Зоя. Том второй
Шрифт:
А Янек уже целовал её грудь, шею, губы. Дрожал, прижимал к себе. Зоя чувствовала себя так, словно она вата, мягкая, податливая, но безжизненная… Куда-то подевалась вся её страсть, притупились или даже совсем исчезли желания и жажда в поцелуях Янека.
Но Зоя не отталкивала мужа. Не хотела, чтобы он уходил. Поймала себя на мысли, что простила его. Но сама пока не могла поверить в это.
Когда наступило утро, и заплакала Маша, Зоя выбралась из объятий Янека, сходила за ребёнком. Вернулась, присела рядом с мужем.
– Иди за детьми, – тихо сказала она. – Они ни в чём не виноваты.
Янек поднялся с кровати, поцеловал Зою и произнёс:
– Спасибо, любимая.
Потом вытащил из внутреннего кармана рубахи деньги и кольца, протянул их Зое.
– Нам хватит этих денег надолго, Зоя.
Зоя не взяла деньги, Янек положил их вместе с кольцами на сундук и ушёл.
Глава 11
Пока Макар шёл туда, где жила Матильда, перебирал в голове фразы, которые скажет жене. Но ничего из придуманного не нравилось. Так много хотел сказать Матильде, и так мало.
За годы разлуки с ней даже забыл, как она выглядит. Силился вспомнить черты её лица, но не мог. Остановился на полпути и задумался о том, стоит ли вообще встречаться.
Чувствовал, что эта встреча принесёт только море слёз. А этого Макар очень не хотел. Даже вспомнив, какие чувства испытал, когда несколько дней наблюдал за детьми Янека, сомневался.
Сомневался в правильности решения обрушиться неожиданно на голову. Прийти, показаться дочке и опять уйти неизвестно насколько? Что станет с маленьким сердечком? Макару даже показалось, что если бы жена сейчас проходила мимо, то не узнал бы её.
Он был уверен, что Матильда вся извелась, не зная о нём ничего. А рядом с ней была теперь и Лея: маленькая хрупкая девочка, которая спасла его и Илью.
Весь остальной путь думал о Лее. Вот её лицо запомнил лучше, чем лицо жены. У него даже защемило в сердце оттого, что Илья не терял времени даром, сразу же прибрал к рукам Лею, как когда-то Таисию.
От имени «Таисия» у Макара кружилась голова. Он помнил её всю. Воспоминания живо рисовали их короткую совместную жизнь. Каждый день с ней отпечатался на сердце так, что для других воспоминаний не осталось места.
Дверь открыл Илья. Он поначалу даже не сообразил, что перед ним Макар, а когда разглядел, то оторопел. Макар похлопал Илью по плечу, выводя его из оцепенения. Друзья обнялись.
Стоило Макару войти, как тотчас из комнаты высыпались все любопытные. К удивлению Макара, Матильда не бросилась ему на шею. Она стояла в стороне.
Илья и Лея бегали вокруг Макара, казалось, они были рады его возвращению больше, чем жена. И такая встреча никак не вязалась с тем, что навыдумывал себе Макар по пути сюда. Ему даже стало обидно, что не льют по нему слёз, не встречают жаркими объятиями.
Вдруг Матильда подошла к нему. Он как-то неуклюже заключил её в свои объятия. Она, кажется, ради приличия положила голову ему на плечо, слегка коснулась губами шеи.
И это был единственный её поцелуй за всё время нахождения там Макара. Девчушка, прятавшаяся за Матильдой, оказалась его дочерью Анной. Маленькая девочка, как две капли воды похожая на отца, боялась даже взглянуть на него. И у Макара защемило в сердце. За пять лет жизни дочери, три из которых не видела отца вовсе, она и не знала, что такое отцовская любовь.
И в этот момент Макар позавидовал Янеку: его лёгкости в общении с детьми, мудрости, благоразумию, безумной любви к Зое. Но Макар тотчас себя оправдал. Он решил, что Бог не дал ему такой взаимной любви как Янеку и Зое, и тогда не стоит себя винить.
Может быть он, Макар, не гнушаясь на войне чужими женщинами, просто искал ту, которая сделает его счастливой? Но ни одна из них не подарила ему счастье.
И даже та, что находилась сейчас в его объятиях, уткнувшись губами в его шею, не делала его счастливой. Больше ради приличия, чем из-за любви, Макар поднял на руки дочь. Девочка продолжала стесняться. Опускала голову, пугливо озиралась по сторонам, ища спасение. Но Матильда не забирала дочь у отца. Она ждала проявления его чувств, но чуда не случилось.
Макар отпустил девочку и больше к ней не подходил, как и она к нему. Матильда не смотрела на Макара так, как раньше влюблёнными глазами. Она спрятала любовь к нему глубоко внутри. И поняла, что больше им не по пути.
Узнав, что Янек вернулся, Матильда обрадовалась даже больше, чем встрече с мужем. Макар всё это почувствовал, обида захлестнула его. А когда наступила ночь, то Макар не смог добиться от жены близости. Это разозлило его. Но она не поддалась. Всего одну ночь Макар провёл рядом с женой в крохотной кухоньке. Во второй комнате чуть ли не друг на друге спали дети Ильи, дочь Макара, сам Илья и его жена.
Под утро, сделав ещё несколько попыток сблизиться с женой, Макар понял, что между ними всё закончилось. Матильда словно прочла его мысли. Сказала, что отпускает его. Даёт ему полную свободу.
Лишь попросила, чтобы он всё-таки не забывал дочь и иногда показывался ей на глаза. Так и попрощались. Макар вышел на улицу, не понимая, что с ним произошло.
Матильда тихо рыдала в маленькой комнатушке. Как только увидела Макара, сразу почувствовала, что он пришёл к ней ради приличия. Она не нашла в его глазах любви, узрела там только образы женщин, которые отдавались Макару. И Матильде не захотелось стать одной из них. Горькие слёзы обжигали лицо. Сначала Матильда думала, что совершила ошибку, но потом перестала себя винить. Переключилась на новость о том, что вернулся к Зое Янек.
И вздохнула с облегчением. Путь к сердцу Лорана теперь был отчасти свободен.
Лоран приглянулся Матильде с первых дней знакомства с ним. Она видела в его глазах столько нежности к Зое, столько терпения и выдержки, что ей захотелось всю страсть Лорана обратить на себя. Но в отсутствие Янека, Лоран был сосредоточен только на Зое.
А Матильда чувствовала, что Янек жив и всё время твердила об этом Зое. Но она делала это больше для себя. Отговаривала Зою от ненужного шага, освобождая себе тем самым путь к разбитому сердцу Лорана.
И неожиданная встреча с мужем помогла Матильде понять, что жизненная страница с Макаром давно перевёрнута. Она выпустила мужа из своего сердца, и он быстро воспользовался этой возможностью, выпорхнув из её жизни, и даже не попрощался с дочерью.
А Макар времени даром не терял. Ему казалось, что если бы он встретил сейчас на пути мало-мальски приятную глазу женщину, то его было бы трудно остановить. Быстрыми шагами он направлялся к столовой при мельнице. И даже удивился тому, что Галя ждала его больше, чем жена. В маленькой подсобке Макар решил, что Таисия вернулась к нему в образе Гали, и благодарил Бога за это, совершенно не считая себя грешным.