Чтение онлайн

Дожидаясь ответа Утесного Паука, она начала мысленно перебирать родословные старших юнцов в школе-яслях. Чтобы их маленькая группка начала расти прежде, чем самки станут достаточно взрослыми и смогут сами откладывать яйца, ей и Пятнистой Верхушке придется обучить старших самцов кое-чему помимо чтения, вычислений, фермерства и инженерного дела.

Уме-Уми оставила инженерный класс работать над пройденным материалом и теперь направлялась в поля, где ей предстояло провести занятие по фермерству и объяснить ученикам, как отличить зрелые ореховые стручки от незрелых. Ее подошва уловила громкие суматошные звуки, идущие из мальковых питомников. Нуль-Гаусс, уже достигшей преклонного возраста, всегда было трудно держать под контролем многочисленную ораву мальков и одновременно ухаживать за яйцами. Уме-Уми бросила занятия по фермерству и поспешила к питомнику.

– Слабые глаза… слабые глаза… у пятнистокожих слабые глаза. – Высокий звук поддразнивающих подошв шел от группы мальков без пятен на коже, которые не давали трем пятнистым собратьям приблизиться к желобу с едой.

– Я покажу тебе, кто здесь слабый, – пригрозила одна из пятнистых мальков; помчавшись прямо на своих обидчиков, она умудрилась забраться на одного из самцов и принялась пырять его заостренным осколком коры. Нуль-Гаусс была занята мальком, который как раз пытался выбраться из яйца и могла лишь покрикивать на них из яйцефермы.

Изможденная работой, разбитая и злая, Уме-Уми бросилась на дерущихся мальков и отшвырнула их в сторону быстрым шлепками манипулятора.

– А ну прекратили! – свирепо воскликнула она, глядя на них пылающими от гнева темно-красными глазами. – Вы перестанете драться и будете есть в тишине. – Мальки, кое-кто из которых все еще хныкал от ее шлепков, собрались вокруг желобов с едой и приступили к полуоборотной трапезе. Из яйцефермы, наконец-то, вышла Нуль-Гаусс, которая толкала перед собой новоиспеченного малька, направляя его к общему желобу.

– Я не знаю, что и делать, – устало призналась она. – Похоже, что с каждым оборотом драки случаются все чаще и чаще. Я все время твержу им, что мы должны работать сообща, но они просто не слушают.

– Может, дела пойдут лучше, когда часть юнцов станут достаточно взрослыми, чтобы нам помогать, – сказала Уме-Уми; затем, прежде чем вернуться на поля, она заглянула на урок инженерного дела. Юнцы ввязались в спор.

– Не бери это, дурачок, – сказал одни пятнистый юнец другому, без пятен.

– Почему? Как по мне, он выглядит спелым.

– В нем яйца земляных слизней.

– С чего ты взял?

– Это же очевидно, – ответил пятнистый. – Посмотри, как его цвет отличается от соседнего.

– Я никакой разницы не вижу, – ответил первый.

– Это потому, что у тебя «обычные» глаза. – Пятнистый чила с явной гордостью выпятил четверку розовых глаз. – У нас, пятнистокожих, есть «специальные» глаза, которые могут видеть то, что не видят простокожие. Вот это и делает нас такими особенными.

– Не такой уж ты и особенный, – возразил чила без пятен, поднимая хватательную палку, при помощи которой он доставал фрукты с высоких растений.

– Довольно уже этого вздора, – крикнула издалека Уме-Уми. – Вы уже большие юнцы, а ведете себя, как кучка мальков.

Пока Гомановская Траектория занималась свиточной работой, часть ее глаз заметила, что одна из звезд начала быстро увеличиваться в размерах. Отпустив свиток и дав ему свернуться, она направилась к командной палубе. Звезда тем временем становилась все больше, и когда адмирал добралась до палубы, впереди звезды уже виднелась желтовато-белая крупинка. Это было последнее из крупных межзвездных исследовательских судов, Абдул Нкоми Фарук. Теперь в межзвездном пространстве оставалось лишь несколько разведывательных кораблей.

– Восточнополярная станция вызывает Абдул, – обратилась Гомановская Траектория. При дистанции в тридцать километров задержка в передаче сигнала составляла почти два метоборота. За время ожидания спинорные варп-двигатели Абдула отключились, и звезда снова отступила в темное небо; сам же корабль остался на орбите вокруг Яйца.

– Капитан межзвездного исследовательского корабля Поисковый Глаз по вашему приказу прибыл. Капитан Дальняя Странница и адмирал Разрезающий Сталь получили последние координаты наших разведывательных кораблей и все еще занимались их поисками, когда мы взяли курс сюда. Как обстоят дела на Яйце? Мы все обеспокоены.

– Хуже некуда, – ответила Гомановская Траектория. – Нам приходится полагаться на умения эстрадной певички, которая впустую потратила целых две дюжины колоссов. Как только вы прибудете на станцию, я созываю общее собрание.

Главная конференц-чаша космической станции была забита битком. Более просторные каюты для собраний в других местах станции оказались буквально запружены обеспокоенными космитами, которые наблюдали за происходящим в главной чаше по видеосвязи.

– С того момента, как звездотрясение катастрофической силы уничтожило цивилизацию Яйца, прошло две дюжины оборотов, – начала Гомановская Траектория. – Я сделала все возможное, располагая лишь мизерной поддержкой с поверхности, но даже сейчас ситуация кажется совершенно безнадежной. Единственный из оставшихся на Яйце инженеров растекся прежде, чем мы успели его спасти. Теперь мы вынуждены обучать новых инженеров, имея в качестве преподавателя лишь эстрадную певицу.

– С учетом обстоятельства справляется она весьма неплохо, – возразил Утесный Паук. – Проблема в том, что без роботов и других машин, которые могли бы облегчить труд чила, всем, кто остался на поверхности, приходится тратить изрядную часть своего времени ради простого выживания. Мы в меру своих возможностей помогаем им советом, но связь с задержкой в два клособорота этому никак не способствует.

– Сколько времени им потребуется, чтобы привести в рабочее состояние одну из гравитационных катапульт? – спросил кто-то из аудитории.

– Все зависит от того, сможет ли Уме-Уми удержать ситуацию под контролем и обеспечить нормальную работу учебных классов, – ответил Утесный Паук. – Если да, то, отбирая чила со способностями к гравитационной инженерии и освобождая их от работы, чтобы они могли сосредоточиться на учебе, мы вскоре вырастим достаточно компетентных специалистов, которые смогут изучить катапульты на восточном и западном полюсах и сообщить нам о масштабах ущерба. И даже если повреждения не слишком велики, потребуется еще одна-две дюжины колоссов, чтобы подготовить группу инженеров, которым будет по силам заняться ремонтом, восстановить силовую установку, необходимую для работы катапульты, и ввести ее в эксплуатацию.