Чтение онлайн

— Галаджер взорвался, как карнавальная бомба! Эти скоты изведут нас даже без своей поющей матроны! Проклятая Магическая Гвардия уничтожит нас без единого выстрела — мы просто взорвёмся все, лопнем, как Галаджер!

— Это работа пойманной нами сволочи!! — взвизгнул высокий и, подпрыгнув, без предупреждения, большим тупоносым ботинком что было сил засадил мне в бок...

От резкой боли я коротко ыкнул и с размаху воткнулся в ковёр лицом.

— Они уже научились пробивать волшебные щиты и забрасывать нам в тылы диверсантов?! — изумлённо воскликнул человек, вопивший о трагической судьбине взорвавшегося Галаджера.

— Его необходимо показать сэру Лестеру, — сказал низкий.

— А я считаю: кончить его здесь и не церемониться, — произнёс высокий.

— Зря ты так, он в будущем не раз твоё милосердие припомнит. Ты думаешь, для красного словца Лестера зовут Инквизитором? — успокаиваясь, возразил крикун. — Специалист!

Роальда оглушили и уложили под стеночку. Совершенно очумевшего от «быстрой смены впечатлений», меня, скрутив за спиной руки, выволокли в коридор. Дотащили до лифта, опустили этажом ниже и втолкнули в каморку с низкой металлической дверью, которая грохотала, когда её открывали, словно раздрызганный лесопроходческий комбайн.

Каморка вела непосредственно в кабинет «Графа Дональда Лестера, окружного сокольничего второго ранга» — именно это словосочетание было выжжено на массивной кабинетной двери.

Неожиданно оказалось, что добиться «аудиенции» сиятельного графа возжелало немало народу. В каморке даже образовалась очередь. Моё появление совпало с каким-то противоестественным наплывом революционно-магических диверсантов и прочих мерзких, с точки зрения монархистов, государственных преступников. Мне очень хотелось выяснить, куда именно осуществляется этот наплыв.

Несомненно, здание находилось в руках контрреволюционеров: все пленные, исключая меня, были роальдами, да и надпись на двери явственно свидетельствовала о промонархических воззрениях пресловутого Лестера.

Чисто интуитивно явилась мысль о бюрократическо-административном прошлом упомянутого здания, причём существа, топтавшие пластик его коридоров и ковры его кабинетов, решали вопросы если не планетарного, то уж точно — континентального масштаба.

Свет не собирался помогать мне в разрешении загадки — ни сверхвосприятием, ни сверхпониманием. Ничем. Будто и не полновесный Носитель я, а распоследний наследственный придурок, не способный отличить правый башмак от левого.

На меня косились как человеки, так и роальды: ситуация «свой среди чужих и т. д. ». Один из аборигенов беззастенчиво рассматривал меня, через короткие промежутки времени кивая головой, словно в подтверждение неведомых мне мысленных рассуждений.

— Как ты угодил в заложники? — вдруг спросил он.

Его конвойный не задержался с зуботычиной. Заехал, ничтоже сумняшеся, от всей души. Да-а, здешние человеки Иных явно не обожают... мягко говоря.

— Вполне обыкновенно, — отозвался другой роальд, говоря на спаме правильно, но со странным шипящим акцентом, — эти полоумные ч-челы, захватывая Комисссарию, плевать хотели на то, кто именно окаж-жется у них в залож-жниках.

Когда и второй роальд жестоко схлопотал по физиономии, из апартаментов Лестера вынырнул секретарь. Он пробежал взглядом по наличествующим заложникам. Увидев меня, изменился в лице, несколько раз беззвучно шевельнул челюстью и наконец взорвался, обзывая последними словами моих провожатых.

— Почему этот человек до сих пор здесь?!!

— Ох! Дохлые вийтусы! И какие злобные боги сотворили вас, человеков, такими шумными?.. — произнёс роальд, который пострадал первым.

— Я не понимаю, растак вас! — едва сдерживая ярость, прорычал секретарь, — Р-разве не было строжайшего приказа жилистых ублюдков не держать без кляпа?! У вас что, помутилось в головах?! А вдруг они заклинать начнут?! В лягушек превратиться хотите?!

— Леший-неший, какие же вы все смешные!.. — искренне произнёс я и честно принялся ждать своей порции зуботычин.

Ух, как реставраторы бравенько забегали туды-сюды, когда «наследник» бесследно пропал! Прямёхонько из собственных апартаментов, совершенно непостижимым образом. Испарился, ясный пень. Иначе — как?! Все в шоке, в ужасе, короче. И не только хозяева, сиречь тюремщики наши, но и мы сами, дхорр забери... но мы — ненадолго.

Бегают темпераментно, значит, хозяева-тюремщики наши по коридорам и залам базы. Напрочь забыли о том, что надо хорошую мину при любой игре хранить, велению вековых традиций следуя. Жалко их, сил нет! А мы — готовимся в дорогу.

Мы — это не вся толпа, а Бранко Й. Йонссон, капитан наш героический, и я, субкарго Убойко С. Т., скромненько при нём.

Бывший профессиональный космодесантник и бывший солдат/освояк/пират/телохран/икоектоещё... короче, парочка громил специального назначения.

Подозреваю, что при формировании личного состава ударной группы определяющим фактором кадровой политики было наличие у меня и капитана растительности на подбородках. Какие же инсургенты без бород?! Янычар-то выбрит до синевы и к тому же излишне жгуче-брунетист для типичного экскалибурца, а Ургу, как он ни рвался, придётся остаться. Флоллуэец странновато бы гляделся, что да, то да, на улицах и уровнях столичного мегаполиса. А маскировочная аппаратура осталась на борту «Папы», в тысячах километров от нас... Надеяться же на адекватную помощь Света не приходилось, уж больно непредсказуемо его поведение.

Он может чуть ли не всё, но — поди узнай, когда и что ему «захочется». Кто как, мы же покуда бессильны перед его взбалмошностью.

А дорога к месту проведения намеченной операции предстоит неизведанная. Транспортное средство, в смысле у нас — то ещё... Как бы вместо столичной планеты не угодить дхорру на рога. Ну, ладно, будем уповать, что Свет не выдаст, ревмаг не съест.

Вначале мы коллективно почуяли Лазеровица и осознали, как он этот трюк проделал. Затем осознали, что наш окаянный Перебор «испарился» не куда-нибудь, а в Столицу, причём совершенно добровольно, по собственному, так сказать, желанию. Вдобавок осознали, зачем он это сделал...

В итоге — мы даже малость прибалдели. В яйцеголовом вьюноше обнаружилось «наличие присутствия» пусть глупого донельзя, но вполне благородного мужества.

Оклемавшись, мы единодушно решили: надо искать и спасать своевольничающего Анджея. Члена экипажа ведь, дхорр его защекочи, истового монархиста новоявленного! Впёрся в дерьмо, пропадёт ни за понюх нонда, а нам потом — позор на все Обитаемые Пределы. В которые, даст Выр, мы вдруг возвратимся, когда этот реставрационный дурдом с прогулки обратно по палатам разбредётся.