Чтение онлайн

— Да внизу задержалась, — беспечно отмахнулась Юджи. — Сказала, по нужде ей надо. Сейчас появится.

Агниэль снова оглядел пустой безжизненный склон. Его сердце сжалось, предчувствуя беду.

— Куда она пошла?

— Вон за ту скалу, — указала ему Тали на высокий каменный зуб по правой стороне склона.

Агниэль кивнул и рванул к краю каменной площадки, на которой они все обосновались, в надежде увидеть сверху свою Арейю.

И уже почти вздохнул с облегчением, увидев ее темноволосую головку, как обнаружил, что направляется девчонка не к ним, наверх, а бежит куда-то вниз и еще правее по склону. Взглянув в том направлении, Агниэль на миг захлебнулся жгуче-холодным горным воздухом, а потом закричал во всю мощь своего горла:

— Алия, нет! Стой!..

2.19 Умка

Алия, поправив одежду, отошла от скалы и повела плечами, скидывая усталость. Это в укромный уголок она спешила, не глядя по сторонам и думая только о насущной потребности. Сейчас же окружающий мир снова стал ей интересен. Она остановилась, и, не спеша, стала осматриваться по сторонам. Внезапно ее взгляд уловил какое-то движение.

Девушка присмотрелась и охнула: шагах в пятидесяти, прямо посреди снега, лежал, пристроив морду на лапы, пес, и, слабо помахивая хвостом-бубликом, глядел на нее с грустью и немым укором…

— Умка! — воскликнула Алька, — Ты как здесь оказался, малыш?!

Пес в ответ приподнял голову, шевельнул ушами, открыл пасть и вывалил из нее розовый язык: улыбнулся. Хвост его замахал активнее.

«Умка здесь? Но как? Его тоже перенесло в этот мир, только не в Изначальный лес, а сюда, в горы? Он же, наверное, замерз и проголодался!» — такие мысли бешеным пчелиным роем мельтешили в голове, а ноги сами уже несли ее к щенку.

Умка — восьмимесячный щенок хаски — был последней, но самой горячей привязанностью девушки, приехавшей в компании друзей в гости к родственникам одного парня из их компании. Добродушный приветливый пес с удовольствием сопровождал хозяев и их гостей в прогулках по лесу. И чаще всего крутился возле Алии, видимо, чувствуя ее искреннюю любовь.

Алия всегда тянулась к собакам и в детстве мечтала о том, что когда-нибудь мама и папа, а потом мама и тетя подарят ей щенка. Этой мечте не суждено было сбыться. Повзрослев и осиротев, Алия уже сама не решалась завести собаку. Она слишком мало бывала дома, слишком много работала и путешествовала, чтобы позволить себе роскошь в виде домашнего животного. Ведь любой питомец требует ухода и внимания, а это — время, которого у Альки не было.

Правда, мечта не умерла, а изменилась: в последнее время девушка мечтала о том, что однажды выйдет замуж, родит ребенка, а когда тот подрастет — она обязательно подарит малышу — и себе — щенка. И будет у нее счастливая семья: муж, сын или дочка и — обязательно! — собака.

Познакомившись с Умкой, Алия буквально влюбилась в пса: все вечера она проводила с ним в обнимку, тиская и тормоша его, зарываясь пальцами в густую шерсть. Любвеобильный мальчик отвечал Алие полной взаимностью!

Сейчас, увидев Умку здесь, в чужом мире, девчонка не могла поверить своим глазам, но не могла и не поверить. Это точно был он, Умка, ведь Аля разглядела у него на шее ошейник с биппером — тот самый, который выбирала и покупала для щенка сама. В подарок псу и его хозяевам.

Проваливаясь где по щиколотку, а где и по колено в рыхлый снег, Алька спешила, как могла: погладить, утешить, успокоить. Скорее унести Умку из этой холодной снежной пустыни, согреть, накормить — и никогда уже не отпускать! Ведь он не сможет вернуться в тот, родной для них обоих мир? Это ведь невозможно?!

Она не видела и не слышала никого и ничего, торопясь добраться до щенка, окликая и уговаривая его ласковыми словами, чтобы малыш не испугался и не убежал.

— Алия, нет! Стой! Это не… — проорал Агниэль во всю мощь своего горла, но ветер унес его слова, и эхо прозвучало где-то далеко в стороне.

Девушка, если и услышала что-то краем уха, то не обратила на эхо внимания.

Агниэль попытался обратиться к ней мысленно, но сознание Арейи, занятое единственным желанием — поскорее добраться до щенка, оказалось закрыто для мысленных посланий.

И тогда Агниэль сделал единственное, что мог: оттолкнулся, подпрыгнул и полетел вниз с обрыва, уже в воздухе обращаясь в дракона и ловя едва успевшими распахнуться крыльями потоки воздуха.

Несмотря на спешку, он не ринулся напролом, четко по прямой, а забрал чуть в сторону, и лишь затем начал снижаться, заходя по дуге на посадку. Как ни спешила Алия, но Агниэль, благодаря крыльям, успел к созданию, которое девушка приняла за собаку, первым.

Алие оставалось пройти еще шагов пятнадцать, когда рухнувшая с неба громадная, сияющая золотом туша схватила Умку когтистыми лапами, протащила над снегом метров двадцать и уронила. В воздух взметнулась мелкая снежная пыль, поднятая огромными хлопающими крыльями. Извернувшись в воздухе совершенно невозможным образом, дракон коснулся лапами земли и тут же выпустил в щенка мощную струю огня.

Раздался тонкий высокий визг, пламя охватило фигуру собаки, еле видную в клубах снежной пыли, которая тут же преобразовалась в пар под горячим дыханием Огненного Дракона.

Алия еще успела увидеть сквозь туман, как Умка, охваченный пламенем, превращается в груду мелких камешков. Но ее сознание, потрясенное происходящим, уже не смогло правильно оценить увиденное и удивиться, почему пес вдруг осыпался кучкой булыжников.

Девушка вскинула руки, заткнула уши, в которых еще звучал тонкий щенячий плач, зажмурила глаза, рухнула на колени и зарыдала, уткнувшись локтями и лицом в рыхлый снег…

Отчаяние, испуг, нервное потрясение — все это накрыло Альку с головой и потянуло за собой множество других болезненных эмоций.

Неожиданно всплыли запрятанные в самом темном уголке души тоска по дому, по прежней жизни. Усталость от непривычного цвета неба и растений, от незнакомых запахов, от неродного, хотя уже понятного языка. От постоянного присутствия в доме все еще чужих для нее существ — драконов, подавляющих, угнетающих девушку своей мощью, своей властной аурой. Да, они держались вежливо и просто, проявляли такт и дружелюбие. Но при всем при этом оставались бесконечно древними и невероятно мощным по земным меркам существами.

Ей и одного Агниэля было много — в ее жизни, в одной с ней постели. А когда старшие драконы собирались вчетвером, Альку постоянно знобило и тянуло поежиться от ощущения собственной незначительности и беспомощности.

А еще ей порой казалось, что это Агниэль виноват в том, что она перенеслась в этот чуждый для нее мир. Что это Агниэль своим пением, своим зовом выдернул ее из нормальной жизни, из привычной реальности. Алька гнала от себя противный голосок, нашептывавший ей, что именно Огненный виноват во всех ее бедах. Но порой чувствовала, что злится, вроде бы даже без причины, на рыжего гиганта…

Темная волна подхватила, закружила Альку, унесла ее в пучину безмерного горя.

Она честно пыталась быть сильной, но сейчас все силы кончились. Осталось только отчаяние, перекатывавшееся по телу, как волны прибоя — то вверх, то вниз.

Алька рыдала. Ее била крупная дрожь. Перед глазами стояла улыбающаяся морда Умки с розовым языком, высунутым из приоткрытой пасти… Морда, которой она больше никогда уже не увидит.

Огненный Дракон по инерции пролетел еще несколько метров, невольно разбросав лапами кучу камней, оставшихся от горного демона, который затуманил голову его Арейе. Остановился, сложил крылья, обернул вокруг себя хвост и ушел в трансформацию, стремясь как можно скорее превратиться в человека.