Зверь на миллиард долларов
Шрифт:
— А шале на восемь комнат, запрятанное глубоко в заснеженных горах, — нет?
Он щелчком отправляет бумажную формочку от маффина на мою сторону.
— Еще одно слово, и ты не приглашена.
— Не посмеешь. Скай выкрутит тебе шею.
— К несчастью, это чистая правда, — он тянется за еще одним маффином. — Как работа?
— Хорошо, — отвечаю я. — У меня осторожный оптимизм.
Взгляд, который он бросает на меня на этот раз, кажется усталым.
— Пора в какой-то момент перестать быть осторожной, Блэр. Ты никогда не проявляешь осторожность ни в одной другой сфере жизни.
В его словах есть доля правды, но я игнорирую их, вместо этого крутясь на барном стуле. С тех пор как модный бренд с треском провалился и сгорел — настолько эффектно, что его до сих пор приводят в СМИ как пример того, чего делать не стоит, — разговоры о моих карьерных мечтах причиняли боль. Лучше работать в тишине, чем позволить людям увидеть мой провал во второй раз.
— Вероятно, ты прав, — признаю я.
— Вероятно?
— Это лучшее, что я могу выдать, — говорю я. — Помни, я запрограммирована перечить тебе на каждом шагу. Именно так поступают младшие сестры.
— Да уж, мне ли этого не знать, — произносит Коул. — Но притормози с этим хоть на пять минут, ладно? У меня появилась идея, — в его голосе звучит предостережение. — И прежде чем откусишь мне голову, позволь просто сказать, что я искренне считаю, что это может быть стоящим делом.
— И что ты уже натворил?
— Я ничего не творил, но я... ну, кое-что предложил Нику, и он согласился.
Я поднимаю на него глаза.
— Нику?
— Да. Он только что купил гиганта индустрии одежды. Вообще-то, это довольно масштабная сделка. Ему нужно нанять консультанта, чтобы тот консультировал по вопросам ритейла и модной стороны. Ты могла бы стать этим консультантом. Ты знаешь индустрию.
Я с грохотом опускаю сумочку на кухонный остров.
— Работать на Ника?
— На компанию Ника, да, — Коул косится на меня. — Если только не считаешь это слишком отвратительным. Наверное, он прямо в эту секунду сокращает рабочие места, чтобы убедиться, что те будут приносить достаточно прибыли столько, сколько ему нужно.
Мои пальцы пробегают по подолу юбки.
— Ты сказал, Ник согласился?
— Да, согласился. Это была практически его идея.
Моей поднятой брови, должно быть, было достаточно в качестве вопроса, потому что старший брат закатывает глаза.
— Ладно, не была. Но я знаю, что ты будешь в этом великолепна, Блэр. Что терять?
Ах.
На самом деле он имеет в виду: что еще осталось терять. После неудачной попытки создать линию одежды, я, конечно же, ухвачусь за этот шанс.
— И ты уверен, что Ник согласился, — медленно произношу я. Это не укладывается в голове. С чего бы ему обдумывать эту идею дольше секунды? Этот человек ни на грош не верит в мои способности.
— Да, согласился.
И тут до меня доходит.
Ник не думает, что я справлюсь. Он согласился, потому что поставил на то, что я сама откажусь.
Я натягиваю самую яркую улыбку из возможных. Если уж на то пошло, согласие выбесит его до чертиков.
— Конечно, я сделаю это. Позвоню ему прямо сейчас.
Улыбка Коула становится широкой.
— Идеально. И кто знает, возможно, вы двое наконец-то узнаете друг друга получше?
Моя улыбка даже не дрогает.
— Да, кто знает?
Ник не берет трубку. Вместо этого я разговариваю с его помощником, серьезным мужчиной с таким же серьезным тоном. Он делает короткую паузу, когда я представляюсь.
— Портер? — уточняет он. — Блэр Портер?
— Да.
— Хорошо. Я немедленно передам это мистеру Парку и перезвоню вам в течение часа.
Он перезванивает мне через десять минут, и на этот раз голос не иначе как ледяной. Какой бы ни была реакция Ника, она явно не добавила помощнику тепла по отношению ко мне.
Хотела бы я это видеть. Он в порыве гнева драматично смахнул все вещи со стола? Или, быть может, холодно мрачнел, сжимая край стола так, что побелели костяшки?
— Мистер Парк рад, что вы согласились, — холодно лжет его помощник. — Можете прийти в офис завтра утром. Мы пришлем более подробные инструкции по электронной почте в течение часа.
У меня голова идет кругом, когда кладу трубку. Решение согласиться было импульсивным — продиктованным желанием осадить Ника, переплюнуть его. Дать отпор убеждению, что я всего лишь светская львица и неудавшийся дизайнер.
Я отодвигаюсь от стола в домашнем офисе и оглядываю свои мудборды, стойку с образцами в углу. Над столом висит цитата в рамке. «Работай в тишине, пусть твой успех станет шумом». В следующий раз, когда я запущу бренд, это будет сделано тихо. На нем не будет моего имени. И это будет успех.
Я провожу рукой по гладкому шелку юбки-слип. Решения для обычных женщин — вот моя концепция. Делать одежду, которая у тебя уже есть, красивой — не нужно покупать больше. Удлинители для бретелек бюстгальтера. Бесшовные трусики. Красивые футболки-бра, корректирующее белье и носки под кроссовки. Все для гардероба современной женщины, доступное для заказа онлайн, в красивой упаковке. Что ж, это будет доступно, как только проект запустится.
Но подождет еще немного — ровно столько, чтобы я могла показать и брату, и Нику, что по-прежнему на что-то способна.
Есть нечто особенное в противостоянии с мужчиной, который, как ты знаешь, тебя недолюбливает. Безрассудная власть, комок нервов и огонь в животе. И все это становится почему-то еще хуже, когда речь идет о мужчине, в которого ты когда-то была глупо влюблена. Та влюбленность уже давно прошла — вытесненная его постоянной резкостью и пренебрежением. Сведенная на нет комментариями о статусе «трофейной гостьи» и заядлой шопоголички.
Но я никогда не была из тех, кто отступает, а когда дело касается Николаса Парка, это даже не обсуждается. Это означало бы сдаться, а сдача означает поражение, потому что это единственный язык, который понимает такой человек, как он.
Так что я являюсь ни свет ни заря на следующий день в его офис. Расположенный в невысоком здании в центре Сиэтла, он ничем не напоминает блестящие небоскребы, которые предпочитает брат.
Простая табличка у входной двери, такая маленькая, что ее можно пропустить, если не знать, что искать.