Чтение онлайн

Вернувшись в свой кабинет, он позвонил Спихэну. Оказалось, что у того есть интересные результаты, полученные в ходе прогона имитационной модели климатических возмущений, которые произошли на Земле пятьдесят тысяч лет тому назад из-за гравитационного захвата Луны. Затем Хант разобрался с еще парой срочных задач, подоспевших сегодняшним утром, и как раз собирался спокойно почитать статью из Ливермора, но в этот момент из офиса Колдуэлла на самом верху здания позвонила Лин. Ее лицо казалось на удивление серьезным.

– Грегг хочет, чтобы ты присутствовал на встрече, – без лишних вступлений сообщила она. – Сможешь подняться прямо сейчас?

Хант понял, что дело срочное.

– Дай мне две минуты.

Он без лишних слов оборвал связь, поручил Ливермору работу над неизведанными глубинами банков данных НавКомм, передал Джинни, чтобы та в случае экстренной ситуации связалась с Дунканом, и быстрым шагом покинул кабинет.

В конечном счете ответственность за всю многообразную деятельность НавКомм – от паутины коммуникационных каналов, соединяющих пилотируемые и беспилотные корабли КСООН с орбитальными и наземными базами по всей Солнечной системе, до инженерных и научно-исследовательских комплексов в Хьюстоне и других подобных местах – была сосредоточена в кабинете Колдуэлла на самом верху штаб-квартиры его подразделения. Это была просторная и богато отделанная комната, одна из стен в которой целиком состояла из стекла, открывая вид на не столь высокие небоскребы Хьюстона и настоящий муравейник пешеходных районов далеко внизу. Примыкающую к окну стену напротив огромного изогнутого стола, за которым работал Колдуэлл, почти полностью занимали мониторы, из-за чего кабинет больше напоминал командный центр. Остальные стены были увешаны цветными изображениями самых выдающихся проектов КСООН за последние годы, включая разработанный в Калифорнии одиннадцатикилометровый звездный зонд с фотонным двигателем и тридцатикилометровую электромагнитную катапульту в Море Спокойствия, при помощи которой произведенные на Луне детали запускались на орбиты для последующей сборки космических кораблей.

Когда секретарша проводила Ханта из приемной в кабинет, Колдуэлл сидел за своим столом, к которому буквой Т был приставлен еще один – за ним расположились Лин и двое посетителей. Одной из них была женщина лет сорока пяти, одетая в темно-синее закрытое платье, намекавшее на подтянутую и хорошо сохранившуюся фигуру, и бело-синий клетчатый пиджак с широким воротом. Ее аккуратно уложенные волосы напоминали застывшее золотисто-каштановое море и немного не доходили до плеч. Черты ее лица, не лишенного естественной привлекательности под слоем легкого макияжа, отличались четкостью и властностью. Она сидела прямо, выглядела собранной и, казалось, всецело держала себя в руках. У Ханта появилось ощущение, что он уже где-то ее видел.

Рядом сидел мужчина в элегантном угольно-черном костюме-тройке с белой рубашкой и галстуком в серых тонах. У него был свежий, чисто выбритый вид, а черные как смоль волосы острижены и гладко причесаны на манер студента колледжа, хотя Хант прикинул, что тот немногим моложе его самого. Его темные неугомонные глаза выдавали бдительный и быстрый ум.

Лин, сидевшая напротив двух гостей, одарила Вика секундной улыбкой. Она переоделась в элегантный костюм-двойку с бледно-оранжевым кантом и сделала высокую укладку. «Помятой» он бы ее точно не назвал.

– Вик, – объявил гранитным баритоном Колдуэлл, – хочу познакомить тебя с Карен Хеллер из Госдепартамента и Норманом Пейси, советником президента по международным вопросам. – Он рассеянно махнул рукой в сторону Ханта. – Это доктор Вик Хант. Мы отправили его на Юпитер, чтобы изучить останки вымерших инопланетян, а он привез нам целый корабль живых. Они обменялись формальностями. Оба гостя знали о его похождениях, которые получили широкую огласку в прессе. Более того, с Карен Хеллер Вик уже однажды встречался в Цюрихе, на приеме, устроенном для ганимейцев примерно полгода тому назад. Ну конечно! Не она ли тогда была американским послом… кажется, во Франции? Точно. Правда, теперь она представляла интересы Соединенных Штатов в ООН. Норман Пейси, как выяснилось, тоже пересекался с ганимейцами – в Вашингтоне, – но Ханта на той встрече не было.

Хант занял пустое кресло в конце стола, прямо напротив Колдуэлла, и сосредоточил взгляд на жестком седом «ежике» директора, пока тот в течение нескольких секунд хмуро разглядывал свои руки, барабаня пальцами по столу. Затем Колдуэлл поднял угловатое лицо с кустистыми бровями и посмотрел прямо на Ханта, который прекрасно знал, что Грегг не любит ходить вокруг да около.

– Произошло кое-что, о чем я хотел тебе рассказать раньше, но не мог, – признался Колдуэлл. – Около трех недель назад со Звезды Гигантов снова начали поступать сигналы.

Если кто и должен быть в курсе подобных новостей, так это сам Хант, но на мгновение Виктор был слишком ошарашен, чтобы об этом задуматься. С каждым месяцем тишины после единственного ответа на первое сообщение, отправленное с «Джордано Бруно» в момент отлета «Шапирона», в нем все больше крепла уверенность, что случившееся было не более чем аферой – что кто-то с доступом к коммуникационной сети КСООН организовал передачу сообщения через ретранслятор, расположенный в космосе под нужным углом. Он был готов признать, что развитой цивилизации инопланетян подвластны любые чудеса, но версия с подлогом все же выглядела более правдоподобной, особенно если учесть, что время от отправки сигнала до получения ответа составляло всего четырнадцать часов. Но если Колдуэлл прав, значит эта версия – полная чушь.

–Ты уверен, что они настоящие? – с сомнением спросил он, оправившись от первоначального шока. – Это не может быть шуткой какого-то больного придурка?

Колдуэлл покачал головой:

– У нас достаточно данных, чтобы определить источник сигнала методом интерферометрии. Он находится далеко за орбитой Плутона, а у КСООН в окрестностях этой точки нет ни кораблей, ни баз. К тому же мы проверили каждый бит этих данных на нашем оборудовании и не нашли ничего подозрительного. Сигналы настоящие.

Хант приподнял брови и протяжно выдохнул. Ну ладно, значит, в этом он ошибся. Он перевел взгляд с Колдуэлла на заметки и бумаги, лежавшие перед ним посередине стола, а затем нахмурился, когда ему в голову пришла новая мысль. Как и первое сообщение с обратной стороны Луны, ответ от Звезды Гигантов был составлен на древнеганимейском языке и использовал коммуникационные коды времен «Шапирона». Когда корабль покинул Солнечную систему, Дон Мэддсон, возглавлявший отдел лингвистики – ниже в том же здании – и изучавший язык ганимейцев во время пребывания инопланетян на Земле, сумел его перевести. Несмотря на короткий ответ, работа потребовала недюжинных усилий, и Хант не знал никого, кто смог бы расшифровать новые сигналы, помимо самого Дона.

– Тогда кто перевел новое сообщение? – с подозрением спросил он. – Отдел лингвистики?

– В этом не было нужды, – просто ответила Лин. – Сигналы используют стандартные коды передачи данных. А само послание составлено на английском языке.

Хант осел на спинку кресла и просто вперился взглядом в пространство. По иронии судьбы этот факт лишь подтверждал подлинность послания; кто в здравом уме будет подделывать инопланетные сообщения, рассылая их на английском языке? И тут его осенило.

– Ну конечно! – воскликнул он. – Скорее всего, они каким-то образом перехватили «Шапирон». Ну что ж, хорошо, что… – Он с удивлением умолк, увидев, что Колдуэлл качает головой.

– Содержание диалога за последние несколько недель говорит об обратном, – возразил Колдуэлл. Он мрачно посмотрел на Ханта. – А если они не общались с ганимейцами, которые побывали на Земле, но знают наш язык и коммуникационные коды, какой отсюда напрашивается вывод?

Хант огляделся по сторонам и заметил, что остальные выжидающе смотрят на него. И тогда он задумался. Спустя несколько секунд его глаза медленно расширились, а рот раскрылся в выражении неприкрытого скепсиса.