Чтение онлайн

— Возможно. Однако в любом случае выгоды нам не будет. Эти дома выращивать, воспитывать и перевозить не сложнее, чем дома класса АА, которыми мы торгуем, но и не проще... Советую впредь не подходить к кронам очень близко. Можете получить серьезные травмы. Дома не столь терпимы к посторонним, как их обитатели.

Фарр продолжал путь вокруг острова, мимо плодовых деревьев, сгибающихся под тяжестью фруктов, мимо приземистых кустарников, похожих на вековые растения Земли. Из центра этих ветвей росли кисти черных, как смоль, прутьев десяти футов высотой и диаметром не тоньше дюйма, гладких, лоснящихся, ровных. Когда Фарр подошел поближе, сзекр вмешался.

— Но ведь это же не дома-деревья, — запротестовал Фарр. Кроме того, я не собираюсь причинять им вреда. Меня, как ботаника, интересует необычная флора вообще.

— Все равно, — сказал лейтенант сзекров. — Ни растения, ни метод их выращивания вам не принадлежат и, следовательно, не должны вас интересовать.

— Исзмийцы, видимо, имеют плохое представление о профессиональном любопытства, — заключил Фарр.

— Зато в качестве компенсации мы имеем хорошее представление о жадности, воровстве, присвоении и эксплуатации чужих идей.

Фарр не ответил и, улыбнувшись, пошел по берегу дальше, к многоцветным стручкам, ветвям и стволам города.

Один из этапов слежки привел Фарра в смущение. Он подошел к лейтенанту и указал на соглядатая, находящегося в нескольких ярдах.

— Почему он гримасничает? Я сажусь — он садится, я пью — он пьет, я чешу нос, и он чешет нос.

— Специальная методика, — пояснил сзекр. — Мы предугадываем ваши мысли.

— Не получится, — уверил исследователь.

Лейтенант кивнул.

— Фарр-сайнх, может быть, совершенно прав!

Фарр покровительственно улыбнулся.

— Вы что, всерьез думаете, что сможете угадать мои планы?

— Мы вправе поступать так, как нам кажется правильным.

— После обедал собираюсь нанять морскую лодку. Вы в курсе?

Лейтенант вытащил бумагу.

— Чартер для вас готов. Это «Лхайз», и я нанял экипаж.

«Лхайз» оказался двухмачтовым барком в форме деревянного детского башмака, с пурпурными парусами и просторной каютой. Вместе с главной мачтой его вырастили на специальном корабельном дереве — носовая мачта в оригинале являлась черенком стручка. Остальные мачты, рангоут и такелаж программировали отдельно — процесс для исзмийцев столь же утомительный, как для земных инженеров-электронщиков — механическая работа.

«Лхайз» держал курс на запад. Атоллы выныривали над горизонтом и тонули за кормой. На некоторых из них находились небольшие безлюдные сады, другие были отданы разведению, посадке, почкованию, прививкам, сортировке, упаковке и отправке домов.

Как ботаника, Фарра очень интересовали плантации. Но при приближении к ним слежка усиливалась, превращаясь в досмотр за каждым его движением. На атолле Тжиери его раздражение возросло настолько, что он едва не сбежал от стражников. «Лхайз» причалил к волнолому, и пока двое матросов возились со швартовыми, а остальные убирали паруса и спускали снасти, Фарр легко спрыгнул с кормы на волнолом и направился к берегу. Со злорадством он услышал за спиной ропот недовольства; его охватило злобное веселье.

Перед ним раскинулся сплющенный прибоем берег; склоны базальтового кряжа утопали в зеленой, синей и черной растительности Это была картина нерушимого мира и красоты. Фарр едва удержался, чтобы не броситься вперед и не скрыться среди листвы, но Сзекры были хотя и обходительны, но быстры в обращении со спусковыми крючками.

От пристани к нему направлялся высокий стройный мужчина. Его.тело и конечности опоясывали с интервалом в шесть дюймов синие ленты; между кольцами виднелась мертвенно-бледная кожа. Фарр замедлил шаг. Свобода закончилась.

Исзмиец поднял лорнет — стеклышко на эбонитовом стержне. Такую оптику носили представители высших каст, и она была столь же привычна, как собственные органы. Фарра лорнировали уже не раз, и не было еще случая, чтобы он при этом не взбесился. Как и у любого посетителя Исзма, как и у каждого туземца, у него не было выбора: ни укрыться, ни защититься он не мог. Теперь ему указали на его место и сделали доступным всем, кто хотел бы на него взглянуть.

— К вашим услугам, Фарр-сайнх, — исзмиец использовал язык, на котором говорят дети, прежде чем выучить речь своей касты.

— Жду вашей воли, — ответил исследователь стандартной фразой.

— Владельца пристани оповестили, чтобы он приготовился к встрече. Вы, кажется, чем-то обеспокоены?

— Мой приезд — невелика важность. Прошу вас не затрудняться.

— Друг-ученый вполне может рассчитывать на такую привилегию, — помахал лорнетом исзмиец.

— Это мой радиант вам сейчас сообщил, где я нахожусь? — хмуро спросил Фарр.

Исзмиец обозрел сквозь стеклышко его правое плечо.

— Криминальных регистраций вы не имеете, интеллектуальный индекс 23, уровень настойчивости соответствует четвертому классу... Здесь есть и другая информация.

— И с кем же я имею честь говорить?

— Я себя зову Зхде Патасз. Я достаточно удачлив, чтобы кое-что культивировать на этом атолле.

— Плантатор? — переспросил Фарр человека в голубую полоску.

— У нас будет о чем поговорить, — повертел лорнетом Зхде Патасз. — Надеюсь, вы у меня погостите.

Подошел самодовольный хозяин пристани. Здхе Патасз помахал лорнетом и удалился.

— Фарр-сайнх, — сказал владелец пристани, — вы серьезно намерены избавиться от гласного эскорта? Это глубоко печалит нас.

— Вы преувеличиваете.

— Вряд ли. Сюда, сайнх!

Он промаршировал по цементному скату в широкую канаву. Фарр плелся позади, и столь неторопливо, что хозяину пристани приходилось через каждые сто футов останавливаться и дожидаться его. Канава уводила под базальтовую гряду, где превращалась в подземный ход. Четыре раза хозяин пристани отодвигал панели зеркального стекла, и четырежды двери закрывались за ними. Фарр понимал, что как раз сейчас всевозможные экраны слежения, зонды, детекторы, анализаторы изучают его, устанавливают излучение, массу и содержание металлов. Он равнодушно шел вперед. Им ничего не найти. Одежду и личные вещи у него отобрали, взамен выдали форму визитера: брюки из белого шелка, пиджак, разлинованный в серое и зеленое, и огромный темно-зеленый вельветовый берет.