Чтение онлайн

— Значит и вороньи всадники были? Сдается мне, что так оно и есть, раз все остальное сходится. — задумчиво проговорил Феликс. — Интересно, они тоже, как и мы, потерялись на семь лет? Всадники-то.

— Над зургалми время не властно. — мрачным тоном проговорил Дэй. — Хоть семь, хоть семьдесят семь — для них нет разницы сколько лет пройдет.

— Что же они хотят сделать с табличкой, когда заполучат ее? — подумал Феликс, кинув встревоженный взгляд на сумку, которая висела рядом с поясом. — И Тенебрисы, и вороньи всадники — все хотят завладеть ею, а ведь она до этого преспокойненько хранилась себе в Эль-Хафа, и никто ее не тревожил. А ведь есть еще три таких же скрижали. Что будет с ними?

— Ну, не тревожили их во многом благодаря неусыпному вниманию доброй стражи. — напомнил ему Дэй. — Но не стоит забывать, что помимо храброго маленького вора, к этой скрижали подходили еще двое. — задумчиво закончил пастух.

Феликс уже и забыл, что к небесной табличке когда-то подходил Анастериан вместе со своим подручным. Сейчас это казалось ему еще более загадочным, чем прежде.

— И все-таки, что же хотят сделать с ней все эти злодеи, которые все гоняются за нами? Она безусловно обладает страшной силой, но, как мне думается, эта таинственная сила действует сама по себе, и никому не дано ее обуздать. А если они и смогут… — тут Феликс сам испугался своих слов. — То даже страшно представить какие беды могут приключится.

— Поэтому мы и должны отнести ее туда, где ей самое место. — подытожил Дэй.

— И узнать, наконец, разгадки всех тех странностей, что так неустанно преследуют нас. — добавил Феликс. — Правитель Подзвездного Города, владыка Валь-Фараюм, сказал мне, что ответы нам откроет ангел Рануил, который живет в Храмах-Городах. Дочь Милости, хоть бы это был не настоящий ангел, а то ведь как это мы, грешные души, не искупившие всего содеянного, предстанем перед его судом? Да еще и с краденной табличкой! — слова Феликса почему-то развеселили Дэя, и тот отвернулся, неумело скрыв свой смех за приступом кашля.

Время шло, и скоро они устроили привал на одной из стоянок. Шли они, как понял Феликс, по главному тракту, так как дорога была широкая и плотно утоптанная. Это вызвало у маленького никса опасения — а вдруг враги увидят их и нападут?

— В этой пустыне тебя увидят в любом случае, так что выбор у нас невелик. — поведал ему Эскер у костра. — А от погони лучше всего спасаться по плотной дороге, чем по неровным дюнам. Да и вряд ли враг ожидает, что мы пойдем этим путем. А если и встретится патруль, то Серафиль предупредит нас заранее, и мы ненадолго затаимся за песчаными холмами, пока они не пройдут.

Теперь, когда людей было мало, всем, кто был в отряде, приходилось стоять в ночном дозоре. На пятый день путешествия по мерцающей пустыне, когда был черед Феликса стоять на страже, случилась странная ситуация. Ночь уже растворялась в предрассветных сумерках, и костер почти догорел — лишь маленькие уголки продолжали пылать алыми бликами. Феликс сидел на краю телеги и зарисовывал на шкурах по памяти встреченных им насекомоподобных фей, когда один из спальных мешков вдруг зашевелился, и из него поднялась косматая фигура Хольфа.

— Холодная нынче ночка выдалась, да? На вот, согрейся. — проговорил Феликс, протягивая ему чайник с травяным отваром.

Но пират будто и вовсе не замечал его. Скорчив недовольное лицо, он злобно глянул на черную звезду, будто это она грубым образом разбудила его, не дав досмотреть приятное сновидение. Раздраженно пнув свое спальное место ногой, Хольф красноречиво выругался на старом ценебрийском диалекте, а затем твердо направился куда-то в даль, не обронив больше ни слова. Феликс не стал останавливать его, уверенный, что тот скоро вернется, так как он не взял с собой ничего из своих драгоценных вещей, которые с таким упорством собирал на протяжении всего пути. Даже воды, и той не взял. Но Хольф так и не возвратился. Его любимый мешок, и все остальные пожитки, так и остались лежать, даже когда все остальные проснулись. Ждали его, по просьбе Феликса, несколько часов, но безрезультатно. Серафиль отправился разыскивать пирата, но вскоре вернулся с известием о том, что потерял следы Хольфа.

Это сильно удивило Феликса, так как Серафиль был непревзойденным следопытом, и времени прошло еще немного, чтобы ветер смог окончательно скрыть все следы Хольфа. Но нет, тот как сквозь землю провалился. Они собрали его вещи, в надежде, что возможно встретят его по дороге в Алгобсис. Хольф ведь уже бывал в этих землях, так что возможно он направился именно туда, хотя полной уверенности в этом ни у кого не было. Но спустя еще два дня, когда они только собирались выйти в новый путь после очередного привала, на горизонте показалась его растрепанная грива нечесаных волос, которая узнавалась даже с такого большого расстояния. Когда Хольф приблизился, то все увидели, что тот сжимает в руках какой-то длинный, изъеденный временем и песками, тканевый сверток. Когда-то яркая красная ткань, которая теперь выцвела на солнце, рваными клочками свисала по бокам свертка. Хольф так никому и не ответил где он был, и что лежит в этом загадочном свертке. Аккуратно закрепив его на седло своей лошади, он стал рыться в своем мешке, проверяя, все ли его вещи на месте. Было видно, что настроение у него намного улучшилось.

— Нет, это мне совсем не по душе. — возразил Эскер. — Нужно узнать где он был, и что это за сверток он с собой принес. Вдруг он в сговоре с врагами…

— Уверен, что Хольф не стал бы нас предавать. — сказал Дэй, положив свою руку на плечо Эскера, останавливая его. — Где бы он не был, это было для него очень важным делом. Но сейчас он вернулся чтобы снова помогать нам. — Эскер резко остановился, будто громом пораженный, взглянул еще раз на Хольфа, и не сказав больше ни слова возвратился к своей лошади.

Следующий день прошел без происшествий. Время от времени им встречались мирно бредущие караваны торговцев, от которых они прятались за волнистыми барханами. Шли они теперь днем, и солнце палило беспощадно, и в особо пиковые часы им приходилось укрываться в тенистых скалах, чтобы в прохладе переждать изнывающую жару. Из-за этого темп их похода немного снизился, и за неделю они не преодолели и четверти пути до Алгобсиса.

На десятый день, когда после полудня они двинулись в путь, к ним подоспел Рольф, который на этот раз разведывал путь. Хоть его лицо и было скрыто за маской, по голосу стало ясно, что тот чем-то встревожен.

— Там, в двух лигах от нас, войска белых крыс и… ферасийцы. — взволнованно поведал он.

— Ферасийцы?! — всполошился Феликс. — Те самые, непобедимые великаны? Так они все-таки нашлись! Но что они делают вместе с зоарийцами? Неужто помогают этим злодеям?

— В двух лигах, говоришь? — задумчиво проговорил Эскер. — Не помешало бы взглянуть, что это за войска такие. Если их слишком много, то лучше будет тут же убраться отсюда подальше.

— Не думаю, что они нас заметят. — ответил Рольф. — Они тащат лодки, или что-то похожее, и ни на кого не обращают внимания.

— Что тащат? — переспросил Феликс, но его проигнорировали.

— Тогда я хочу сам на это посмотреть. — сказал Эскер, и повернувшись к Серафилю, прибавил: — Если не вернусь через три часа, то отправляйтесь дальше без меня.

— Я тоже с тобой. — тут же сказал Феликс. — Без меня-то никто никуда не отправится, ведь это будет бессмысленно. А мне уж очень хочется увидеть тех великанов вживую.

— Зоарийцы точно нас не заметят? — поинтересовался Эскер у Рольфа.

— Да им вообще ни до кого нет дела, будто куклы какие-то. Знай себе тащат эти корабли по пустыне, да песни свои, богомерзские, поют.