Чтение онлайн

— Вставай, надо спешить.

Жесткий, не терпящий возражений тон военного и дружески протянутая рука, предложение помощи. Вода стекала с волос Доносо, образуя перед его единственным глазом небольшой водопад, сквозь который он наконец разглядел брата Браулио — впрочем, уже без сутаны. Выглядел тот не лучше самого Доносо: весь в поту, как будто у него был жар, он едва держался на ногах. На перетягивавших живот бинтах проступило пятно крови.

— Я должен был сразу догадаться, что ты здесь, топишь горе в вине. А я столько времени тебя искал. Ты мне нужен.

— Я? — изумился Доносо.

Томас не меньше самого одноглазого был удивлен тем невероятным фактом, что ему нужен этот человек, но других вариантов у него не осталось. После посещения аптеки Агирре вернулся на улицу Орталеза. Спрятавшись в подворотне, он осмотрел безжизненный особняк. Признаков присутствия в нем герцога или герцогини он не заметил, но попытка проникнуть внутрь была бы слишком рискованной. Супруги Альтольяно могли узнать о его побеге, и, возможно, внутри его уже поджидали солдаты. Поэтому он отправился на поиски Доносо в надежде, что тот согласится проникнуть в особняк и обыскать покои Аны Кастелар — из страха перед ним самим или потому что у него еще осталась капля чести и желание отомстить за друга. Агирре был уверен, что в каком-нибудь ящике, в какой-нибудь бумаге найдется зацепка, которая позволит узнать, где проходят проклятые ритуалы.

— Но какое отношение к этому имеет Ана Кастелар? — изумился Доносо, когда Агирре все ему рассказал.

Он не понимал, зачем монаху понадобилось срочно обыскивать ее особняк.

— Ана Кастелар и есть настоящий Зверь.

Его слова придавили Доносо, как каменная плита. Он хотел отпустить какой-нибудь циничный комментарий насчет умения Диего разбираться в женщинах, но от жуткой мысли, что последняя возлюбленная репортера его и убила, язык у него присох к гортани.

— Единственный способ узнать, где они приносят в жертву девочек, — пробраться в особняк и поискать какую-нибудь подсказку. Если ты ничего не найдешь, можно надавить на прислугу. Горничная, например, вполне может знать, куда отправились герцог с герцогиней.

Доносо был удивлен просьбой монаха. Но еще больше — тому, что уже знал разгадку тайны! Лезть в особняк Альтольяно не было никакой необходимости. Гриси назвала ему место.

— Особняк Миральба. Ритуалы проходят там. Только я не знаю, что это за особняк и где его искать.

— Пошли. Любой кучер нам подскажет.

Агирре, прихрамывая, вышел, Доносо поплелся за ним.

Ближайшая стоянка экипажей находилась на площади Каррос, по соседству с Мавританскими воротами. Доносо жил неподалеку, поэтому знал кое-кого из возниц. Один из них тут же сообщил, где находится Миральба:

— Рядом с воротами Алькала, за городской стеной. Но кажется, там уже много лет никто не живет…

Теперь Доносо знал, о каком особняке идет речь: неподалеку от него нашли последнюю растерзанную девочку, Хуану. Там же обнаружили и труп Диего.

— Отвези нас.

В городе были освещены только главные улицы, но, к счастью, дорогу им указывала луна.

— Что мы будем делать, когда приедем?

— Войдем.

Доносо смотрел на Томаса, ожидая услышать подробности плана, но монах молчал и только стискивал зубы от боли.

____

В конце июня, когда Лусии впервые пришлось пробираться под городской стеной по туннелю, ей помогла уличная проститутка, работавшая в маленьком сквере неподалеку. Лусия хотела найти ее. Она помнила, что сквер находится в двух шагах от Кампильо-дель-Мундо-Нуэво, если подниматься вверх по улице Мира-эль-Рио-Баха, и без труда обнаружила сквер, а в нем нелепую особу на высоких, утопавших в пыли каблуках. Это была та самая Роза, которую она искала.

— Я тебя недавно вспоминала. Ведь это я посоветовала тебе пойти в дом Львицы, а вчера до меня дошли слухи, что она померла. У тебя-то холеры нет?

Лусия заверила ее, что здорова, и пересказала ей события своей безрадостной жизни с самого дня их знакомства, упомянув аукцион, на котором ее продали в доме Львицы, смерть матери и исчезновение сестры.

— Она из тех девочек, которых растерзал Зверь?

— Я надеюсь, что она еще жива. Поэтому и прошу тебя помочь.

Роза уставилась на бумагу, которую Лусия унесла из дома Аны Кастелар:

— Manoir Miralba? Не представляю, что это значит. Похоже на французский.

Роза предложила отправиться в дом на улице Кохос, почти на углу с Аргансуэлой, в нескольких кварталах оттуда.

— Там живет Француженка. Настоящего ее имени я не знаю, мы все ее зовем Француженкой. Надеюсь, у нее найдется для нас время, а то ведь, известное дело, у француженок всегда полно клиентов, они же на все согласны…

Новая подруга на ходу сообщила Лусии, что Француженка уже три года живет в Мадриде, и даже успела купить себе маленький домик.

— Есть всякие штуки, до которых мы, испанки, не опускаемся, но француженкам любая гадость нипочем, не зря у нас говорят — «обслужить по-французски». Нам тоже пора бы призадуматься, ведь клиенты такое любят…

Как Роза и предполагала, Француженка была занята, и им пришлось подождать, пока уйдет клиент.

— Послушай, Француженка, нам нужна твоя помощь.

Даже в публичном доме Львицы Лусия не видела таких женщин: Француженка была высокой, темноволосой, с ярко накрашенными губами и таким декольте, что грудь почти вываливалась наружу. Она встретила их очень любезно:

— Хотите чаю?

— Нет, мы пришли только затем, чтобы узнать, французский это или нет.

Женщина бросила взгляд на лист бумаги.

— Да, это французский. «Manoir Miralba» означает «особняк Миральба». Samedi 26 — «в субботу, 26-го». То есть сегодня.

У Лусии упало сердце. В ушах звучал голос Аны Кастелар: «Сегодня ночью у меня свидание с Кларой…»

Времени было в обрез.

— Где этот особняк?

Ей ответила Роза:

— Особняк Миральба? Я когда-то была там, очень давно. Это заброшенный дом у ворот Алькала, по другую сторону городской стены, недалеко от арены для боя быков.

— Я должна идти. Мне нужно попасть туда как можно скорее…

— И как же? Бегом, что ли, побежишь?

— Какая разница? У меня нет денег, чтобы ехать.

— Симон стоит не меньше двух реалов. Я бы тебе дала, но сегодня у меня ни одного клиента не было, — грустно усмехнулась Роза.

Обе посмотрели на Француженку.

— О нет! Вы пришли, чтобы я помогла вам прочесть текст… А теперь, оказывается, я вам еще и денег должна дать…

— Клянусь, я верну!

— Merde, merde, merde…14

Лусия оставила проституток в доме на улице Кохос. В кармане у нее звенело пять реалов, и она пообещала себе, что сдержит слово. Если выживет, вернет Француженке долг с процентами.