Классическая проза

— Это день из дней, — сказала она, когда я подошел, — день всех дней для жизни или смерти. Прекрасный день для сынов земли и жизни, а еще более прекрасный для дочерей неба и смерти! — Я поцеловал ее в лоб, а она продолжала: — Я умираю, но все же буду жить. — Морэлла! — Не было таких дней, когда…

В одном углу стены находилась толстая дверь, накрепко запертая, вся в замках и острых железных штуках. Какой глубокий страх вселяла она! Она отворялась только в трех вышесказанных случаях для нашего входа и выхода; скрып ее огромных петель был исполнен для нас таинственностью, и давал повод к большим…

Ночью, после этого дня, я был пробужден от сна криком: пожар! Занавески моей кровати были охвачены пламенем. Весь дом пылал. Жена, служанка и я с большим трудом спасли свою жизнь. Разорение было полное. Все мое имущество сгорело, и я предался отчаянию. Я не буду так слаб, чтобы непременно отыскивать…

Через несколько минут, чудовище приблизилось к нам на такое расстояние, что мы ясно могли рассмотреть его наружность. Оно было вышиною с три величайшие дерева, если б поставить их одно на другое, и занимало пространство величиною с аудиенц-залу твоего дворца, о прекраснейший и великодушнейший из халифов!…

По мере того, как барон продолжал свой разговор, или скорее монолог, я заметил, что Герман все больше и больше волнуется. Наконец он заговорил, возражал на какой-то пункт, указанный бароном, и подробно мотивируя свое возражение. Барон отвечал, все придерживаясь своего прочувственного тона, и закончил…

В бешенстве закрыли мы подушкой устье фонографа, набросали сверху одеяла и плотные покрывала, дабы заглушить этот гнусный голос. Все было тщетно! Сквозь кляп, сквозь толстую шерсть, голос глухо, но сентенциозно хрипел: –  Кого не восхитят успехи нашего века? Любезные дамы по фамилии Гоувейас в смятения…

Девочка, безотчетно не опуская глаз, все глядела на дом, узкий двухэтажный дом, очень старый, построенный, наверное, в конце пятнадцатого столетия. Он прижался к самому собору и выступал между двумя контрфорсами, как бородавка меж пальцев ноги великана. И укрытый таким образом дом великолепно сохранился:…

Нам — особенно тем, кто жил в России во второй половине XX века, — эта книга должна быть особенно близка и понятна. Мы были свидетелями похожих процессов, и нам тоже казалось, что вот-вот перед нами распахнутся даль и ширь, горизонты отступят… Будущее сверкало так ярко, что впору было не снимать тёмные…

— Да, — сказал его младший сын менее терпеливым тоном, — через день-два он нам скажет, что публика не доросла до его сенсационного шедевра, а ещё через три недели он будет сходить с ума от идеи написать драму по стихам Херика или еще какому-нибудь многообещающему материалу. А затем случилось нечто…

— А где же львы? — с надеждой поинтересовался Эрик. Он читал историю Древнего Рима и думал, что там, где можно обнаружить христиан, вполне разумно ожидать появления нескольких львов. — Никаких львов нет, — сказал Харви. — Вот и другое гражданское лицо, Роберт Райкс, создатель воскресных школ, а это…

— Не будем беспокоиться про эти 3.12, - сказала миссис Грейс, — давай пойдем и обсудим это с Лорой Липпинг. Сегодня ее день. Когда темнолицый мальчик явился в магазин на следующий день со своим медным блюдом для покупок, собралось уже немало клиентов, большинство которых, казалось, растягивали свои…

— Очень скучный способ, по-моему, — сказала миссис Тандлфорд. — Я как раз собиралась показать всем вам фотографии, которые сделала в Венеции прошлым летом. — Вы показывали их нам вчера вечером, — поспешно произнесла миссис Куверинг. — Те были сделаны во Флоренции. Они совсем другие. — О, ну, в…

— Теперь, Виктор, ты должен пойти и купить хорошую куклу для твоей кузины Берты. Она подарила тебе чудесную коробку солдатиков на день рождения, и ты должен сделать ей подарок в ее праздник. — Берта — жирная маленькая дура, — произнес Виктор голосом, столь же громким, как у его матери, и еще более…

На одной из больших льдин, плавно покачиваемой волнами, я увидал огромного тюленя с блестящей кожей и большими глазами. Тюлень невозмутимо смотрел на наш пароход и не испытывал, повидимому, никакого страха. Он как будто бы знал, что охота на тюленей начнется только через три недели. Наконец, наступило…

— Здравствуйте, Тереза. Я просто изнемогаю. Это явилась княгиня Сенявина, гибкая, укутанная в меха, как бы неразрывно связанные с ее смуглым неистовым телом. Она порывистым движением опустилась в кресло и голосом резким, хотя и ласкающим, сочетавшим в себе нечто мужское и нечто птичье, сообщила:…

Психейно-больные Юродома, как уже сказано, были людьми особого порядка, отчасти человеками бывшего искусства, или, лучше сказать, человеками бывшей возвышенной мысли: поэты, философы и прочие мудреные писатели, именуемые исключительно для вечности, то символистами, то мистиками, то иными, некогда возвышенными,…

Стэдмен потерял дар речи. Он ничего подобного не ждал. — Через десять дней, — срывающимся голосом произнесла Корнелия, — моему мужу будет шестьдесят. И я не знаю, сколько нам придется ждать, прежде чем мир проснется и осознает, что он — один из величайших художников всех времен. — Она закусила губу…

Волком мы называем страх перед новым, консерватизм, неорганизованность, лень, нетерпимость. Пастухом мы называем дисциплину (социалистическую). Дубинкой мы называем бесперебойную поставку сырья, сокращение простоев дня, позитивное использование времени на работе, интегрированное управление производством……

— О Анри, как больно мне слышать от вас такие слова! Что это — игра или предлог, чтобы уйти? Зачем было просить меня о свидании, если вам оно не приносит счастья и если в вас так мало доверия ко мне? Молодого человека вновь пронизала дрожь, и, упав на колени, он воскликнул: — Лучше бы мне…

— Хэлло, Гарри-галчонок! — крикнул мистер Шельби и, свистнув, бросил ему гроздь темного винограда. — На, подбери! Ребенок кинулся со всех ног за подачкой. — Подойди-ка сюда, Гарри-галчонок! — смеясь, позвал его Шельби. Мальчик подошел, и Шельби, погладив его по кудрявой головке, взял его за подбородок.…