Проза

Итак, смирение перед богом, как отрицание своей конечной личности в пользу вечной истины, смирение, простирающееся до энтузиастической готовности идти, как на светлое торжество, на смерть за свое убеждение и, несмотря ни на какую меру страдания, признавать благою и правою волю божию, сознавая свою греховность…

— Поехал! Ну, Господь вам в помощь! Всем слушаться дядю Семёна! Лена! В носочках в воду не заходи больше! Ириша, держись! — Ангела-хранителя, Лёша! Через пять минут мой «БТР», как называет его отец Флавиан, с утробным рыком затормозил у церковной сторожки. * * * Про «БТР» (или «пепелац», «крокодил»,…

Как-то одна знакомая сказала: «Каждый раз, когда мужчина приглашает меня к себе домой на ужин, я думаю, что мы действительно будем ужинать…» Интеллигентная барышня, между прочим, с двумя высшими… Напротив нашего дома на улице Пушкинской в Ростове было общежитие мединститута. В полуподвальном помещении…

Жертв была одна. Серегин жилец — инвалид Гусев — помер с испугу. Его кирпичом по балде звездануло. А сам Серега Пестриков и его преподобная мамаша и сейчас живут на развалинах. И всей семейкой с нового году предстанут перед судом за кражу и дров пропажу. И только одно обидно и досадно, что теперича…

– Ну-с, – говорит он, – е2-е4. Классическое начало, так сказать. И тут в голову мне приходит спасительная мысль: буду повторять его ходы. – И я тоже – классический ход: е2-е4, – бодро говорю я и двигаю пешку. Через несколько ходов противник мой замечает подвох. – Позвольте! – говорит он. – Да вы…

Да и в небе — опасности со всех сторон. Противовоздушная оборона — зенитки, пулеметы; немецкие истребители. Которым в удовольствие безнаказанно завалить двукрылую стрекозу — одно развлечение. Однако летали. И самую слабость бипланов пилоты взяли на вооружение, их недостатки сделали достоинствами. …

Михаил Айзенберг ЛОРД и ЕГЕРЬ роман [1] Моей жене Тотчас видно, что не человек писал. Начнет так, как следует, а кончит собачиною. Н. В. Гоголь. Записки сумасшедшего Все персонажи этой книги вымышленные. Сходство с реальными людьми не входило в намерения…

Камаль Ваэд закрыл глаза. Он, конечно, знал, что есть люди, которые не могут обойтись без парадоксов, но его угнетала мысль, что сейчас доктор Бершиг не шутит, что он говорит серьезно, и парадоксы, в которые он облекал свою речь, лишь подчеркивали ее серьезность. Камаль Ваэд не нашелся что ответить.…

Появление ее чрезвычайно напугало мою мать, и я всегда был убежден, что именно мисс Бетси я обязан тем, что родился в пятницу. Взволнованная матушка вскочила со своего кресла и забилась позади него в угол. Мисс Бетси, медленно и вопросительно вращая глазами, подобно турку на голландских часах, обводила…

— Ты что дерешься? — поворачивается Франсис к сыну, но у того готово оправдание — она его ударила первая; она его в ухо ударила, а в ухо бить опасно. Да, ударила, гневно подтверждает Луиза. Да, в ухо, потому что он перемешал ей все тарелочки и чашечки. Врет она, говорит Генри. Не врет, говорит малыш…

В 1939 году, когда немцы вторглись в эти края, в кирпичном домике под холмом жил старый мельник с женой и двумя внуками. Францишек Д'yрчок — так его звали — с незапамятных времен арендовал эту мельницу в лесу у ее владельца, Гиляровского помещика. Помещик жил в своей усадьбе в Гилярове и не мешал Дурчоку…

По средам у нее бывали вечеринки. На этих вечеринках хозяйка и гости не играли в карты и не танцевали, а развлекали себя разными художествами. Актер из драматического театра читал, певец пел, художники рисовали в альбомы, которых у Ольги Ивановны было множество, виолончелист играл, и сама хозяйка тоже…

Это, пожалуй, один из самых сильных рассказов писательницы, и, на мой взгляд, он достоин быть включенным в антологию лучших английских рассказов XX века, ибо трагизм его — очень своевременное напоминание об опасности, грозящей всем обитателям Земли. Последствия утраты гармонии живого, человека и природы,…

То же самое случилось во второй раз, а потом и в третий. Мы все думали, что Том нарочно заманивает лошадь в маис. Поле у Тома было маленькое, оно лежало на косогоре, и весь посеянный на нем маис не стоил и пяти долларов, а Том уже получил тридцать. - Неплохо! - говорили все. Мы отлично знали о…

Открывая глаза, я видел освещенные окна высокого дома, и они тихо говорили мне своим синим и красным языком: – Ты обманут ею; в эту минуту, пока ты одиноко блуждаешь, ждешь и страдаешь, она, вся красивая, вся яркая, вся лживая, находится здесь и слушает то, что шепчет ей высокий и красивый человек,…

Юноша, с испитым и наглым лицом, на котором пьянство и разврат положили неизгладимые отвратительные черты, — он знал, что голова его слетит с плеч, но относился к этому с тупым равнодушием, как к чему-то такому, чему быть и не миновать, но о чем не стоит слишком много беспокоиться. Ему было все равно,…

«Вот бы мне такого сына!» Подобные отпрыски только покрыли бы позором твое имя. С детьми, дорогой мой, не оберешься хлопот. Но пусть даже твои дети будут ангелами. Имеешь ли ты представление о пропасти, отделяющей жизнь холостяка от жизни женатого человека? Так слушай. Оставаясь холостым, ты можешь решать:…

И вдруг глаза его засверкали от злой, быстрой мысли. – Оська! – позвал царевич Волохова. – Шли сторожей на Волгу. Пусть снежных баб катают. И чтоб каждая баба была точь-в-точь как бояре – враги мои. Самая толстая чтоб была как Бориска Годунов, а другая чтоб как дядька мой, бросивший меня, чтоб как…

— Пойдём, малышка. Я ответила, что у меня нет времени выслушивать разглагольствования какого-то идиота. Тогда Маринетта прошипела: — Да иди же, дурёха! Брассак наклонился к ней через стол. Казалось, он хотел убить её взглядом. — А ты заткни глотку, рыжая. Если я увожу малышку, то не для того,…

Флавия вскочила на ноги, на лице заиграла улыбка. — Спорим, я добегу до ступенек террасы быстрей тебя. На что спорим? — Ставлю новенькие красные туфли против серебряной пряжки мне на пояс для меча. Аквила оттолкнулся от ствола, а Флавия подобрала подол желтой туники, где лежал ворох цветов.…