Чтение онлайн

Итак, информация становится товаром массового спроса, а следовательно, объемы ее реализации колоссально возрастают. Однако у информации как товара есть существенные особенности, которые важны для понимания нашей темы.

Во-первых, отсутствие привычного материального вида товара. Разумеется, когда вы идете на концерт, то прекрасно понимаете, что надо платить, и часто очень немалые деньги. Поэтому человек думает, стоит ли идти, получит ли он предполагаемое удовольствие и т. п. Но ведь основная часть информации преподносится как бы «бесплатно». Это ослабляет внутренний контроль потребителей, появляющийся, когда надо тратить деньги.

Но, как известно, ничего бесплатного не бывает. Что же требуется от человека вместо денег? Казалось бы, не так много. Его время, внимание, память, психика, участие в рейтинге программы и т. п., и те же вещи от членов его семьи, его детей. На самом деле, это весьма дорогие блага, но которые, к сожалению, современным человеком пока ценятся недостаточно. Благодаря отсутствию фильтра, регулирующего объем получаемой человеком информации, у руководителей этого бизнеса появляется колоссальная возможность использовать эфир не только для рекламы товаров, но и для популяризации тех или иных персон, для приобретения известности ранее неизвестными людьми. А потом это дает свою собственную прибыль.

Во-вторых, чтобы потребитель не распух от информации, особенно серьезной, ее готовят соответствующим образом. Хотя сатирик считает, что нет ничего вместительнее пустых голов, все же количество сведений, которое может запомнить наше «серое вещество», ограничено. Поэтому производитель стремится создавать такую информацию, которая, с одной стороны, легко усваивается, а с другой — легко забывается или может повторяться без надоедания. Как говорится, в одно ухо влетает, в другое — вылетает. Следовательно, нужно меньше серьезной и больше развлекательной, несложной, рассчитанной на самых примитивных людей информации. Она же будет и наиболее массовой, что всегда очень выгодно.

Вот так, к сожалению, и получается, что когда нас пичкают и пичкают всякой ерундой, нередко эти ерундовые сведения вытесняют более важные (например, те, которые мы получили в школе).

В результате, как верно отмечает журналист С. Орлов, все чаще телезрители обращаются к «ящику» не за серьезной, объективной информацией о происходящих в стране и в мире событиях, а за чистой «развлекаловкой». А тот, кто пожелает найти такую серьезную информацию, будет разочарован: ее мало или вовсе нет. Только на специальных телеканалах, которые далеко не везде доступны, она имеется в достаточном количестве.

А в связи с тем, что объемы информации возрастают, нужны постоянные сенсации, свеженькое, не важно о чем, лишь бы позаковыристее. Не так давно в Германии произошел ужасный случай: один человек съел другого, причем самое чудовищное, что съеденный отдался этому добровольно и даже начал участвовать в съедении себя самого, прежде чем партнер по пиршеству убил его. И сейчас же этого людоеда обступила толпа репортеров, боящихся упустить хоть слово, хоть жест каннибала. А за право экранизировать это безобразие возникли страшные конфликты между режиссерами.

А если сенсаций нет, их просто выдумывают. Естественно, требуются и соответствующие создатели информации. «Мне нужны такие журналисты, которые пишут для сегодняшнего дня и забывают завтра все, что написали сегодня», — говорил еще много лет назад один газетный воротила [35] .

В-третьих, возникает определенная зависимость от товара. Людям надо обязательно чем-то заполнить досуг. Многие вообще уже не могут находиться дома или в машине, если у них что-то не включено, не говорит или не показывает. Поэтому информация становится товаром, без которого человек чувствует себя неуютно. В этом плане многие шоу, игры и прочее весьма напоминают алкоголь, торговля которым приводила к бедствиям для неразвитых этносов. Сибирские народы, индейцы и другие готовы были отдать за водку все и становились ее рабами. Также и сегодня многие люди стали рабами телеразвлечений.

В-четвертых, информация — это особый товар. Ведь с ее помощью о любой вещи можно создать нужное информатору или его заказчику представление, которое может сильно не соответствовать действительности. И это ее свойство станет темой следующей главы. Кроме того, информацию, по точному замечанию одного социолога, в отличие от других товаров разрешается только брать и использовать, а вернуть и обменять нельзя.

Из-за огромного объема все более разнообразной (и по большей части пустяковой информации), из-за возможности мгновенно передать ее из одного конца планеты в другой, людям все труднее донести что-то важное до других, если они сами не находятся в системе СМИ или не являются людьми известности. Поэтому, если бы мне пришлось придумывать эпиграф к этой главе, я бы сказал так: «Лучший способ не затеряться в мире — стать знаменитым».

Как-то я прочитал детектив, в котором фигурировал совершенно невероятный, однако, небезынтересный для нас мотив убийства. Книга была написана лет 50 тому назад во Франции. Убитым оказался фабрикант стандартной мебели, которая тогда во Франции только входила в моду. Было непонятно, кому он мешал. Но когда, наконец, убийцу нашли, выяснилось, что тот просто ненавидел стандартные вещи и их производителей. Этот человек считал, что такая мебель безобразна и противоестественна, не идет ни в какое сравнение с мебелью, которую делают на заказ, в которую мастер вкладывает любовь и душу. Поскольку я сам вырос уже в эпоху такой стандартной фабричной мебели, то далеко не сразу смог понять, что во многом этот герой все же был прав.

Однако время стандартизированных вещей наступало неумолимо. И теперь мы живем в стандартных домах и квартирах, среди стандартной мебели и вещей, носим стандартную одежду, едим стандартную пищу, смотрим стандартные передачи. Недаром же нас не удивляет история знаменитого водевильного фильма «Ирония судьбы, или с легким паром», когда герой попадает вместо Москвы в Ленинград, но таксист довозит его по названному адресу, он открывает стандартным ключом стандартный замок и, не замечая разницы в обстановке, ложится спать в чужой квартире, принимая ее за свою.

Производитель всегда стремился удешевить производство, увеличить его объемы. Это было возможно только при стандартизации. Появление более дешевых стандартных вещей позволило их покупать массам людей, которым они прежде были недоступны. Так в 50–60-х годах XX века возникло общество, которое назвали обществом массового потребления. Производство товаров массового спроса постепенно создало и новых потребителей. «И производителей и потребителей словно пропускают через жернова массового производства, они выходят оттуда совершенно одинаковые», — верно замечал один социолог. Он также писал: «Люди в качестве потребителей вынуждены отказаться от собственных вкусов. В конечном счете производство стандартизированных вещей требует производства стандартизированных людей».

Производство стандартных вещей сильно повлияло и на моду. Мыслители всегда осуждали тиранию моды. «Люди от природы настолько склонны подчиняться, что с них мало законов, управляющих ими в их слабости, им недостаточно повелителей, данных судьбой, — им подавай еще и моду, которая предписывает человеку даже фасон башмаков» [36] . Но модники и модницы пропускали эти нравоучения мимо ушей, а чаще и вовсе не знали о них. Значит, какую-то роль в обществе мода играет. Я думаю, что, во-первых, она снимает с человека заботу, как правильно себя вести; во-вторых, является частью того механизма, который понуждает людей расставаться с еще добротными вещами, которые можно было бы носить и носить. Современная мода — это часть гигантского механизма расточительства, без которого экономика не работала бы.