Классические детективы

Ее размышления прервала Руна Мередит, девушка, живущая в конце коридора. Она была в короткой нижней юбке, босая, в руке гребень, в зубах сигарета. – Доброе утро. С нашей леди Вер-де-Вер [1] что-то случилось? – Не отзывается, – буркнула хозяйка. – Может, ушла куда-нибудь? – Она не уходит, пока…

– А где ваша жена хранит драгоценности? – В чиппендейловском бюро рядом с туалетным столиком. – И оно было открыто? – В том-то и дело! Понятно, что леди встревожится, увидев, что ее бюро взломали. Тогда я, несмотря на жгучий холод, решил осмотреть наши владения, помня о том, что накануне выпал…

– Полынь, – проговорила Ким Ханг и, причмокнув губами, добавила полынь к списку ингредиентов, который записывала себе в блокнот. Она подлила пива Уайпорн. – Полынь! – крикнула Доктор Любовь. Прозвучало очень похоже на Ким Ханг. Та испуганно обернулась, прижав ладонь к горлу, точно попугаиха обладала…

Сосед видел, как из квартиры выходил какой-то молодой человек, но затруднялся точно охарактеризовать его внешность. А вот допрошенная полицией четырнадцатилетняя Мэри Борроумен, несмотря на вечерний час и слабое уличное освещение, весьма подробно описала выбегающего из дома молодого человека. Обыск…

С этим, вероятно, согласится и сам Конан Дойл, если он сейчас наблюдает за нами из своего спиритического далёка. Но вот публикацию рассказа «Прискорбный случай» он наверняка бы не одобрил. Однако никого из тех, чьи чувства могли быть затронуты, уже давно, очень давно, нет на свете, все раны отболели…

— Вы явились ко мне, — изрек он, — как некое божество на колеснице, изображенное хитроумным Иниго Джонсом [2] . Так доброго вам вечера, сестра Кеттл. А что стряслось с вашей машиной? — Пустяки, маленькая косметическая операция, — ответила сестра Кеттл и, не замечая, как…

Вначале их просто «достал» недельный шторм. Учитывая, что судно шло загруженное по самую ватерлинию, и их медленно и упорно сносило к югу от курса, в опасный район мелких островов, где запросто можно было напороться на подводную скалу или сесть на мель. Воронцов практически не покидал капитанского мостика,…

Ладонью бельгиец прикрыл свою кофейную чашку, надеясь сохранить в ней хотя бы немного тепла. Дело в том, что в этом неприглядном заведении на Сент-Грегори-Лейн, расположенном в той части Лондона, которую не принято считать особенно благоприятной для жизни, варили такой кофе, какого Пуаро не доводилось…

В начале лета 1879 года меня и Мориарти пригласил в Астон один из коперниковцев, доктор Реджинальд Хоэр. Реджинальд познакомил нас со своим молодым квартирантом Артуром Дойлом, студентом-медиком, который ему ассистировал и посещал от имени Реджинальда пациентов на дому. Мне он показался юношей наблюдательным…

В темноте повсюду светились фонари — к поискам присоединялись все новые люди. Даже женщины вышли на улицу. Мы не собирались сдаваться, даже если бы потребовалось искать целую ночь, — не обращая внимания на холод, голод и усталость. Сразу после полуночи вдалеке раздался громкий радостный крик.…

— Неужели? Почему вы так думаете? — Почерк полностью сформировавшийся, но не застывший, как бывает у пожилых. Она предельно вежлива, но чувствуется, что привыкла добиваться своего. С другой стороны, явно слышала о вас и склонна доверять. Мудрость вкупе со смелостью. Не сомневаюсь, что писала…

Дама была немолода, но стройности и грациозности ее фигуры вкупе с живостью походки и манер могли позавидовать и более молодые представительницы ее пола. Она была хорошо и по моде одета в синее платье — скромное и в то же время элегантное. Приятное лицо ее омрачали забота, тревога и усталость, а кроме…

— Луи де Гранвиль… Он, кажется, умер молодым? — вмешался я в разговор. Его светлость слегка улыбнулся в мой адрес. — Верно. Он умер от чахотки в возрасте двадцати семи лет. Известно только тридцать его полотен. И «Поклонение волхвов» считается лучшим среди них. Мне посчастливилось…

Скажу без ложной скромности, что по мастерству исполнения бокалы не знали себе равных: мой отец — искуснейший стеклодув — скрывает от других мастеров секрет своего опалового стекла, которое переливается прозрачной радугой. Разумеется, молодой чете оставалось лишь открыть бутылку игристого вина и выпить…

— Да, конечно. — Холмс нахмурился. — И все же я не вижу надобности в моем присутствии. Скотланд-Ярд и местная полиция способны защитить его величество. — Напротив, ваше присутствие совершенно необходимо! — возразил лорд Холдхерст. — На сегодняшний банкет приглашены посланники некоторых государств……

Холмс снова взялся за трубку и устремил на гостью свой пронзительный взгляд. — Должен признаться, я очень мало знаю о цирке. Какие, собственно, обязанности исполняете вы в этом представлении? — Когда Ровер наняли меня сразу после конкурса, они сказали, что я должна только ездить верхом во время рекламных…

— Помните необыкновенное дело «Глории Скотт», когда моя помощь потребовалась Виктору Тревору, моему университетскому приятелю? — Безусловно, помню, — отозвался я. Это дело принадлежит к числу тех, которые я записал во время долгой заграничной отлучки Холмса. — На много лет я потерял всякую связь…

— Совершенно верно, сэр! — Молодой человек захлопал в ладоши. Холмс вернул ему фотографию. — Разумеется. А теперь, может, все-таки расскажете о своем деле? — По-вашему, здесь есть какое-то дело? — недоуменно спросил я. — О да! — мрачно воскликнул Холмс. — Разве наш гость не говорил о деятельности…

— Но, дорогой Гольмс… — Тем не менее, он еще сохранил долю уважения к самому себе. Он ведет сидячий образ жизни, редко выходит на улицу, не привык к движению. Он средних лет, у него волосы с проседью, он недавно их стриг и мажет их помадой. Вот факты, которые можно вывести вполне определенно. — Ты,…

– Да, так точно, – говорила она, удивительно властно взяв дело в свои руки, – точно с южной стороны направления по Бэнбери-Роуд. Да! Будем ждать. В 10:15 тем же утром Морс неохотно, хотя и без сопротивления, дал согласие поместить себя в скорую. Там он, обутый в домашние шлепанцы, переодетый в чистую…