Зови меня Златовлаской
Шрифт:
– Но ты же можешь исполнить не вашу песню, а любую другую, которая тебе нравится. Нам же не принципиально.
Влад молча сделал еще несколько затяжек.
– Получается, это твое желание и твоя личная просьба?
– наконец спросил он.
– Ну... Можно и так сказать, - неуверенно согласилась я, не понимая, к чему он клонит.
– Хорошо, я спою. Но ты должна будешь мне желание, - улыбнулся он.
Учитывая то, что я была обязана Владу жизнью, исполнить одно его желание казалось настолько незначительным, что я с легкостью согласилась.
Вдруг несколько парней подскочили к Владу и, неслабо похлопав его по спине, сообщили, что сейчас его очередь брать гитару.
Ревков направился в дом, я последовала за ним. Он занял место на том самом стуле, на котором недавно пел Леха, и взял в руки гитару. Его прикосновения к инструменту были такими нежными и плавными, будто он трогал не музыкальный инструмент, а любимую женщину.
Влад с улыбкой посмотрел на присутствующих и начал играть:
Мой прокуренный голос, твои теплые губы.
Нам так нравится мерзнуть, нам не нравятся клубы.
Ну, конечно, уверен, забери мое сердце,
Его хватит надолго, чтобы согреться...
Я не могла поверить, что Влад решил исполнить мою любимую песню. Песню, которую я прокручивала в плейлисте по пятьдесят раз подряд. Песню, которую слушала в ночь после нападения. Песню, под которую я грустила, мечтала и радовалась. Я зачарованно смотрела на парня, который спас мою жизнь, а сейчас так талантливо пел песню моей души. Все мое существо откликалось на звуки гитары и его голоса.
Когда Влад затянул припев, я, как и многие, запела вместе с ним. Я пела громко и с чувством, каждой клеточкой тела проживая слова песни. Периодически Влад поднимал глаза на ребят и на меня в том числе. Каждый раз, когда наши глаза встречались, я улыбалась чуть шире и пела чуть громче. Я была поглощена моментом, музыкой и им.
Когда песня закончилась, я почувствовала легкую грусть. Но Влад продолжил петь и исполнил еще несколько классных песен.
Пиво закончилось, и народ переходил на алкоголь покрепче. Ада принесла мне запеченную в углях картошку, и это было лучшее, что я когда-либо ела. Запах костра и дыма делали картошку просто божественной. Обжигая губы, я наслаждалась каждым кусочком.
– Пива больше нет, виски будешь?
– поинтересовалась Ада.
Удивительно, Ада налегала на спиртное будь здоров, а пьяной совсем не выглядела.
– Даже не знаю. Гадость?
– поинтересовалась я.
– Давай с колой разбавим, иначе не пойдет, - посоветовала она, протягивая бутылку с газировкой.
Виски с колой на вкус был даже лучше пива, и я медленно потягивала сладкий напиток. Я чувствовала сильный эмоциональный подъем и расслабленность во всем теле.
Когда я поднялась, чтобы пойти в противоположный конец зала и поболтать с Алиной Юкиной, мои ноги стали немного ватные, но чувство было приятное. Видимо, так ощущалось опьянение.
Алина сегодня тоже пила и показалась мне более разговорчивой, чем обычно. Ее беспокоило, что на дебатах какой-то парень из параллельного класса обозвал ее заумной стервой из-за того, что не смог аргументированно ее переспорить.
– Мужчина считает стервой ту женщину, из которой не получилось сделать дуру, - заметила я.
– Возможно, - вздохнула Алина.
– Но не значит ли это, что женщине лучше скрывать свои мозги, если она хочет снискать мужского расположения? Мужчины не терпят умных женщин.
– А что их терпеть?
– в наш диалог вклинился Олег Мещеряков, парень из нашей школы.
– От умных баб слишком много проблем. Я считаю, что ум в женщине не главное. Хозяйственность, доброта, ну, и внешка, разумеется. Вот что важно.
– Если для тебя в женщине ум не главное, то ты просто не встречал умных женщин, - донесся из-за спины голос Ревкова.
– Ой, не знаю, Владосик, была у меня одна, поэтесса, все какими-то метафорами выражалась, хрен пойми, что имела в виду. Поначалу, конечно, прикольно было, загадочно, а потом все сложно стало, запутанно. Тогда я и понял, что мне надо бабу попроще.
Я улыбнулась. Мещеряков был очарователен в своей примитивности.
– То есть тебя не пугают умные женщины?
– поинтересовалась Алина у Влада.
Влад помолчал, очевидно, раздумывая над ее вопросом, а потом ответил:
– Скорее нет, чем да. Хотя знаешь, наверное, если девушка гораздо умнее меня, сильнее меня как личность, то меня это испугает. Но не потому, что мне может стать с ней сложно, а потому, что ей может стать со мной скучно. Я думаю, в правильных отношениях партнеры должны находиться примерно на одном уровне. А если это изначально не так, то они либо выравниваются по уровню друг с другом, либо расстаются.
– Значит, если мужчину отталкивает твой ум, он тебе не подходит?
– подытожила я.
– Вроде того. Лично я убежден, что ум - это очень привлекательно. Если с девушкой можно разговаривать о том, что для вас обоих важно, если ее мнение имеет вес, если помимо любви у вас крутая дружба - это настоящий космос.
– А у вас с Кирой так?
– невинно поинтересовалась Алина.
– Надеюсь, - немного замешкавшись, ответил Влад.
После упоминания о Кире, он вдруг сделался серьезным и отошел от нас.
– Хоть бы у них все наладилось, - тихо проговорила Алина.
– У кого наладилось? Ты о чем?
– не поняла я.
– Про него и Киру. Вчера, когда он ее провожал, она опять была с опухшими глазами, наверное, плакала.
– А ты откуда знаешь?
– Пересеклись на лестничной площадке, мы с ней соседи.
Я промолчала. Неужели в раю не все так спокойно? Я не хотела радоваться чужим проблемам, и отогнала эти мысли подальше. Меня не должно касаться, что там между ними происходит.
Вечер был в самом разгаре. Музыка сделалась громче, и началась дискотека. Все были навеселе, резвились и скакали. Я присоединилась к толпе и начала двигаться в такт музыке, при этом особо не заморачиваясь над движениями. Я просто вытанцовывала свои эмоции: радость и боль, счастье и одиночество.
Внезапно ко мне подскочил незнакомый парень, которого я раньше не замечала, хотя, учитывая его внешность, незаметным его было назвать никак нельзя. Очевидно, он пришел недавно. Растрепанные волосы цвета выжженный блонд, высокий, симпатичный, на лице озорная улыбка.