Чтение онлайн

— Сколько пожелаешь. Хоть весь месяц. — довольно сказал Александр.

— Это уже терпимо. — ответила Виктория, понявшая, что ей определённо хочется прожить здесь этот самый месяц, а не две свободные от учений астронавигаторов недели. — Но — там будет видно. Как насчет прогулки по окрестностям с утра и до позднего вечера? А может, и с ночёвкой…

— Положительно. Но я категорически против ночёвки.

— Подумаем. Тогда через часик и двинем. Пешочком…

— Да, Вика, но радиус…

— Я же сказала, что намерена похудеть и к тому же — стать гибкой, как пантера.

— Про пантеру ничего не было. И про гибкость тоже. — Иванов прокрутил в памяти всё сказанное Викторией ранее.

— А, это так, сейчас — к слову. Для полноты характеристики. — улыбнулась Виктория одними губами. Её взгляд выдал непреклонность принятого решения.

Александр понял, что Викторию переубедить не удастся. Он помог ей загрузить посуду в утилизатор и в моечный автомат и поднялся к себе в кабинет. Виктория убежала в свою гостевую комнату.

Скоротав час у полок с информпрессрелизами в библиотеке коттеджа, Иванов и не заметил, как сзади возникла Виктория, затянутая в полный комплект туристского снаряжения. Изучающе смерив девушку с ног до головы и обратно заботливым и внимательным взглядом, Александр просто приоткрыл дверь пошире и, пройдя к себе в кабинет-спальню, подхватил с пола собранный незадолго до появления Вики рюкзак. Они спустились в нижний главный холл.

— Этот Монблан оставишь здесь, Виктория. — Александр с видимым неудовольствием обошёл огромный, набитый каменными блоками, ранее лежавшими у чёрного входа в коттедж, рюкзак, ожидавший Викторию у выхода из дачи. — Бери вот этот свой рюкзачок, в нем, я знаю, есть всё необходимое в достаточном количестве…

— Поражена твоей проницательностью, но я хочу заняться физическими упражнениями и к тому же мы идём с ночёвкой… Так что я вполне способна нести на себе оба рюкзака. — спокойно заметила она.

— Нет и нет. Против физических упражнений с разумными, — Александр сделал на этом слове заметное для Виктории ударение, — тяжестями я нисколько не возражаю, но вот против ночёвки возражаю категорически. Ровно в девять мы возвращаемся сюда. Так или иначе. Не надо меня провоцировать, Вика. Со мной этот номер не проходит. Вспомни мой статус в школе… — с некоторой долей жёсткого недвусмысленного предостережения заметил Иванов.

— Вижу. И этим довольна. Но я тебя нисколько не провоцирую в стандартном скрытом смысле этого слова, Саша. Ты и без того достоин всяческого доверия, командор. — Виктория, хорошо знавшая ситуацию, сложившуюся вокруг её спутника в его школе после проведения операции «Волна», сделала акцент на последнем слове.

— Так меня называет только одна из моих сестёр. — недовольно протянул Александр.

— А теперь буду иногда звать тебя так и я. Согласен? — заинтересованно вопрошала Виктория.

— Ладно. Только не очень часто. Я — не бездушная статуя. — согласился Александр, подумав, что в таком прозвище есть действительно немалая доля истины.

— Со статуями — не общаюсь. — шутливо отрезала Виктория. — Ставь дачу на охрану и — потопали.

— Ладно.

Они вышли за пределы дачного центра «Волна» и углубились в девственный лес. В полном молчании прошло около получаса.

— Викта, не гони. — Александр обогнал стремительно шагавшую спутницу и остановился, преграждая дальнейший путь. Девушка остановилась.

— Как, как ты меня назвал? — удивлённо взметнувшиеся вверх брови показали степень её удивления.

— Викта, естественно… — сказал Иванов. Помедлив, добавил. — Очевидно, я сглупил. Ладно… Если ты не хочешь, то я не буду. Всё же это твоё имя и ты вправе требовать от меня придерживаться протокола. Так что я действительно непозволительно сглупил. Прошу прощения.

— Ничего ты не сглупил. Так зовёт меня только отец. Ладно, разрешаю. — мягко ответила Виктория.

— Спасибо. Всё равно сбавь темп. — Иванов требовательно заглянул ей в бездонные карие глаза. — Пожалуйста, Викта… Ты себя загонишь просто…

— Ну уж нет, Сашок. — решительно отрезала Виктория примирительным тоном. — Ты и так лишил меня привычных материальных утяжелителей, а я намерена сжечь весь без малейшего исключения лишний жир самое большее за три недели. Ежедневные пятнадцатикилометровые трёхразовые пробежки с полной выкладкой — то, что мне надо.

— Викта, я всё же… — Александр пропустил Викторию вперёд и постарался не слишком отставать от неё.

— Нет и нет, Саша. Позволь мне решать всё, что касается моей фигуры и моей подготовленности самой. До моего тренера ты ещё не дорос.

— Сказала тоже. — юноша прибавил шаг и поравнялся с Викторией, двигавшейся почти бегом. — И тот монбланный рюкзачок ты намерена…

— Таскать по девяносто километров ежедневно, Сашок. Плюс занятия в вашем дачном тренажёрном зале, плюс надводное и подводное плавание в здешнем весьма чистом естественном пруду, плюс солнечные ванны, плюс… Ладно, о дальнейших плюсах я ещё подумаю.

— И ты ещё говорила, что не освоилась… Откуда о пруде-то ты знаешь?

— Сашочек, если я знаю, где ты учишься, то мне не составило никакого особого труда узнать, где ты постоянно обитаешь, а также — где ваша семья имеет в данный момент времени постоянную дачу. — Виктория знала, что Александр не будет обвинять её в излишнем любопытстве: подобные сведения о благосостоянии она могла бы получить совершенно легально заинтересовавшись любым из землян. — А уж изучить хотя бы в общих чертах окрестности твоей дачи и такой заметный объект как пруд… Это — пустяк. Впрочем, я кое-что уже по этому поводу говорила тебе ещё в гравилёте. Надеюсь, на катере ты меня тоже прокатишь? — Виктория раскрыла карты.

— Да.

Прошло ещё два часа. Солнце начало уверенно клониться к западу.

— Ты так и не раздумал запретить ночёвку? — иронически заметила Виктория, чувствуя, что её план обеспечения неминуемости ночевки удался.

— Викта, мы уже далеко от дачного центра. — Александр по памяти сверил карту и направление их движения.

— Во-во. Думаю, возвращаться бессмысленно. Так что предлагаю подыскать место для ночлега.

— Лады. — Александр понял, что Виктория со свойственной женщинам естественностью легонько и, что для него было очень важно, совсем не обидно, но всё же обвела его вокруг пальца, специально задав высокий темп и сделав возвращение невозможным из за темноты здешних ночей. Дачный центр остался далеко позади, а в лесном массиве фонарей и боковых указателей путей по понятным причинам не держали. Александр предвидел такой вариант и с удовлетворением погладил через ткань своего рюкзака жестковатую пластинку просторной палатки-шатра.

— Вижу, палатку ты таки захватил. — одобрительно заметила Виктория.

— В палатке будешь спать ты. Я подремлю снаружи возле костра. Не заставляй меня вслух приводить сотни доказательств правомерности подобного решения. — тоном, не допускающим возражений сказал Александр.

— Сашочек… — в голосе Виктории явно послышались острые просящие нотки. Александр остался непреклонен:

— Нет, Викта.

— Ёлки-палки, Сашок, мы ведь не дети. — взорвалась Виктория. — Ну, сам посуди, что я буду делать одна в душной палатке, когда ты кормишь комаров у костра? Я же там с ума сойду от… — Виктория едва сдерживала возмущение, но не особо хотела переходить в настоящее наступление — ей нравилась искренняя забота Александра, понимавшего её гораздо глубже многих людей.