Чтение онлайн

В это время хлопнула входная дверь. Анна, не дожидаясь, пока сын войдет, бросилась на кровать и прикинулась больной. Через несколько секунд Андрей вошел в комнату и от удивления застыл на пороге. Он никак не ожидал увидеть здесь мать. По ее виду сын сразу понял, что та нисколько не изменилась. Еще когда бабка была жива, Анна часто устраивала подобные сцены: наговорив гадостей, ложилась и разыгрывала приступы неведомых болезней. Бабка называла ее актрисой, и это приводило мать в еще большую ярость.

Вот и сейчас Анна жалобно простонала:

— Ну что же ты, сынуля, не радуешься своей мамочке. Я уже целую неделю лежу здесь больная, совсем одна, жду, когда ты придешь, а ты даже не хочешь меня видеть. Я так волновалась, думала, что с тобой что-то случилось. Ты же знаешь, как я скучаю по тебе. У меня же никого нет, кроме тебя.

Андрей смотрел на мать и не верил ни одному ее слову. Он вспомнил, как позвонил ей, чтобы сообщить о смерти бабушки. Тогда она грубо сказала: «Наконец-то». Появилась Анна уже после похорон. Она была в черном платье и пыталась изобразить, будто тяжело переживает смерть матери, но в тот же день она поскандалила с отчимом, требуя каких-то денег, и старик выставил ее за дверь. С тех пор Андрей совершенно потерял с ней связь.

Мать тем временем продолжала:

— Я телефон оборвала, не знала, что и думать, поэтому и приехала. Ну, рассказывай, что здесь произошло.

— Ничего особенного. Старик умер, вот и все.

— Как ничего особенного! А эта девушка, соседка? И ты говоришь — ничего особенного! Превратил квартиру в коммуналку, как теперь ее продашь?

— А я и не собираюсь ничего продавать и тебе не позволю. Ведь ты бы ни шиша мне не дала!

Анна, внезапно выздоровев, вскочила с постели.

— А за что тебе давать? За то, что ты сидишь здесь и ничего не делаешь? Работать надо! Кто меня будет кормить, я больной человек, — набросилась она на сына.

— Я может тоже больной, — проворчал Андрей.

— Я тебя быстро вылечу, я за тебя возьмусь, не уеду, пока не получу все обратно, — кипятилась мать, а потом, понизив голос до шепота, спросила:

— Каким образом старый хрыч прописал у себя эту девку?

— Не знаю, все было сделано без меня.

— А где деньги? У старика были большие деньги.

— Я нашел только пустые сберкнижки, он перед смертью все снял, — о пятистах рублях Андрей промолчал.

— Ладно, давай спать, завтра надо будет с ней поговорить. Попробуем запугать, может, она сама уберется отсюда, — уже спокойнее сказала Анна.

Снова раздался стук в дверь. «Когда меня оставят в покое? Что ей надо от меня?» — подумала раздраженно Надежда. Ей хотелось побыть одной, а эта женщина все время к ней лезет. Стук повторился. Надежда нехотя поднялась, открыла дверь. На пороге стоял Вадим. Надежда за все это время ни разу не вспомнила о нем.

— Ты жива? Сколько раз звонил. То ты спишь, то не отвечаешь на стук.

Он посмотрел на Надю. Та сильно похудела, лицо осунулось. Воздух в комнате был затхлый, занавески задернуты.

— Ты когда в последний раз ела? Ты что, хочешь заморить себя голодом? — спросил Вадим.

— Какое это имеет значение, — безразлично ответила Надя.

Вадим подошел к окну, распахнул шторы, открыл форточку.

— На следующей неделе я переезжаю в Москву, все получилось очень быстро, — сообщил он. — А сегодня давай куда-нибудь сходим. Хватит сидеть, надо начинать жить. Я не уйду, пока ты не возьмешь себя в руки. Давай, собирайся.

— Нет, Вадим, оставьте меня в покое, я никуда не пойду.

С этими словами Надежда вышла из комнаты. Прошло две недели с тех пор, как Вадим привез ее из больницы домой. За это время Надя почти ничего не ела, никуда не выходила. У него же не было времени заехать к ней, все дела да приятели, да бумаги для обмена. Иногда дня не хватало, чтобы все переделать. Анна сказала по телефону, что соседка весь день сидит в своей комнате, и только по ночам слышно, как она проходит на лестницу и оставляет входную дверь открытой, из-за чего Анна просыпается и не может потом уснуть, а на следующий день у нее болит голова. Вадим понимал, что это значит, но ничего не сказал Анне: ей незачем было знать о случившемся. Эта женщина не могла понять горе матери, потерявшей ребенка. «А ведь этот ребенок был ее внуком!» — подумал Вадим. Анна очень интересовалась Надеждой, пыталась выведать что-нибудь у Вадима, предлагала свою помощь, что на нее было совсем не похоже. «Вероятно, она что-то задумала, но вот только что?» — соображал Вадим. В это время Надежда вернулась в комнату.

— Мне нечего надеть, — сказала она. — Лучше я останусь дома, да мне все равно и не хочется никуда идти.

— Ну, проблему с тряпками мы быстро решим, — с этими словами Вадим подошел к телефону и набрал номер.

— Привет, это я, Вадим, — сказал он в трубку. — У меня к тебе дело. Одной моей знакомой нужно одеться. Будешь дома? Хорошо, сейчас подскочим, — он повесил трубку и повернулся к Надежде:

— Давай, поехали!

— Вадим, не хочу я наряжаться…

Но тот не слушал ее возражения. Сил сопротивляться у Нади не было — она сдалась. Вадим вез ее к своей знакомой спекулянтке.

Этот вид бизнеса существовал в Советском Союзе нелегально, но всегда процветал. Вещи, выпускаемые в СССР, так называемый ширпотреб, молодежь носить не хотела: все было нелепых расцветок, дурно сшитое. Поэтому всеми правдами и неправдами иностранные вещи просачивались в страну, прежде всего, конечно, в крупные города, где на них всегда находились покупатели. Несмотря на преследования и запреты, черный рынок не прекращал своей работы.

Знакомую Вадима звали Ириной, она считалась одной из самых крупных спекулянток в Ленинграде. У нее можно было найти вещи самых известных итальянских и французских фирм. Ирина торговала всем, от колготок до меховых шуб. Кроме того, она знала все городские новости: кто сколько выиграл в карты, кто проиграл и теперь скрывается от долгов, кто от кого забеременел и кто с кем изменяет. Сама же хозяйка в молодости была дамой легкого поведения, но с годами ей пришлось сменить профессию и заняться куплей-продажей. Сюда-то и привел Вадим Надежду. Ирина встретила его с распростертыми объятиями, как лучшего друга. Выглядела она отлично. Надежда не знала, как держаться в этом доме, но Ирина дружелюбно улыбнулась и подошла к ней.

— Для тебя у меня обязательно найдется что-нибудь подходящее. Прошу сюда, — сказала хозяйка и провела гостей в комнату, заваленную вещами. Там были платья, костюмы, пальто, сапоги и все прочее. Надежда не знала, что ей делать, но Вадим пришел на помощь. Он взял какое-то платье и подал ей.

— Посмотри, может быть это?

— Нет, нет, Вадим, ей подойдет вот это, посмотри, — держа платье в руках, говорила Ирина. — А ну-ка примерь.

Надежда немного растерялась, но та за руку повела ее в соседнюю комнату. Там сидели две женщины, они курили и пили кофе, не обращая внимания на вошедших.

— Давай, примеряй, не стесняйся! — подтолкнула Ирина Надю, видя ее нерешительность. Женщины тем временем продолжали беседу. Одна из них рассказывала о том, как она делила имущество с бывшим мужем, покинувшим ее ради молодой любовницы.

— Этот подлец требовал от меня больше половины! Забыл, что у меня дети. Видите ли, нет денег, чтобы содержать свою пассию. А вчера звонит и просит, чтобы я ему отдала хрустальную вазу, которую он же мне подарил на день рождения. Очень красивая вещь, в высоту семьдесят сантиметров, тяжелая. Я ему отвечаю: «Хорошо, дорогой, приезжай, отдам, только наверх не поднимайся, посигналь, и я тебе вынесу». Через полчаса примчался. Выхожу на балкон, а он стоит внизу. Я ему кричу с пятого этажа, что вот ваза. Если поймаешь — твоя. И бросила ему вниз. Хорошо, вовремя отскочил, а то бы его голова разлетелась на мелкие кусочки, как эта ваза. Спросила его, может кресло тоже отдать, так он сел в машину и быстро укатил.