Чтение онлайн

— Хм…

Рядом тихо щёлкнуло. Из стены медленно выехала небольшая тумбочка. Олег снова посмотрел по сторонам. Потом коротко хмыкнул.

— А шкаф где? Тоже из стены вылупляется?

— Подтверждаю.

— Ясно…

Он ещё раз обвёл каюту взглядом. Маленькая. Тесная. Странная. Но теперь уже хоть немного похожая на жилое помещение.

— Ну… — пробормотал он. — Хоть и маленькая. Зато своя.

Он ещё раз медленно оглядел каюту. Тесновато, конечно. Но после медицинского сектора, бесконечных коридоров и мёртвого корабля вокруг даже эта маленькая комната вдруг начала восприниматься почти уютной. Олег тяжело выдохнул и машинально потёр шею. Только сейчас он вдруг понял, насколько устал за этот день. Хотя «день» — слово сейчас было довольно условным. Он нахмурился.

— Ила, а время сейчас вообще сколько?

— Двадцать два часа сорок шесть минут по корабельному времени.

Олег задумчиво кивнул. Потом начал прикидывать. Разбудили его, получается, где-то во второй половине дня. За всё время он ел всего один раз, но голода при этом почти не чувствовал. Организм после регенерации работал как-то слишком правильно. Непривычно правильно.

— М-да… — тихо пробормотал он. — Режим всё равно нарушать нельзя.

— Подтверждаю. Стабильный режим сна положительно влияет на когнитивную и физическую активность организма.

— Вот и я о том же.

Он снова осмотрел каюту.

— А ополоснуться тут где можно? Ну… перед сном. Умыться там, зубы почистить.

В одной из стен почти бесшумно появилась узкая щель. Потом часть панели плавно ушла в сторону. За ней оказался крошечный санузел. Очень крошечный. Небольшое помещение едва ли больше кладовки. Что-то похожее на унитаз. Гладкие стены и странная вертикальная ниша в углу, напоминающая душевую кабинку. Но ни крана. Ни душа. Ни даже привычного слива Олег не увидел. Он задумчиво посмотрел внутрь и почти сразу понял, что в туалет, если честно, тоже уже не помешало бы сходить.

— Так… — осторожно произнёс он. — И как этим пользоваться?

Ила спокойно начала объяснять.

С туалетом всё оказалось действительно просто. Нужно было лишь открыть крышку, сделать свои дела и закрыть её обратно.

— А смывать? — автоматически уточнил Олег.

— Не требуется. Вода не используется для утилизации биологических отходов.

Он только молча покосился на потолок. Комментировать это сил уже не оставалось. Проделал все необходимое и потом всё-таки разделся и зашёл в странную кабинку. Внутри по-прежнему не обнаружилось ничего похожего на душ.

— И?

— Встаньте по центру и сохраняйте неподвижность.

Олег выполнил указание. Несколько секунд ничего не происходило, но потом по телу прошла едва заметная дрожь, буд-то сам воздух вокруг на мгновение стал плотнее. И всё, тишина. Олег несколько секунд стоял не шелохнувшись. За тем осторожно открыл глаза.

— Это всё?

— Процедура завершена. Вибрационная очистка удалила все ороговевшие частицы кожи, пыль и возможные посторонние загрязнения.

Олег медленно провёл ладонью по плечу. Кожа действительно ощущалась чистой, и даже какой-то… свежей. Он ничего не сказал, только коротко хмыкнул себе под нос и вышел обратно в каюту. Дверь санузла сразу же плавно закрылась за его спиной. Олег сел на кушетку. Потом лёг, устраиваясь на непривычно упругом матрасе. Несколько секунд молча смотрел в потолок.

— Ила.

— Слушаю.

— Приглуши, пожалуйста, свет.

Освещение каюты тут же стало мягче.

Олег лежал на спине и молча смотрел в потолок. Сна не было ни в одном глазу. Мысли никак не давали покоя. Слишком много всего произошло за этот день. Слишком много странного. Слишком много невозможного. Космос. Древний дредноут. Триста двадцать тысяч лет. Нейросеть в голове. Молодое тело. И всё это сейчас почему-то вспоминалось уже не как реальность, а как какой-то нелепый, невозможный бред.

Он тяжело выдохнул. Потом всё-таки негромко позвал:

— Ила.

— Слушаю, Олег.

Несколько секунд он молчал, собираясь с мыслями.

— Слушай… вот я тут лежу и думаю. Ты же со мной по-русски разговариваешь.

— Подтверждаю.

— И время у тебя земное. Часы, минуты… Всё как я привык понимать. Это как вообще получилось?

Пауза длилась недолго.

— Во время регенерации медицинский сектор выполнил поверхностное нейросканирование вашего мозга. На основе полученных данных интерфейсы корабля были адаптированы под особенности вашего восприятия.

Олег несколько секунд молча переваривал услышанное. Потом устало прикрыл глаза.

— Ну да…

Тихо хмыкнул.

— И чему я уже, собственно, удивляюсь…

Несколько секунд в каюте снова стояла тишина. Олег уже почти закрыл глаза, но потом вдруг снова заговорил:

— Слушай… а вот этот сегодняшний ремонт.

— Уточните запрос.

— Ну дверь эта. Модуль. Тестер. Всё вот это. И что, у вас вообще вся техника так чинится?

Ила ответила почти сразу:

— Да. Принцип ремонта остаётся одинаковым для большей части систем дредноута.

Олег слегка приоткрыл один глаз.

— Серьёзно?

— Подтверждаю. Отличается только уровень сложности.

Он тихо хмыкнул.

— А сегодня, значит, была задачка для самых маленьких?

— Подтверждаю. Сегодняшняя неисправность соответствовала базовому начальному уровню технической подготовки.

Олег тяжело вздохнул.

— Ну спасибо. Успокоила.

Но Ила уже продолжала объяснение:

— По мере обучения количество модулей внутри систем будет увеличиваться. Возрастёт сложность взаимосвязей между ними. Многие узлы располагаются послойно внутри технических секций корабля.

Олег снова открыл глаза.

— То есть дальше уже придётся лезть глубже.

— Подтверждаю. Для доступа к повреждённым компонентам потребуется последовательный демонтаж внешних модулей и диагностика внутренних систем.

Он некоторое время молчал, обдумывая услышанное. Потом задумчиво произнёс:

— Ага… То есть дальше будет уже не детский сад.

— Подтверждаю.

После короткой паузы Ила добавила:

— Финальным этапом подготовки корабельного техника является работа с техническими дроидами.

— С кем?

— Автономные ремонтные платформы. Техник высокого уровня способен управлять ими напрямую либо выдавать последовательность команд через нейроинтерфейс.

Олег нахмурился.

— То есть ремонтировать будут роботы?

— Не полностью. Дроиды являются инструментом техника. Эффективность ремонта зависит от уровня подготовки оператора, правильности диагностики и точности поставленных задач.

Он некоторое время обдумывал услышанное.

— То есть самому думать всё-таки придётся.