Чтение онлайн

– К сожалению, всё не так просто, – сокрушённо продолжил Чиж, – и тот и другой ограничены лимитами. То есть Пхукунци может снимать с родовых счетов не более двадцати лямов в месяц. А для того, чтобы снять большую сумму, необходимо ввести коды, которыми владеют двое особо почтенных старейшин. Они наблюдают в том числе и за тем, чтобы Мганга Пхукунци не очень зарывался. Примерно так же дела обстоят и у Лирока. Только там не старейшины, а члены совета директоров «Лирок Армз»…

– А что это значит? – озадаченный вид Гвидо заставил меня улыбнуться, – и ты не назвал лимитов Лирока, кстати…

– У Лирока лимит немного больше, чем у Пхукунци, – ответил Чиж, – он имеет право снимать единолично тридцать пять миллионов кредитов в месяц.

– А попроще можно? – пробурчал Гвидо, – ты скажи, что мы с этого можем поиметь… Только чтобы понятно было.

– Пока их не хватятся, или пока они не вернутся и не сменят коды доступа, мы будем каждый месяц выбирать средства в пределах доступных лимитов. Кстати, за этот месяц мы эти лимиты уже выбрали, и на данный момент денежки уже осели на нашем счету.

– Так что, мы так и продолжим потихоньку их обезжиривать, пока они не догадаются сменить коды? – с радостным удивлением спросил Дрищ.

– Да, – ответил Чиж, – я ожидаю, что ни тот, ни другой в обозримом будущем в родные пенаты не попадёт. А чтобы объявить их мёртвыми или пропавшими без вести, тоже требуется немалое время. Так что в течение какого-то срока мы будем беспрепятственно изымать всё новые и новые суммы.

– А если они захотят перевести все остатки на другие счета? – это Тихий проявил интерес.

– Так пускай себе хотят, хотеть, как говорится, не вредно, – беззаботно ответил Артём.

– Ага, – хмыкнул Тихий, – вредно не хотеть… А если серьёзно? – и он обратил свой голографический лик к Чижу.

– Они физически не смогут перевести остатки с этих счетов, – мягким голосом разъяснил Чиж, – это слишком крупные суммы, и для этого нужны коды, которыми распоряжаются наши два кислых друга. Единственное, что можно сделать, и что наверняка будет сделано, так это то, что денежные потоки будут перенаправлены на другие счета. Ну и те, у кого есть персональные лимиты, будут их выбирать полностью. Но и даже в этом случае довольно крупные деньги уйдут к нам, пусть и не сразу.

– Вот теперь всё понятно, – удовлетворённо крякнул Гвидо.

– Ну, раз тут всё всем понятно, – я вклинился в разговор, – тогда давайте перейдём к следующему пункту нашей программы.

Все посмотрели на меня, и мне пришлось продолжить фразу:

– Теперь я даю слово Гвидо или Дрищу, – я покосился на их голограммы, – и они нам поведают, как обстоят дела на захваченных нами базах.

– Пусть Джимми вам всё расскажет, – буркнул Гвидо.

Ну да, оратор из него, скажем так, не очень. Так что никто из нас не удивился, что он уступает право поведать нам о совершённых подвигах своему другу.

– На базах, принадлежавших ранее роду Пхукунци мы нашли массу полезных, и, прямо скажем, совсем не дешёвых вещей, – степенно произнёс Дрищ, а его голограмма обвела взглядом всех присутствующих. – самое заметное и дорогое, это стационарное энергетическое оборудование. То есть, на обеих базах имелись реакторные блоки. Причём эти системы были ещё и дублированы. На второй, более крупной базе, и энергетический кластер был в полтора раза мощнее, чем на первой…

Дрищ сыпал техническими терминами, как заправский энергетик. Рассказывал подробно, и не ленился обозначать все, сколь-нибудь значимые, детали. В частности он сообщил, что большая часть энергетического оборудования перешла к нам в более или менее рабочем состоянии. Хотя, конечно, обслуживали его кое-как.

Я, кстати, заметил, что арварцы вообще не утруждают себя уходом за техникой. Работает, и ладно.

Рассказав про реакторы, Дрищ перешёл к следующей группе оборудования, сопоставимой по стоимости с реакторами. Сейчас речь зашла об искинах. Помимо того, что мы таки взломали защиту центральных искинов, которые контролировали сети захваченных нами баз, нам достались и искины попроще, которые ведали отдельными секторами. Их, в общей сложности, оказалось аж тридцать четыре штуки.

Да, они были сильно дешевле главных искинов, но их и поболее было. Так что это была очень неплохая добыча.

Само собой, мы ориентировались на то, что всё это оборудование будет вывезено на нашу секретную астероидную базу. И за счет этого железа там будет кардинально повышена надёжность всех контуров. Ну и, управляемость, само собой станет гораздо лучше.

А что не впишется в новую схему, то, само собой, будет продано.

По тому, сколько именно мы сэкономим, и сколько выручим от продажи лишнего, Дрищ конкретные цифры сообщить готов не был. Но их никто и не требовал, так как все понимали, что сначала нужно будет составить подробные планы, взвесить варианты использования имеющегося оборудования, ну и так далее… То есть опять впереди необъятный объём работ.

Какой-то порочный круг. Чем больше мы делаем, тем больше нам сделать предстоит. Так, я чувствую, мы будем упахиваться ежедневно, пока от старости не умрём.

А если учесть возможности медицинских капсул и продвинутых технологий омоложения, то вкалывать в таком режиме мы будем вечно, до скончания времён… И зачем тогда, спрашивается, мы напрягаемся, если отдых, даже кратковременный, нам не светит от слова «совсем»?

– И ещё, – тут мордаха голограммы Дрища стала выглядеть совсем уж загадочно, – мы нашли на второй базе кое-что странное. – И на меня, поганец, уставился.

– Я ж вам карту дал, – вздохнул я, – полную карту. И ничего странного на ней, насколько я помню, не значилось.

– И тем не менее, – сказал Дрищ, явно рисуясь, – посмотрите внимательно вот сюда.

Как только прозвучали эти слова, над столом вспыхнула объёмная голограмма внутренностей второй арварской базы.

Зелёные и голубые нити киберграфики обозначали коридоры, тоннели, лифтовые шахты, и прочую начинку базы.

Золотистый луч лазерной указки упирался в тупик, которым кончался один из коридоров, уходивших вглубь скального массива.

– Не вижу тут ничего, – сказал я, – это просто тупик. Я так думаю, что арварцы хотели выкопать тут ещё одну полость, скорее всего, под склад или мастерские какие… А потом, как это у них часто бывает, бросили… То ли из-за лени, то ли планы изменились, то ли им просто надоело…

– Ну да, – согласился со мной Дрищ, хотя лицо у него при этом было, ну очень ехидное. – Только вот, когда я прошёлся, чисто для очистки совести до конца этого коридора, то упёрся в дверь… Ну, если эту толстенную плиту из прочнейшего композита можно назвать дверью. Больше на шлюзовые ворота линкора похоже…