Звезды МУРа. Золотой век московского сыска
Шрифт:
Капиталистическая экономика одним волшебным росчерком пера в Москве или Санкт-Петербурге приводит в движение тысячи ревущих моторов мощных грузовиков, которые, подчиняясь виртуальной команде по интернету, как зачарованные срываются с места и, не щадя колес, мчат в назначенный срок к месту доставки.
Может ли криминалитет спокойно взирать на передвижение по стране такого богатства и не вмешаться в его перераспределение? Кто же упустит шикарную возможность в неразберихе автопотоков присвоить чужой груз огромной стоимости? Ведь, строго говоря, пока фура, как наземный лайнер, рассекает пространство, её груз безнадзорный, а с точки зрения преступников он просто ничей.
И если этими мчащимися по дорогам лавинами можно управлять из чистенького, хорошо отделанного офиса, меняя движение фур по своему выбору, то почему то же самое нельзя проделать из, скажем, съёмной квартиры по фальшивым координатам? Сбивая с толку водителей и меняя движение груза таким образом, чтобы он попал в заказанное кем-то место? Ведь капитализм допускает такую «эффективную» форму хозяйствования, как фирмы-«однодневки»?
Однажды на территории подмосковной воинской части Кшевицкий, Трушин и Матвеев обнаружили две фуры с разбойного эпизода. Это когда фуры останавливают на пути и перегоняют в укромное место для перегрузки и дальнейшей продажи товаров. Возможно, полковник, командир части мог и не знать, что «приютил» у себя на территории ворованный товар, шины для автомобилей, но когда он узнал об этом от оперативников и принял груз на сохранение, должен был насторожиться. Вместо этого, на следующий день, когда ему позвонили из МВД, он «порадовал» оперативников сообщением, что фуры угнали… Как это могли угнать фуры с территории охраняемой воинской части!? А вот так, угнали и всё.
Сначала у оперативников из Министерства такие дела вызывали немалое недоумение: как вообще такое может происходить? Но вскоре недоумение рассеялось, когда стало понятно, что склады, ожерельём окружающие магистрали, делятся на «чистые» и «грязные»
«Чистые», настоящие транзитные склады, собирают грузы для их дальнейшей транспортировки строго по назначению и накладным, а «грязные», детища фирм-«однодневок» – настоящие воровские логова, где прячут украденный или отнятый на большой дороге товар. По внешнему виду, из окна проезжающего автомобиля, один склад от другого не отличишь.
Но как товары, направляемые на нормальный склад для дальнейшей переадресации, попадают на воровской? Эта загадка долго мучила оперативников Кшевицкого. И вот что они обнаружили.
Те же шины производит Московский шинный завод. Заключена сделка, по которой Казань закупила шинную продукцию и её должны на грузовиках перебросить покупателю на берега Волги. В дело вступают грузоперевозчики. Нанимают водителя фуры, он получает груз, оформляет накладные документы, к нему подсаживают экспедитора. Груз отправляется в дальнюю дорогу. Но стоит только выехать за ворота завода, экспедитор получает телефонное распоряжение – обстоятельства изменились, груз пойдёт по железной дороге, направляйтесь в подмосковный склад и там разгрузитесь для дальнейшей транспортировки в товарных вагонах. Ничего не подозревающий шофёр везёт шины на «грязный» склад. Оттуда их небольшими партиями будут перевозить на «чистые» склады с дальнейшей «добросовестной» реализацией. Концов этой аферы не увидишь. А что же экспедиторы? Какая у них роль?
Кшевицкий, Трушин, Матвеев опросили шоферов, и пришли к однозначному выводу: экспедиторы представляют фирмы-«однодневки». Когда на завод-изготовитель приезжали настоящие представители фирмы-покупателя, проданный товар уже растворился в чреве «грязных» складов. Но ведь кто-то стоял за паутиной хозяйственных связей, кто-то хорошо осведомленный сначала звонил покупателям и предлагал транспортные услуги: вам нужно перевезти груз, пожалуйста, в районе погрузки у меня есть транспорт и по доступной цене мы вам поможем перебросить любой товар. Кто-то открывал фирмы-«однодневки», направлял от их имени своих экспедиторов и, наконец, самое главное – этот кто-то был в курсе всех сделок и хорошо знал транспортные возможности в разных регионах.
Технические возможности переоформления сделок сегодня не имеют границ. К услугам «чёрного бизнеса» интернет с его экономией времени и пространства, так называемые экспедиторы могут возить с собой в грузовиках принтеры и ноутбуки. И все же где-то в неизвестности скрывался режиссер всей этой грандиозной постановки, сценой для которой служила вся необъятная Россия.
Чтобы подобрать ключ к разгадке, требовалось вроде бы немного – найти в неизвестности этого таинственного незнакомца, сумевшего обложить оброком десятки солидных фирм.
И на помощь опять пришла «палочка-выручалочка» опергруппы: Татьяна Гречко. В паутине телефонных разговоров она дотошно исследовала, откуда идут сигналы с указаниями на переадресацию грузов и когда получила результат поиска, отказалась себе поверить…
Когда Татьяна рассказала, что ей удалось установить, операм показалось – они ослышались. По её мнению все распоряжения по переброске грузов с одного склада на другой поступали из тюрьмы!
– Это действительно так? – спрашивали оперативники
– Я проверила несколько раз, человек находится во Владимирском централе и связывается с людьми на воле по нескольким мобильникам. Все его трубки у меня на контроле.
Срочно проведенная проверка показала – манипулировал потоком грузов некто Проторов (имя изменено). Отъявленный зек, осужденный по нескольким тяжелым статьям УК за убийство, изнасилование, разбой к двадцати шести годам отбывания под стражей. Из них десять лет за преступления особой тяжести ему полагается отбывать в «крытке», то есть в тюремном заключении. Наказание суровое. И по конфиденциальной информации уже из тюрьмы, Проторову нужно найти триста тысяч долларов, чтобы его комиссовали по причине неизлечимой болезни…
Так ли оно на самом деле, или это только слухи, но факт, что он сумел развернуть грандиозную панаму, в которую на воле оказались втянуты десятки ничего не подозревающих людей…
Хотя нашлись и сообщники, кто помогал Проторову быть в курсе сделок с покупкой и продажей товарных партий. Оперативники очертили круг причастных лиц и все затеи Проторова были взяты под плотный контроль. Грузы стали менять ориентиры движения. У Проторова начались сбои.
Возникали даже комичные моменты. Часть похищенного груза оперативники переправили на «чистый» склад. Не посвящая в подробности коллег из УВД «Южный порт», опера с Житной попросили их заняться проверкой доставки. И какой же стоял гомерический хохот, когда они на следующий день прочитали в сводке, как начальник криминальной милиции УВД через экспедитора, который и не подозревал, что по воле оперов переадресовал груз на «правильный» склад, связался с Проторовым и попросил его прибыть в УВД для выяснения некоторых вопросов. На что Проторов ответил, что сам он вряд ли приедет, но кого-то пришлёт обязательно…
В оперативную прослушку попадали переговоры Проторова с «кинутыми» им предпринимателями. Некоторые из них ещё не понимали, что стали жертвой, и с удивлением слушали, как невидимый собеседник нагло отвечал на их просьбу вернуть груз: «Может быть, тебе ещё назвать номер груди моей жены? Ты что, не понял, этот груз больше не твой, а мой! Можешь забыть и умыться». Знали бы эти несчастные, откуда вещает их собеседник…
Раскрытие этого уникального преступления стало известно президенту Медведеву и он распорядился поощрить наградами всех оперативников, участвовавших в операции. И несмотря на то, что эти награды для них не первые, боевая четверка с Житной улицы достойна такого поощрения президента.
Ну а Проторову к судимостям не привыкать, хотя эта последняя по счёту, и, надо надеяться, окончательная для пресечения криминальной фантазии неуемного субъекта.
Эхо «Сказок венского леса» на Петровке, 38
В этом городе музыки, в конце девятнадцатого века, великий Иоганн Штраус сочинил знаменитый вальс «Сказки венского леса», под который до сих пор продолжает танцевать ликующая Вена, вечно благодарная своему кумиру.
Но вот сегодня киллеры из России превратили венский лес в страшную сказку с трупами своих жертв, которые они там закапывают так, как будто они не в воспетом композитором волшебном уголке Европы, а у себя, в Подмосковье, уже давно ими превращённом в криминальное кладбище…