Чтение онлайн

— Почему ты так на меня смотришь, ясноликая? Я костюм запачкал?

Робко отвечаю:

— Нет.

— Тогда отчего ты так на меня смотришь?

— А что?

— Обычно девушки на меня смотрят по-другому.

— Они же не знают, что… — вовремя спохватилась и не докончила предложение.

А то вдруг он рассердится и тогда мёртвых в этом зале будет двое. Вот только у меня вернуться к жизни, скорее всего, не получится. Я же совсем бесполезная. Бессильная. Блин, и это типо изначальная такая?! Ладно Гаад, который дерзнул упрекать Стража Небес и порядки мирозданья, но меня-то за что было так наказывать?!

— О чём ты? — нахмурился Благ.

Замялась:

— Ну, ты… как бы так сказать…

— Скажи, как хотела, — он начинал сердиться.

— Ты… того… — кажется, то краснею, то бледнею.

— Кого? — в его голосе прорезалась сталь.

— Тебя ж уже убили.

Какое-то время мужчина недоумённо хлопал ресницами, а потом откинулся на спинку и громко захохотал. И долго не мог успокоиться, а я никак не могла понять, что ж его так развеселило. Может, он всё-таки живой? Ага, сгорел прямо у меня на глазах — и вдруг оказался цел и невредим.

— Вот, значит, почему ты на меня как на Гаада смотришь!

А откуда он знает, как… Точно, в этом мире имя чёрного Старейшины стало нарицательным. И лишь чернокрылые ругаются именем белого Старейшины. Всё, теперь я поняла, что означала фраза, услышанная мною от Гаада в первый день в этом мире: «И упаси нас Небо от всяческого Блага!». И поняла, почему вот этот хранитель так разозлился, услышав её.

Благ утёр выступившие слёзы белоснежным чистым платком с кружевной каймой и объяснил:

— Гаад пытался меня сжечь, но мне удалось вовремя переместиться. А тебе, выходит, со стороны показалось, будто я сгорел. Но если бы я сгорел без пепла, то меня бы здесь уже не было, верно?

Хм, логично. Но почему-то мне этот парень по-прежнему не нравится. Благ какой-то… приторный, что ли. А другие даже не улыбнулись, сидят с каменными лицами. Впрочем, нет, по глазам видно, что им смешно, только они сдерживаются, боясь навлечь на себя гнев своего драгоценного тирана.

Ко мне обратился другой хранитель. Спросил, как мне их еда. Я расхвалила и то, что мне понравилось, и то, что было невкусно. Однако надо отдать должное их повару: неприятной мне еды очень мало. Всё было более-менее съедобно. А, точно, ещё и красиво зеленью украшено или кусочками овощей. А, точно, на том блюде с маленькими булочками лежали и лепестки цветов, гвоздик и роз. Хранители Света, которые цветам лепестки обрывают запросто. Просто ради украшения стола. Просто чтобы там несколько минут полежали. Мда…

Сидевший поблизости участливо поинтересовался, как себя чувствую. Ответила, что нормально. Затем робко перевела разговор на вид Белой земли с высоты. Очень удобные эти темы погоды и природы. Вполне можно использовать в чужом мире с незнакомцами. К счастью, меня не расспрашивали о моей родине и о семье.

Неожиданно Благ помрачнел, извинился перед присутствующими, подошёл ко мне, неожиданно подхватил мою руку и поцеловал её, затем исчез, видно, куда-то переместился. И до окончания обеда он так и не вернулся.

Когда все начали расходиться, предварительно пожелав мне хорошо отдохнуть и поклонившись в пояс, возле меня возник тот самый тип, который был со Старейшиной белокрылых в нашу первую встречу. Среднего роста. Худой. Но и не назовёшь тощим. Темноволосый, волосы чуть ниже плеч. Тоже усы над верхней губой, да подбородок выбритый, как и у Блага. Хотя брови густые слегка неровные, да в усах нету такого слащавого изящества, как у Старейшины. Кольцо серебряное с металлическим украшением на пальце. Да пояс другой, бляшка металлическая и с причудливым узором.

— Я провожу тебя до твоей комнаты, Кария, — серьёзно произнёс парень, — Или покажу нашу маленькую страну, если тебе хочется прогуляться.

— А он… — указываю ладонью на неподвижное тело, — Очнётся?

Хранитель равнодушно пожал плечами. Вот мерзавец!

Я не выдержала. Даже если у них так принято, своих убивать ни за что. Даже если мне не простят, что я не прошла мимо. Как могу я пройти мимо того пострадавшего? Тем более, что он всего-то и сделал, что радостно приветствовал меня, хотя и грубовато вышло. Да и… вот я жрала, скотина, а он тут лежал бездыханный. Или всё-таки его ещё можно спасти? О, только бы выжил!

Вылезла из-за стола. Прошла мимо хранителя. Только дошла до края, по направлению к тому несчастному, как вслед мне полетело холодное:

— Он был наказан Благом.

Резко развернулась, взглянула на темноволосого сердито:

— И что?!

— Оставь его, — спокойно сказал молодой мужчина, — А то вдруг и тебе тоже достанется?

Если Благ так просто, не думая, ударил своего напарника, то может и ударить при мне. Но этот бедный парень… Нет, плевать, что со мной будет! От мысли, что его ещё можно было спасти, но из-за меня время вышло, у меня сердце кровью обливается.

Подбежала к несчастному, упала возле него на колени. Руку на грудь ему положила. А сердце… не билось. Закончено. Я не успела. Я не смогла ничего сделать. Быть может, могла, но не успела. Испугалась. Вот зараза!

От отчаяния и безысходности расплакалась. Вдруг до меня долетело грустное:

— Ты как мотылёк, летящий на пламя. А мотыльки долго не живут.

Взгляд подняла. Тот темноволосый хранитель смотрел на меня, растирая задумчиво своё лицо, кончиками среднего и большого пальцев, по впадинам между скулами и подбородком. Предупредить предупредил, но не вмешался. Стоял и смотрел на меня. Но если сначала он выглядел равнодушным, то сейчас он стал немного печальным. Но за своего же напарника не вступился. Понятно, что его не было за обедом, и тогда он ничего не мог сделать. Но сейчас… Почему сейчас не помог своему напарнику, когда я беспомощно сидела возле того?! Выходит, и темноволосый может спокойно смотреть, как кто-то страдает. И это… это хранитель Света?! Которому всё равно?!

Часть 2.3

Но я… Я такая беспомощная! Я не смогла…

Потерянно посмотрела на мёртвого белокрылого. Вот чем он виноват?! Разве он заслужил?..

А потом желудок скрутило от боли. Резкой, острой, будто нож мне под рёбра вонзили. Дыхание аж перехватило.

Долговязый вдруг открыл глаза и резко сел, отчего мы столкнулись лбами. Вот ведь гад! Не нужно было ему помогать! Нет, с чего это я решила, будто он очнулся благодаря мне? Вот его бледное лицо внезапно порозовело. И даже прыщи исчезли, начисто.

— Не стоило тебе меня лечить, — мрачно заметил очнувшийся.

— Благодарю за предупреждение! Больше не буду, — отодвинулась, поднялась на ноги, мрачно на темноволосого хранителя взглянула, который всё ещё стоял на том же месте, с интересом наблюдая за нами, — Эй… как тебя там? Пошли отсюда!

В следующий миг он уже стоял передо мной, а шею мне кололо лезвие кинжала с изогнутой рукоятью.

— Кайер, — сердито произнёс он, прищурившись, — И будь ты хоть Старейшиной изначальных, хамства я от тебя не потерплю!