Крутой детектив

Сержант нервно облизнул непослушные губы, пытаясь заговорить, но я оборвал его. — Так вот, даю вам ровно один час, чтобы освободить Билли Паркса и отвезти его домой. Иначе, — с расстановкой произнес я, — я позвоню прокурору штата, и пусть он этим займется. Потом вернусь сюда и сделаю кашу из твоей…

— Когда я в последний раз видел твоего Флетчера, он всем представлялся как Питер. — Я его знаю? — спросила Дженни, которая могла не думать о милом мужчине, из милосердия убившем больную старушку-мать. — Он приезжал сюда в воскресенье. Когда мы играли симфонию Бетховена. Ты, помнишь, восемнадцатую.…

Но я не вмешивалась в траурный обряд, уступив инициативу тетушкам. Бум-Бум назначил меня своим душеприказчиком, и эта обязанность отнимала у меня достаточно много энергии. Я знала, что Бум-Буму наплевать, как именно его похоронят, а тетушки только и жили тем, что устраивали свадьбы и похороны родственникам.…

Ее последняя фраза прозвучала как приглашение к массовой оргии. Эта ее соблазнительно-сладостная интонация и сам голос невольно наводили на мысль, что она отрабатывала их часами в бурлящей ароматной ванне на пару с Тарзаном – Повелителем Обезьян. – Ну хорошо, – растаял я, – конечно. – О, как славно!…

Ударом ноги я оттолкнул стул и бросился к незнакомцу. Я ударил его в то мгновение, когда сверкнул занесенный над Риммой нож. Я постарался вложить в удар всю свою силу, но бил в сущности наугад. Удар пришелся где-то за ухом, и, хотя заставил человека покачнуться, все же чуть запоздал. Лезвие ножа…

– Считаю… Но вы ведь не знали Людвига. Его все боялись. Кроме того, он был ярко выраженным собственником, лейтенант. И если он что-нибудь покупал, то считал, что это уже всецело принадлежит ему. Это относилось и к людям… Он делил их на две категории: на тех, которых он уже купил, и на тех, кого он собирался…

— Хорошо, может быть, вы мне тогда хотя бы имя скажете? Или как мне его искать: по цветку в петлице? — У вас есть, на чем записать? Я вам продиктую по буквам. Я записал в блокнот. Получился какой-то Луис Цифер. — Так. А как это произносится? Мистер Штрейфлинг, с шиком грассируя, изобразил нечто…

Оставив поселок далеко позади, я наконец добрался туда, где все началось. Самая северная оконечность острова. Самая дикая. Ти Керн. Таможенная тропинка, петляя между изъеденными ветром, круто обрывавшимися в океан скалами, спускалась к бухточке, усеянной острыми, как лезвие ножа, прибрежными рифами.…

Совершенно серьезно Пат спросил: — О'кей. Кого же ты убил на этот раз? — Прекрати строить из себя дурачка. Говорю тебе, я нашел труп. И привези врача, у меня здесь больной ребенок. — Хорошо, оставайся там. Я немедленно выезжаю. А ты там ничего не трогай. Пусть все остается так, как есть. — Сам знаю.…

Мой отец стоял, согнувшись над могилами, и методично счищал граблями лишние листья. — Не смотри на него, — внезапно прошептал он. Я удивлённо повернулась. — Ты тоже его видишь? — Да, вижу. А теперь возвращайся к работе. — Но кто это?.. — Я сказал, не смотри на него! Его резкий окрик застал…

Я знал, что алкогольный лимит у меня превышен, поэтому сконцентрировался на дороге и ехал осторожно, поглядывая в зеркала на предмет голубых полицейских мигалок. В дни моей бурной юности я как-то раз прогулялся в участок по причине вождения в нетрезвом состоянии и теперь, заметив в зеркале заднего вида…

По ту сторону хрустальной зыби к его руке убийца приложил свою, в чёрной перчатке, и постучал по стеклу бритвенно-острой рукоятью охотничьего ножа. Вик сглотнул. Он пристально смотрел на маску убийцы, а она смотрела на него. Он склонил голову вбок, вправо: маска, будто в насмешку, отзеркалила его движение.…

Я подошел к ухмыляющемуся бармену и уладил затруднение. Эл говорил четыре часа подряд. Каждый раз, когда его стакан пустел, подходил бармен и наливал новый. На своем веку я повидал, как пьют, но это было что-то особенное. – Я ошиваюсь в этом городке уже пятьдесят лет, – сказал Эл, задумчиво глядя на…

Лучше всего в данном случае подошла бы, конечно, правда, но ему была неизвестна эта женщина, чтобы довериться ей до такой степени. Полное имя этой привлекательной, высокой, с пышным, хорошо сложенным телом особы двадцати девяти лет от роду, с волосами цвета меда и золотистой кожей, было Элизабет Руфь…

— В самом деле? — Послушай, дорогая, мне противно все время скрываться, проскальзывать в собственную квартиру словно вор. Противно спать с женщиной, о которой я почти ничего не знаю, разве что только имя. Я же говорил тебе однажды, есть в этом что-то... в общем, мерзко все это, понимаешь? — Брось,…

Войдя в «Пирожковую» и прищелкнув свое зеркальце к дужке, я заказал кофе. — Что, внезапно глаза стали сдавать, а, Патрик? Я взглянул на Джонни Дигана. Тот подливал сливки в мою чашку. — Чего? — Я про очки, — пояснил он. — Ведь сейчас март, а, считай, с Благодарения солнце и не показывалось. Так…

— Я так и знал! Вынул из ящика бутылку виски «Гленфиддик» и два стакана, поставил все на стол. Схватил врача за лацканы, поднял и, придвинув ногой кресло, снова усадил. После этого процедил сквозь зубы: — Возьми себя в руки, мать твою. Плеснул в оба стакана виски, протянул один стакан…

Конечно, Ларс не должен подозревать об истинных причинах моей ненависти к Анне-Пауле. Он вообще считает, что наше с Бритт страстное желание поймать и четвертовать нахалку опасно для нас же, потому мы старательно делаем вид, что обо всем забыли. Вряд ли Ларс верит в эту фальшивую амнезию, но пока молчит.…

– Тут заперто, что ли? Тихий удивленный голос Леры заставил Стасю отвлечься от фотосъемки. Она снова повернулась к воротам: оба организатора несколько растерянно рассматривали цепь, соединявшую решетчатые створки ворот. Стася заметила ее сразу, но как-то не подумала, что цепь эта замкнута на замок…

* * * Я предъявил билет и через турникет вышел к вокзальной стоянке. Некоторые из моих попутчиков направились к своим машинам, остальные остались ждать автобус. Капли дождя лениво падали на блестящий мокрый асфальт. Я огляделся по сторонам в поисках такси. Ни одной машины. Возле билетной кассы я увидел…