Чтение онлайн

– Взбодрить! – приказал старший, крутоплечий амбал с невыразительным лицом.

– Ну, майор, теперь понял, как Гущин в ящик сыграл? – спокойно спросил амбал, как только майор слегка приподнял веки. – А ты хочешь за ним? Или как?

Третий ликвидатор, не уступающий старшему по комплекции, зафиксировал левую руку Каменева, навалившись на него всем телом. Ствол был по-прежнему уперт между горлом и подбородком. Михаил Петрович молчал. Сознание плыло, в висок стучало кувалдой, и настроения на светскую беседу не было.

– Правильно! – понял по-своему его молчание старший амбал. – Туда торопиться не надо, всегда успеется… Убери ствол! – властным тоном приказал он подопечному.

Тот быстро выдернул ствол из вялой кисти майора, а самого Михаила Петровича аккуратно усадили в кресло, не забыв при этом прищелкнуть его правую руку наручниками к батарее парового отопления.

– Разговор у нас к тебе короткий, – продолжил старший, – кончай с этим делом, Михаил Петрович! Я тебе серьезно говорю, тягаться с… – он на минуту замолчал, – ну, сам понимаешь, с кем, дело дохлое. Тебя раздавят, как клопа, я имею в виду не обязательно тебя лично и не обязательно буквально… – Старший был, судя по разговору, не таким серым дебилом, каким казался.

Каменев молчал, и амбал продолжил уже более спокойным, почти дружеским тоном:

– Я тебя понимаю, майор… Сам в органах десять лет оттрубил, и что?.. Ладно, смотри сюда. – Амбал достал несколько фотографий, сделанных фотоаппаратом «Поляроид». На первой фотографии была изображена симпатичная молодая женщина, гуляющая в лесистом сквере с двумя девочками лет четырех-пяти. Всмотревшись, Каменев похолодел – это была его дочь Аня с внучками, которых майор обожал, всячески скрывая это в воспитательных целях. На другой фотографии Аня весело улыбалась стоящему рядом с ней амбалу, теперешнему собеседнику майора. На третьей фотографии бандит держал близняшек на руках, словно заботливый папаша.

– Анне Михайловне мы представились вашими сослуживцами, – пояснил ситуацию амбал. – Между прочим, очень хорошая девушка, умница, а внучки – ну просто прелесть! Самый забавный возраст. Досадно будет, если…

– Мразь, – тихо, одними губами, произнес Каменев, глядя в бесцветные глаза убийцы.

– Я мразь, а ты, судя по всему, мудак! – невозмутимо ответил преступник и, немного помолчав, проговорил: – Ладно, мы пойдем, а ты хорошенько подумай… Отстегните господина майора от батареи! – Голос звучал почти кротко, наверное, так святые отцы-инквизиторы отправляли на костер своих подопечных – ради спасения их душ, подумал Каменев. – Отдыхайте, Михаил Петрович! Спокойной вам ночи, приятных сновидений…

Ближе к середине следующего дня Каменев постучал в кабинет полковника Громова.

– Игорь, свободен?

– А что у тебя, Миша? – заместитель начальника РУОПа был в кабинете один. – Заходи…

Майор плотно прикрыл дверь и уселся напротив полковника, глядя Громову прямо в глаза.

– Кончаем это дело, Игорь… – в голубых глазах Каменева холодно блестела странная пустота.

– Что случилось? – сразу посерьезнел полковник.

– Ничего не случилось, просто понял я кое-что…

– А я это давно понял, Миша… Значит, выходишь из игры?

– Мы все из нее вылетели! И не сегодня, и не вчера…

– И даже не позавчера… – закончил за Каменева полковник. – Миша, я твои чувства прекрасно понимаю. Перед своим министром мы облажались, войну остановить не смогли, каждый раз отстаем от событий на два шага. Проигрываем сражение за сражением. И все-таки давай пока не будем решать, что оставляем поле боя, а? Для себя не будем. Для них сделаем вид, что втянули рожки и спрятались в раковину, как улитки. Нам отбили печенки, Миша. Надо отдышаться, прийти в себя. Поговорим завтра, ладно?

– Эх! Лучше бы я Маршалу эту запись отдал! – не сдержался Михаил Петрович.

– Ну вот, опять ерунду понес, – устало проговорил Громов. – Да пойми, в этой мясорубке даже такому динозавру, как Маршал, вряд ли уцелеть!

– А мне теперь один хрен! Вот, посмотри. Эти фото мне вчера вечером, точнее, сегодня рано утром подарили на память милые такие мальчики. Встретили старого дурака дома, точно как Гущина давеча, и разъяснили ситуацию. Узнаешь, кто на снимках? Вот так-то. – Каменев поднялся и направился к двери. – До завтра, Игорь.

Игорь подавленно молчал. Он считал, что им с Михаилом отбили печенки. Нет, их еще крепко повязали и кляп в горло забили.

Вечерний выпуск передачи «Дежурная часть» начался с новых подробностей о смерти Андрея Гущина.

– По сообщению из Главного управления уголовного розыска, ведущего расследование обстоятельств гибели подполковника Гущина, в тот же вечер рядом с подъездом погибшего были убиты двое неизвестных, оказавшихся, как выяснилось впоследствии, сотрудниками службы безопасности одного из крупнейших российских банков, – рассказывала ведущая Ольга Маяцкая. – Как показали многочисленные свидетели, эти двое напали на молодого сотрудника РУОПа, находившегося во дворе, и тот, защищая свою жизнь, вынужден был открыть огонь на поражение. Прокомментировать ситуацию мы попросили начальника службы безопасности этого банка Виктора Алексеевича Балашова.

Симпатичный, моложавый охранник обаятельно улыбался телезрителям.

– Должен прокомментировать ситуацию, поскольку подобное сообщение может серьезно подорвать репутацию нашего банка, – начал он свою речь. – Вы, Оля, получили не совсем верную информацию. Дело в том, что эти люди не являются на сегодняшний день нашими сотрудниками. Да, некоторое время они действительно работали в банковской охране, но были уволены за нарушение дисциплины и пьянство, то есть по причине полной профессиональной непригодности. Уже много месяцев они не имеют к нашему банку никакого отношения.

– Есть сведения, что убитые ранее работали в КГБ. Это так? – задала вопрос Ольга.

– Да, – немного помолчав, ответил Виктор Алексеевич. – Некоторое время эти люди действительно работали в комитете и опять же были уволены по дискредитирующим мотивам. Я, конечно, не снимаю с себя вины, допущение подобных граждан к нашей банковской структуре серьезная недоработка…

– А как вы думаете, эти люди могли быть причастны к гибели Андрея Гущина? – спросила телеведущая.

– Ну, Оля, на этот вопрос вам смогут ответить работники МВД и прокуратуры. Кстати, по предварительному заключению следственно-оперативной группы по факту смерти господина Гущина следов насильственной смерти не обнаружено, очевидный суицид. В этом заключении нет места посторонним, в частности, бывшим сотрудникам нашего банка.

– Ну а ваше мнение? – не унималась ведущая.

– Мне ничего не известно, кроме тех фактов, которые привели следственную группу к упомянутому заключению, а заниматься безосновательными домыслами мне не позволяет моя должность. – Балашов говорил спокойно, чуть снисходительно, почти без жестов, голос хорошо смодулирован; смотрелся он великолепно – лицо приятное, взгляд доброжелательный, но твердый, легкая седина; крепкая шея, разворот плеч, отсутствие брюшка выдают человека спортивного… Прямо остепенившийся плейбой.