Чтение онлайн

То, что они все помнили, удивило Мирославу почти так же, как и их неожиданное проявление эмоций, поэтому она даже не стала уточнять, с чем он её поздравлял. Она оглянулась на Мстислава, который всё так же стоял возле порога и с насмешливой улыбкой наблюдал за ними.

— Но я ничего почти не сделала, — попыталась она возразить, но была прервана саркастичным:

— Всего лишь закрыла проход, договорилась с богиней, отозвала души мёртвых. — Она перевела взгляд на Эрно, который стоял со скрещёнными рукам возле неприметной двери, из которой они все только что вышли. — Даже не думай — я обниматься к тебе не полезу. Тем более, перед Мстиславом.

Мирослава усмехнулась и попросила:

— Мстислав, отвернись, пожалуйста!

Ииро с Линнелям прыснули от смеха. Эрно закатил глаза, но стрельнул осторожным взглядом в сторону Мстислава, который хмыкнул и сказал:

— Хватит с вас и этого. А теперь вытаскивайте стол, пока ваши родители не убили меня взглядами. Серьёзно, я чувствую, как у меня уже спина заболела от их проклятий.

Посмеиваясь, они пошли на кухню, а спускающаяся в этот момент Марта сказала:

— А я пока достану банки из подпола. Не оставлять же без еды гостей.

— Как скажешь, — покладисто согласился Вяземский, а затем подошёл к Мирославе. — Хочешь проведать его?

— Очень хочу, — кивнула она, радуясь, что не пришлось самой настаивать.

Увидев мирно спящего Раймо, возле кровати которого стояли пустые, полупустые и полные кружки с тем же сомнительным содержимым, что пила сама Мирослава недавно, тазиком с водой и полотенцем, она почувствовала себя, наконец, успокоенной.

— Всякие магические настои всё-таки существует, да? — не сдержавшись, поддразнила она, подумав, что, наверное, не смогла бы встать так легко на ноги без настоя Ингрид.

— Я думал, что это лишь преувеличенные байки, — признался он. — Но в мире действительно осталось ещё немало того, о чём мы и понятие не имеем.

— Надеюсь, хорошего всё-таки больше.

— Я почти в этом уверен, — отозвался Вяземский и ещё раз посмотрел на спящего Раймо, прежде чем закрыть дверь. — Поможешь с тарелками или выйдешь ко всем на улицу?

— Помогу с тарелками! — выпалила Мирослава, на что он понимающе усмехнулся.

— Так и думал. Пойдём.

Компания за столом собралась разношёрстная, но каждый хранил молчание. Напряжённую тишину нарушал лишь слишком громкий звон столовых приборов об посуду — Марта достала два красивых стеклянных сервиза.

Ребята сидели с опущенными головами, но наполнять желудок не забывали. Родители же за всё время не одарили их ещё ни единым взглядом, занятые едой и сдержанной похвалой. Мирослава думала, что вряд ли они в таком уже в восторге в обеденное время есть кашу, а вприкуску маринованные овощи. Хотя у Марты была и сладкая нашинкованная морковка, и леча, и чего только вообще не было — что-то финское, что-то русское, из-за чего Мирослава вновь ощутила голод и шестая среди всех с аппетитом ела. И всё думала, почему никто не заговаривает? Не нарушают правила — во время еды о плохом не говорят? Или всё дело в старшинстве? Официально Мстислав — всё ещё глава.

Когда она доела кусок хлеба с солёными огурцами и увидела, как Вяземский прокашлялся, привлекая внимание, а остальные с готовностью подобрались, то догадалась, что всё-таки последнее.

Требовательными взглядами его одарили совсем неприглашенные гостьи их застолья — трое членов общины, которых Мирослава запомнила из-за их присутствия в участке, и которых сейчас она никак не ожидала увидеть, но те, видимо, воспользовались открывшейся возможностью поговорить или именно они и подослали родителей. Здесь же были Александра и Ингрид, которые сидели рядом и всё чаще между собой обменивались впечатлениями о способе засолке Марты таким тоном, словно присутствует на званом ужине.

— Не стану лукавить, мне искренне интересна причина вашего визита, — прервал молчание Мстислав. — И как ни странно, я это говорю не членам общины.

Родители Линнеля потупились, уставившись в свою тарелку, рыжий коренастый мужчина и высокая светловолосая женщина отвели взгляд, и лишь один человек знакомо вскинул подбородок. Мирослава догадалась, что это был отец Эрно. Среди незнакомцев оставались ещё трое — полуседой мужчина и темноволосая женщина с сидящим подле них парнем. Родители Раймо и его кровный брат. Их настроение было тревожным весь обед, поэтому Мирослава не удивилась, когда мама Раймо заговорила первая:

— Наш сын… Он жив? — дрожащим голосом спросила она, подняв красные глаза.

Её муж положил ей руку на плечо, но Мирослава не могла понять, то ли в качестве поддержки, то ли предупреждения.

— Конечно, жив, — тут же твёрдо ответил Мстислав, а затем, увидев, выражение лиц членов общины и родителей, добавил. — Какого вы здесь мнения все обо мне, если думаете, что я бы стал скрывать смерть вашего ребёнка?

— Извини нас, — на этот раз сказал отец Раймо смутившись. — Но если учитывать наши прошлые отношения и то, что общины решила тебя свергнуть, а мы не вмешались…

— Это не имеет никакого значения, — веско прервал его Мстислав нахмурившись. — Я бы никогда не поступил так.

Родители Раймо кивнули, а мать следом спросила:

— Мы можем его увидеть?

Мирослава взглянула на Мстислава, который сидел во главе стола и затруднялся с ответом. Она расположилась по правую от него руку, Линнель сидел рядом с ней, Эрно с Ииро по другую руку от Мстислава. Именно поэтому она увидела, как пренебрежительно скривились ребята, а Линнель рядом напрягся. Мирослава нашла его руку под столом и коротко сжала, а затем спокойно заговорила:

— Он восстанавливается после случившегося.

Она, сама того не желая, зачем-то всё же привлекла внимание собравшихся. Все посмотрели на неё с неуверенностью, наверняка ставя её слова под сомнения, но оказалось, что дело было не в этом.

— Мстислав, тебя можно поздравить? — осторожно спросил один из членов общины — старик Ждан.

Он расположился на другом конце стола, а помимо него, там сидел мужчина, чей ворот порвал Эрно, и ещё один, которого Мирослава и запомнила только потому, что он стоял возле Чацкого во время сбора общины в участке.

После вопроса Ждана какое-то подозрительно предчувствие захлестнуло её, и она тоже с интересом посмотрела на Мстислава, ответа которого ждали все — даже Марта, казалось, затаила дыхание.

— Да, — невозмутимо произнёс он, но тут же добавил. — Но позже. Обо всём объявится официально.

— Значит, сработало, и хозяин леса одобрил этот союз, — с облегчённой улыбкой сказала Ингрид, взглянув на Мирославу.

— Иначе мы бы здесь вряд ли сидели, — натянуто улыбнулась она в ответ. — Твои видение говорили правду — просто убийство свершилось утром, а дождь пошёл позже. Вечером всё же никто не умер.