- заметил Араид.- Я склонен полагать, она считает, что древние свидетельства могут прояснить нынешнее положение вещей.

– Запретные записи на то и запретные. На то они и ведутся на языке канувших.

– Коему обучали всех в её роде.

– Как бы то ни было,- сказал Кай.- Я сегодня же встречусь с императором. После поединка будет объявлен приказ, и она не сможет не подчиниться, пока выспаривает право на посещение Наморада.

– Надо бы обдумать то, что длительное общение с людьми,- заговорил старый Иаиий,- ведёт к ослаблению самих илий.

– Того просто быть не может, мы неизменны от яйца до скалы,- тут же возразила Хинари.- Всё это пустые предположения и ничего более. Если бы люди могли влиять на илий, мы бы давно изменились.

– А имена?!- хмуро проговорил Иаиий.- а поведение Лины? А то, что молодые илии самовольно покидают Илиум, и неизвестно что с ними случается далее.

– Нам сейчас не это престало обсуждать,- Араид сложил руки.- Все мы видим большую опасность в действиях Лины и все понимаем, какие это может иметь последствия. Не зря на протяжении эпох говорится о бывшем некогда раздоре. И если причины раздора и его возможности можно почерпнуть из Наморада! Нет. Это мёртвое место. Ни одно дитя неба или земли не должно осквернять себя его тёмным светом. Это прошедшее - прошедшее убивает настоящее.

Последние слова остались без ответа, да и не склонны были илии словами подтверждать правду, которую и так прекрасно понимали.

– Однако ж, я не понимаю, зачем?- произнёс Кай выжидающе смотря на Араида, а затем и на остальных.

"Это всё влияние людей",- хотел сказать Иаиий, но промолчал.

Зачем? Весь Илиум задавался этим вопросом на протяжении четырёх лет и никто так и не смог найти ответа. Редко кто выдвигал предположения, к ним особо не прислушивались. Илии доверяли тому, что можно было проверить, а не тому - что говорилось ради разговора.

Всё больше света проникало в комнату через окна, небо избавилось от сонных разливов сирени и теперь блистало во всей голубизне, будто отыгрываясь за ночь. Здесь пахло ветром и нескончаемым простором.

Кай гордо вскинул голову и пошёл прочь, зная, что ему не суждено получить ответа на свой вопрос. Ещё некоторое время другие хранители совещались, но и они вскоре последовали примеру ушедшего.

Минуло время, солнце остановилось высоко над головой, ещё не наступил час обеда и потому молодые илии все как один выстроились в два ряда в ожидании начала тренировки. Они продолжали перекидываться словами, пока наставник не показался в конце улицы. Тогда молодые воины выпрямились, сжимая в руках копья, кто-то, кто до этого позволил себе потянуться - снискав осуждение других - мигом сложил крылья.

Лина, укутанная в накидку, прошла между рядов и остановилась, повернувшись к ожидающим.

Все смотрели с плохо скрываемым обожанием и опасением одновременно. Если кого-то и не было на утреннем сражении, то другие тут же поспешили описать его. Слухи расползались быстро.

Когда всё это началось, многие из них ещё не достигли совершеннолетия, и потому для них эта история тянулась неимоверно долго. История до посвящения и после, история, пошатнувшая весь устой Илиума, посягнувшая на одно его негласное правило.

Никто и никогда не имел права приближаться к Намораду.

Недолго длилось молчание, Лина тут же отдала первую команду и два ряда сделали пару шагов вперёд, очутившись друг перед другом.

Другая команда - копья скрестились.

Ещё одна - и они вступили в бой. Пока тренировались молодые воины, Лина внимательно наблюдала за ними. В то время как последним, кроме боя, приходилось опасаться ещё и получить замечание при всех. Иногда она проходилась взад-вперёд, присматриваясь то к одному, то к другому илию. Редко когда делала тихие замечания и снова шла вперёд.

Вначале илии двигались синхронно, один ряд делал выпад - другой отражал. Уже позже, во второй части тренировки они разбились на пары и вот тут началось самое интересное. Тут уже всё зависело от сноровки и умения, а также силы и ловкости каждого отдельного илия. Молодое поколение дралось с юношеским запалом, каждому хотелось продемонстрировать на что он способен.

– Выше.

Лина отошла от илия и вернулась на исходное место. В этот раз она не демонстрировала удары сама, не вступала в показательные поединки с молодым поколением.

Похвала не была принята у них и потому Лина отпустила илий очередной командой и наблюдала, как показался Раин, как распрямил крылья и вместе с илиями взмыл в небо, чтобы там обучать их искусству ведения воздушного боя на манхах.

Они поднимались и падали, сцепившись в один клубок. Возможно, одному из них когда-нибудь придётся участвовать в воздушном поединке с другим илием - когда они сцеплялись манхами и падали вниз и тот, кто первым отцеплялся, считался проигравшим.

Это была крайняя мера, к которой прибегали редко, лишь в самых серьёзных случаях. Последние, кто сошёлся в этом поединке - разбились оба, что не было редкостью.

Жаркое солнце грело кожу, разбивалось лучами о стены Илиума. И эти осколки забирались на площадку, на которой возвышался трон императора, более походящий на неровный шар. Император был облачён в доспехи, повторяющие птичьи перья. Шлем на его голове оканчивался птичьим клювом, на руках стальные манхи с когтями острее, чем самая острая бритва. Сандалии на ногах. Император следил за остановившемся перед троном илием.

– Говори.

Кай вскинул голову.

Далеко-далеко отсюда завёл свою песню приветствующий солнце страж дня. Его пронзительный голос долетал до императорской залы, слабым отзвуком наполняя её. Вскоре к нему присоединились другие илии, это была песнь дня, после песни утра, последняя сегодня - они не приветствовали ни вечер, ни ночь.