Чтение онлайн

Неожиданно для себя я улыбнулась. Было что-то чертовски очаровательное в этом моменте: натянутые как струна нервы, внимание на пределе и ожидание чего-то большего. Наверное, поэтому люди подсаживаются на адреналин, как на иглу. Ничто не может подарить такие ощущения.

Кожей я чувствовала на себя испытующий взгляд Влада, и это было прекрасно. За секунду до прыжка я перестала бояться. Я перестала быть собой. Я не была девчонкой, которая безответно влюблена в чужого парня. Я не была девчонкой, чьи родители разводятся. Я не была девчонкой, которую предали. Мне не было страшно, стыдно или больно. Существовала только пропасть, в которую мне предстояло шагнуть.

За секунду до прыжка мое сознание стало чистым, и я сделала шаг.

Вода радушно приняла меня в свои объятья. Вынырнув, я жадно вдохнула кислород, и до меня донеслись крики восхищения и одобрения.

Выйдя из бассейна, я прилегла на лежак, переводя дыхание. Вокруг меня вертелся Стас, интересуясь, все ли у меня хорошо. Я широко улыбалась и ничего не отвечала. Рядом со Стасом появился Влад:

– Ты крутая, Златовласка!
– он внимательно смотрел мне в глаза.
– Придумала желание?

– Еще нет.

– Знаешь, желание за тобой, но я не позволю тебе еще раз меня сделать в бассейне, - неожиданно заявил он.

– Ты о чем?

Он развернулся и направился в сторону лестницы, ведущей к вышкам. Кира, разгадавшая его намерения, направилась за ним, пытаясь отговорить, но у нее ничего не вышло.

Через минуту Влад стоял на том же месте, с которого прыгала я. Мне стало хорошо от мысли о том, что сейчас он чувствует то же, что чувствовала я, стоя там. Он прыгнул, а через несколько мгновений из воды показалось его довольное лицо.

– Ну почему ты все время стремишься что-то кому-то доказать?
– обрушилась на него Кира.

Она обиженно фыркнула и направилась к выходу. Выбравшись на сушу, Влад последовал за ней.

– Почему Ревков все время такой упертый? Знает же, что Кира из-за такого психует, - раздраженно отозвалась Виолетта.

– Вилка, ты Владоса не знаешь, что ли? Если что-то надумал, то все, расшибется, но сделает, - ответил Платон.

– А помнишь, как он до четырех утра в переходе надрывался, чтоб косарь заработать?
– со смехом обратился Артем к Платону.

– В каком еще переходе?
– заинтересовалась Юля.

– Когда Ревков стал музыкой заниматься, его отец говорил, что все это - блажь. Короче, не воспринимал все это всерьез и был уверен, что музыкой сыт не будешь. Влад ему говорил, мол, что мне сделать, чтобы доказать, что это не так? А отец поразмыслил и отвечает: «Тысячу рублей заработаешь за сутки, тогда закроем тему». А Ревкову тогда сколько уж лет было?
– говорил Артем.

– Лет тринадцать, - ответил Платон.

– Ну вот, Ревкову тринадцать, ему надо за сутки косарь заработать, причем музыкой. Ну, он пошел в переход и целых семнадцать часов там голосил, прикиньте? Но деньги заработал. С тех пор ему отец слова про его музыку не говорит.

– Ну, он же мог просто у друзей одолжить, зачем так убиваться?
– недоверчиво произнесла Юля.

– Нет, ну как, Юль? Это же обман бы получился. А для Владоса это дело принципа, - вмешался Стас, как будто обижаясь, что Юля могла так подумать о его друге.

– Да уж в детстве все зарабатывали, кто как мог. Я вот бутылки собирал, потом сдавал. Стасян коров пас, - Илья с улыбкой предался воспоминаниям.

– Ты коров умеешь пасти?
– удивилась я, обращаясь к Стасу.

– Ага, было дело.

– И что, много заработал?
– спросила Виолетта.

– Нет, но на цель мою хватило.

– А какая цель была?
– полюбопытствовала я.

– Только чур не угорать, - улыбнулся он.
– Меня же мама с бабушкой воспитывали. Из игрушек только машинки да конструктор покупали. А мне автоматик хотелось, чтоб как у других пацанов. А они мне "нет, ни к чему тебе оружие, оно несет смерть". Пацифистки они у меня, в общем. Но мне в девять лет разве понятна эта философия была? Я просто играть хотел. Вот и подорвался соседских коров летом пасти, пока у бабушки был. На автомат накопил.

– Здорово, - восхитилась я.
– А я огурцы и помидоры продавала на небольшом уличном рынке среди бабушек.

– А откуда товар брала?
– спросил Стас.

– А у нас на даче в то лето такой урожай был, что девать некуда было. Мама сказала: «Иди продавай. Что заработаешь - все твое». Мне поначалу так стеснительно было. Все думала, что бабушки меня к себе не пустят. Конкуренция все же. Но они добрые оказались, даже торговать помогали.

– Да ты у нас юный бизнесмен, - Стас ласково потрепал меня по волосам.

Остаток вечера мы резвились в бассейне и болтали, развалившись на лежаках. Влад с Кирой так и не вернулись. Через полчаса, глянув на большие настенные часы, я поняла, что мне нужно собираться домой, иначе мама будет волноваться. Я сказала Стасу, о том, что поеду домой на такси. Он вызвался проводить меня, но я заверила его, что это ни к чему.

Покинув просторный зал с бассейном, я прошла по неосвещенному узкому коридору и повернула в сторону женской раздевалки, в которой горел свет.

Закрыв за собой дверь, я привычным движением распустила завязки верха купальника на спине, через голову стащила лиф и стянула плавки. Сжимая мокрый купальник в руке, я прошла мимо многочисленными шкафчиков для хранения вещей. Повернув направо в сторону душевых, я вскрикнула от испуга и удивления.

На скамейке у входа в женские душевые кабины сидел Влад. Я резко дернулась в сторону, пытаясь спрятаться за стоящий рядом шкафчик и больно ударилась об него головой.

– Какого хрена?
– заорала я, прижимаясь спиной к металлической дверке шкафчика и сгорая от стыда.

– Саш, прости, мы сидели тут с Кирой... Я думал, вы еще купаетесь в бассейне,- донесся до меня смущенный голос Влада.

– А вы могли сидеть в другом месте, а не в женской раздевалке?!
– вопила я.

– Черт, мне жутко стремно. Извини. Но я ничего не видел. Ты так быстро сиганула, что я даже не понял, что это ты. Сильно ударилась?

– Жить буду, - проворчала я.

Обратно натянув на себя купальник, я вышла из-за шкафчика и рассерженно уперла руки в бока.

– Ревков, назови мне хоть одну причину, по которой я не должна убивать тебя?