Чтение онлайн

Когда пришло время ложиться спать, Янек подошёл к жене и прошептал:

– Ты побудешь рядом со мной?

– Нет, – ответила Зоя и ушла спать в комнату с детьми.

Зоя не спала. Долго лежала рядом со своими детьми. Для детей Янека пришлось соорудить что-то вроде кровати из досок, лежащих в сарае. Бывший хозяин, видимо, любил работать с деревом и помимо материала, в сарае можно было найти инструменты и приспособления для резьбы по дереву.

Когда Лоран жил у Зои, то пытался что-то ковырять на дощечках, у него получались рисунки несуществующих животных, дети с удовольствием играли в эти дощечки.

Лоран… Давно это имя не вызывало у Зои неприятных эмоций. Она уже и не вспоминала, как он изматывал отца допросами, как приходил в дом пани Анны, нагло вёл себя и устраивал там обыск.

Но хорошо помнила, как в день её венчания пришёл, чтобы признаться в любви. Помнила его взгляд, когда работали в соседних кабинетах и сталкивались в коридоре.

Вспомнила, какие слухи ходили о ней и Лоране, о Лоране и Таисии. А как он радовался рождению сына! В то время Зою даже не замечал, торопясь, пробегал мимо. Все говорили, что спешит к своей семье. И Зоя радовалась за него искренне.

А потом он неожиданно стал поддержкой, опорой, ночным собеседником с необычной судьбой. Был рядом и помогал не сойти с ума. И пока Зоя боролась со своими душевными переживаниями, страдала по Янеку, ждала его, не зная, жив или нет, Лоран просто жил с ней под одной крышей и почти всегда молча любил.

Было всего несколько моментов, когда Лоран от отчаяния признавался ей в любви. А потом отверг, когда она пришла к нему, чтобы сообщить о желании стать его женой.

И Зоя в своих мыслях часто благодарила его за то, что он не воспользовался её отчаянием. Когда вернулся Янек, сильное чувство вины не покидало Зою. Ей хотелось оправдаться перед мужем. Она и сама понимала, что держа на руках грудного ребёнка, выглядит в глазах мужа неверной.

Всё переплелось в Зоиной жизни с момента исчезновения мужа… Но когда он вернулся, стало ещё хуже. Каждое слово, произнесённое Янеком, запомнилось Зое так, словно выучила наизусть книгу с описанием его жизни.

Каждое слово из письма Карины Янеку рубило сердце Зои на куски. Она встала с кровати. Опять бессонница. Вышла из комнаты, присела за кухонный стол, зажгла лампу. Взяла в руки свою вышивку. Не обращая внимания на рисунок, продолжала сплошь заполнять ткань стежками.

Жар от печки дарил тепло всему дому. Сегодня впервые печь топил Янек.

– А моя бабушка вышивала точно так же, – услышала Зоя его голос за спиной и вздрогнула.

За своими думами она даже не заметила, как он подошёл.

Янек положил руки на Зоины плечи. Коснулся губами её макушки. Зоя сидела неподвижно. Ей казалось, что от его горячего дыхания у неё вот-вот задымятся волосы. Она дёрнула головой. Янек убрал руки, присел рядом.

– Как будем жить, Зоя? – спросил он.

– Как-нибудь…

– Я люблю тебя… Я теперь занимаю место Лорана рядом с тобой. Но мне повезло больше. Я знаю тебя всю до самой маленькой клеточки. И всегда буду рядом. Даже если ты не простишь меня или выгонишь, я всё равно буду рядом. Понимаю, что сам оттолкнул тебя от себя, сам воздвиг эту стену. Я просто пытался выжить. А теперь даже не знаю, для чего Бог вернул меня к тебе.

Зоя покраснела. Если бы в этот момент Янек коснулся её, она бы сгорела дотла.

– Янек, мне тяжело, – произнесла Зоя. – Ты не думай, что я тебя разлюбила, я тебя очень люблю и не собираюсь тебя выгонять. Просто мне нужно время. И ты меня не торопи.

– Можно я посижу рядом с тобой?

– Сиди, – Зоя кивнула и отвернулась от мужа.

Так и просидели молча до утра. Потом заплакала Маша, вслед за ней проснулся Янчик. От ночной тишины ничего не осталось.

Зоя хлопотала на кухне, Янек топил печь, играл с детьми. Девочки опять повздорили, сидели по разным углам.

Янек не заметил, как Зоя выпорхнула из дома.

Она, воспользовавшись моментом, поспешила предупредить Лорана о том, чтобы тот не попадался Макару на глаза. Зое было жаль брата, и она считала, что предаёт его. Но жалость к Лорану была сильнее.

Постучала в знакомую дверь. Лоран открыл так быстро, словно стоял и ждал её.

У двери лежали узлы с вещами.

– Зоя, – прошептал Лоран, – что случилось?

– Не переезжай сегодня, – выпалила Зоя. – Макар вернулся, он очень зол на тебя.

– А я его не боюсь! Жизнь большая, можем встретиться в любую минуту. Мне нужен этот разговор. А Бог сам решит, как нас рассудить.

– А как же Ваня? – прошептала Зоя. – Если Макар узнает его, как тогда быть?

– А я Ване всё рассказал. Он всё равно мой сын. Ваня теперь знает, что ты его родная тётя. И знаешь, он этому очень рад. Мы вчера долго с ним разговаривали. Он как взрослый слушал меня. Дети ещё спят. Мне стало легче, Зоя. Я не боюсь Макара, Ваня всё равно останется со мной.

– Янек живой, – вдруг сказала Зоя.

– Рад за тебя. Ты счастлива? – сухо спросил Лоран.

Он подошёл к Зое близко-близко, посмотрел, как её глаза наполняются слезами.

– Да, – кивнула она.

Лоран не стал рассказывать Зое о том, что Янек приходил к нему.

– А если счастлива, почему плачешь? – поинтересовался Лоран.

– А это слёзы счастья, – ответила Зоя и вышла.

Лоран закрыл дверь и прошептал:

– Нет счастья в твоих глазах, Зоя. Но я сделаю всё, чтобы оно опять поселилось в тебе…

Когда Зоя вернулась домой, к ней тотчас подскочил Янек с плачущей Марией на руках. Не спросил, где она была, просто молча отдал ребёнка. Зоя наспех расстегнула рубашку, приложила плачущую девочку к груди. А Янек застыл, глаз не сводил с неё. Она, заметив его взгляд, стыдливо прикрылась пелёнкой.

Лоран как будто чувствовал, что встреча с Макаром неизбежна. Поэтому долго готовился к разговору с сыном и когда всё ему рассказывал, очень нервничал. Но Иван спокойно всё воспринял. На вопрос Лорана хочет ли Иван познакомиться с родным отцом, мальчик ответил, что его отец Лоран. И больше к этому разговору не возвращались.

Когда Лоран подъехал к дому, где жили Николай и Евгения, ему очень хотелось сначала навестить Зою. Но навстречу выбежал Николай. На нём не было лица.

– Макар не уходит, – выпалил Николай не поздоровавшись.

– Ну и пусть, – ответил Лоран. – Я от него бегать не собираюсь.

Взял вещи и пошёл в дом. Дети последовали за ним.

Выражение лица Макара Лоран запомнил на всю жизнь. Но больше всего поразился тому, что Макар даже не смотрел на детей. Сына своего не признал. Удивление на лице брата Зои сменилось яростью. Его всего трясло.