Детская проза

Я уже пять раз лежала в нейрохирургии. В два месяца, конечно, ничего не помнишь. В три года — тоже не особенно соображаешь, что с тобой делают. А вот в шесть лет становится страшно. Только что вроде узнаёшь, что люди умирают. И тут тебе говорят: «На операцию!» И ты думаешь: «А вдруг врачи отвернутся…

Один раз я видел, как одна совсем маленькая девочка учила поросёнка говорить. Поросёнок ей попался очень умный и послушный, но почему-то говорить по-человечески он ни за что не хотел. И девочка как ни старалась – ничего у неё не выходило. Она ему, я помню, говорит: – Поросёночек, скажи: «мама»! …

Мальчик стерёг овец и, будто увидав волка, стал звать: – Помогите, волк! Волк! Мужики прибежали и видят: неправда. Как сделал он так и два и три раза, случилось – и вправду набежал волк. Мальчик стал кричать: – Сюда, сюда скорей, волк! Мужики подумали, что опять по-всегдашнему обманывает, –…

Один человек сказал, что он хочет так жить, чтобы враги боялись его. А другой сказал, что лучше так жить, чтобы враги боялись, а друзья бы любили. А третий сказал: – Лучше так жить, чтобы не было врагов, а чтобы все были друзья.

Были брат и сестра – Вася и Катя, у них была кошка. Весной кошка пропала. Дети искали ее везде, но не могли найти. Один раз они играли возле амбара и услыхали – над головой кто-то мяучит тонкими голосами. Вася влез по лестнице под крышу амбара. А Катя стояла внизу и всё спрашивала: «Нашёл? Нашёл?»…

На площади в одном городе лежал огромный камень. Камень занимал много места и мешал езде по городу. Призвали инженеров и спросили их, как убрать камень и сколько это будет стоить? Один инженер сказал, что камень надо разбивать на куски порохом и потом по частям свезти его и что это будет стоить восемь…

Когда я был маленький, меня послали в лес за грибами. Я дошёл до лесу, набрал грибов и хотел идти домой. Вдруг стало темно, пошёл дождь и загремело. Я испугался и сел под большой дуб. Блеснула молния, такая светлая, что мне глазам больно стало, и я зажмурился. Над моей головой что-то затрещало и загремело;…

Шли по лесу два товарища, и выскочил на них медведь. Один бросился бежать, влез на дерево и спрятался, а другой остался на дороге. Делать было ему нечего – он упал наземь и притворился мёртвым. Медведь подошёл к нему и стал нюхать: он и дышать перестал. Медведь понюхал ему лицо, подумал, что мёртвый,…

У меня была мордашка. Её звали Булькой. Она была вся чёрная, только кончики передних лап были белые. У всех мордашек нижняя челюсть длиннее верхней и верхние зубы заходят за нижние, но у Бульки нижняя челюсть так выдавалась вперёд, что палец можно было заложить между нижними и верхними зубами… Булька…

На следующий день бабушка так и сделала. И девочка долго бегала во дворе, прыгала и кричала. Это было ужасно здорово! Потом она устала и пришла домой. А дома папа как раз собрался съесть яичницу с помидорами. И тут девочка подскочила к нему и сказала: – Дай! И съела. Сама. Без кота. С тех пор девочка…

В 1945 году я приехал учиться в Москву, представляя собой довольно сумбурную личность. Я был малообразован, чудовищно застенчив и к тому же плохо одет. Я почти никого не знал в громадном городе, не сумел подружиться ни с одним сокурсником и зачем-то с утра до ночи занимался писательством. При этом мне…

Чтобы прожить, приходилось заниматься самой разной работой — Алёша был учеником киномеханика, поварёнком, торговал газетами, учился на курсах киноактёров, был внештатным кинорепортёром, печатался в журналах. В 1926 году друзьям пришла в голову мысль написать книгу о Шкиде. Рукопись книги, которую они…

— А ты брось смеяться, — сказал долговязый. — Ты ничего не понял, ясно? — Да ну! — сказал я. — Что я, дурак, что ли? — А что — нет? — спросил он. — Может, ты отличник? — Не отличник, — сказал я, — но понимаю не хуже вас. Долговязый набрал…

2 Анна Александровна пришла с Верой. Она каждый вечер заходила за ней после работы в детский сад. Женя бросилась навстречу, обняла маму. Верочка капризно сжимала губы, ожидая, когда Женя ее разденет. — Какие вы мокрые! Холодные! — говорила Женя, раздевая сестру. Я вас ждала, ждала. Одной дома скучно.…

На кухне продолжается объяснение — Манана примчалась уже с родника, в один миг обернулась. Старается. — Мам, а на ферму я больше не пойду, — говорит она, запыхавшись. — Да… — Мама тянет с ответом. — И на ферму не пойдешь, и в кино тоже… Манана молчит. — Завтра не…

Гела тихий мальчик, спокойный. И на уроках такой; пока все не продумает, не взвесит, не ответит на вопрос. И на переменках не носится, как другие. Позвонили в дверь, я бросился открывать. Открыл — передо мной стоял Джуаншер. Он сразу протянул мне ключ. — Отец велел тебе передать, это от квартиры…

захотел потереться спиной о его голые ноги, прикрытые банным халатом. При первом нежном и ласковом прикоcновении моей спинки, он испугался и очень быстро обернулся, словно хотел меня ударить. Но не ударил. Только немного разозлился и сказал мне: - Глупый кот! Потом включил свет и даже перед тем,…

image l:href="#i_004.png" > По морю ходят военные корабли, в небе летают военные самолёты — «охраняют нас с Микой», — так говорит мама. И ещё она говорит: «Не бойтесь, не пропадём! Фашистам крышка!» Но всё же, когда стреляют зенитки и воет сирена воздушной тревоги, а мамы дома нет, нам с Микой…

— У отца рыбу скупал важный господин, звали его мосье Шарль, — сказал Ахмет, проглотив слюну. Хашим заметил это. — Хочешь отведать? — спросил он, вынимая лепёшку из печки. — Только сначала подмети тротуар возле прилавка. Ахмет проворно подмёл тротуар, даже полил водой, чтобы улеглась пыль, и, сполоснув…

И все было бы хорошо, если бы на ясном небосводе моего благополучия не болталась одна темная тучка – я все еще никак не росла. Уже и восьмиклассницы обошли меня, и даже некоторые из седьмых, а я все еще плелась в хвосте на физкультуре. Мама даже водила меня к врачу, но в поликлинике сказали, что со мной…