Проза

В тюрьме, лагерях, ссылке он написал множество произведений – стихов, лагерную трагикомедию «Аська», немало поэм. Не всё из этого наследия сохранилось. Но то, что сохранилось, просто взывает к цитированию. И я не могу устоять. Вот стихотворение «Ночная баня»: Тюремный страж, суров и озабочен,…

Летит смычок, обвиняют струны. Хищник смертельно ранен. В предчувствии гибели он, хрипя, бросается на тебя. Он волочит тебя сюда, в Бухенвальд, чтобы здесь совершить расправу. Три дня назад утроба усовершенствованного крематория поглотила еще одну жертву. Поет смычок, вновь и вновь повторяют струны…

Кинга потянулась за очередными таблетками, но «столик» отъехал окончательно. – Ну сосредоточься же, идиотка, – пробормотала она, снова поднеся ко рту бутылку водки. – Как я тебя ненавижу… Снова она попыталась ухватить пальцами белые кружочки. Ничего не выходило. Кинга расплакалась – жалобно, как…

Иногда они терпят бедствие, эти корабли, эти исследующие пальцы, создающие карту живого реального мира. Но в сравнении с проблемами «порта прописки» такие бедствия ничтожны и поправимы. Глаза порта направляют и наставляют различные участки сознания, включают процессы ускоренного обучения человека и обеспечивают…

Васька проснулся. На чердаке было уже совсем светло. Сквозь щели в досках двери пробились солнечные лучи и стали прожекторами. Вчерашний клевер, разбросанный Васькой по шлаку, подвял, помутнел, и такой заструился от него запах — с ума сойти! Зеленый кузнечик продирался сквозь путаницу обмякших стеблей…

Но она дождалась утра, и только тогда распаковала чемодан и снесла его на чердак. Прошли лето и осень, он лежал в постели, дремал, стонал, а она подноси ла ему горшок и ведро, кормила утром и вечером, потому что он не мог ни держать ложку, ни оторвать голову от подушки; иногда она выходила на крыльцо,…

Объяснение этому факту исследователи ищут в биографии писателя, русского по происхождению, американца по воспитанию и, по его собственным словам, «венецианца скорее по мироощущению, нежели по месту жительства». Главный герой романа «Лжец» – Юджин Форд, с детства прикованный к инвалидному креслу, лишен…

Ты рассказывала мне, как читаешь ему стишки по ночам, поглаживая его по мохнатой груди… по мохнатой спине… Ты рассказывала  мне, как занимаешься любовью с ним, едва расставшись со мной… В этой книге ты найдешь много новых стишков… Для произнесения их вслух, в темной комнате… Вечерами святыми и страшными……

Кое-что из того, что говорит Маринетти, есть не что иное, как реставрированное ницшеанство, кое-что ново для Запада, но для нас старо после Базарова. Но мне кажется новой исходная точка Маринетти. Не благо человечества, не социальные перспективы, не анархизм, — печкой, от которой танцуют его идеи,…

Старый гренадер Хренов, волоча за собой длинноствольный турецкий самопал [2] , решил подшутить над жаждой. – Вы, – сказал он, – котята ишо, в дровах найденные. Стоите, дурни, а там вода так и сигает из крантика. – Правда, дед? – наивно поверил канонир Постный. – Бабка врала и та померла… Беги,…

Анна боялась, что в один день он соберет вещи в маленькую сумку и снова уйдет. Она станет плакать и умолять, как делала Дженет, но это будет бесполезно. Дженет даже приезжала и предлагала Анне денег, чтобы она ушла. Она плакала и рассказывала, как была счастлива с Джо. Она показывала фотографии их двоих…

– Я хочу тебя! – прошептал горячо Сергей, и я страстным поцелуем ответила «да». Помню, как желание близости на миг прервалось пронзившей тело острой болью, а затем меня охватила эйфория. Конечно же, до боевика в тот вечер дело так и не дошло. С тех пор мы с Сергеем занимались сексом, как только нам…

Чем больше в стае крыс, тем крысам легче. Капитан все знает о своем корабле. Но крысы о корабле знают больше. Крыса никогда не станет человеком. А человек крысой? Здесь, в Москве, нет зверей, которые кормились бы любой птицей подряд. Воробьями, например. Их что, можно есть? А Катюха и Егорка – едят.…

Теперь их стало пятеро в трёхкомнатной квартире красивого шестиэтажного дома на проспекте Стачек – Ольга Петровна, Марианна, Борис, Александр и Даниэла… Жизнь маленькой Даниэлы шла, постепенно отдаляя блики прекрасных воспоминаний. Что мы помним о детстве? Первый поход в кино? Катание на коньках? Как…

О! Кайф. Быстро прошло… Помыть руки… На ходу забрасываем остатки бутерброда, запиваем теплым чаем… Какая гадость! Теперь одеться, обуться… Все. Пора бежать. Остановка. Как всегда первый. И зачем я всегда тороплюсь, если всегда первый? Ах, да… Сигарета желает, чтобы я ее покурил… Вонючая сигарета…

Стюардесса подошла к Веронике, вернула брошенный ею пакет и попыталась разбудить спящего у иллюминатора пассажира. Убедившись, что это ей не удастся сделать, она махнула на него рукой. Нетрезвый пассажир, с которым ругалась Вероника, наклонился под сиденье и начал шарить там руками. Стюардесса подошла…

– Не помню только, они позолоченные или полностью золотые? Ладно, это неважно, – продолжает свой рассказ запыхавшийся Эрнест. – Артур отправился в глубь правого фланга в надежде подороже их выменять и набрел случайно на одного парня, у которого было припрятано около двух литров домашнего коньяка, приготовленного,…

Из экипажа вышел человек среднего роста, в темном пальто и черной шляпе. Он подошел к газовому рожку, вынул из портмоне деньги для уплаты извозчику и, покончив счеты с нумерованным автомедоном [2] , громко позвонил в дверной колокольчик. Почти в тот же миг дверь отворилась, и приехавший вступил в просторный…

– Как продвигается твой роман? Хотя как он может продвигаться, когда ты с утра до вечера валяешься на диване… Я гадала недавно, на картах гадала, вышло хорошо, этот роман может тебя прославить… наконец-то… если, конечно, ты его закончишь когда-нибудь… Тогда он вспоминал, как прятал от нее свои записи…

Гость закрыл входную дверь, твердо зная, что не оставил никаких следов своего пребывания в этом доме, что потратил на всю работу не более четверти часа, так что чем дальше отсюда его застанет рассвет, тем лучше. Едва оставшись один, Юрий вошел в темный кабинет. Здесь все, казалось, было по-прежнему,…